Аня Баст - Сладкое очарование

Он двигался в ней все быстрее и жестче, нашел ее клитор и терся об него, пока не достиг своего. Желание все нарастало, усиливалось, а затем взорвалось в ней. Она выкрикнула его имя, накрываемая новой волной удовольствия, более сильной, чем в последний раз.

Он выжал из нее все соки, все что мог, толкнулся в ней еще раз, и в следующую секунду она кончила. Она слышала, как Ронан кричал ее имя, как он кончил, и они удовлетворенные упали на матрац.

Тяжело дыша, Ронан перевернулся на спину и притянул ее к себе. Одеяла и простыни были ужасно спутаны, она сожалела, что они так измяли постель, но так или иначе подумала она, Аврора ожидала этого или даже хотела.

Она прижалась к его крепкому телу и счастливо вздохнула. — Помнишь то, что ты сказал относительно боязни потерять крышу над головой, разлучившей нас много лет назад?

Он погладил ее обнаженное плечо своей рукой. — Да. Его голос прозвучал глубоко и спокойно. Такой голос мог ее и убаюкать.

— Давай больше не позволим этому страху разлучить нас.

Он сжал ее в объятии. — Нет, моя любовь. Никто и ничего не разлучит нас теперь, даже сама Летняя Королева.

Белла задрожала. Она надеялась, что нет.

Это было мостом, который они должны были все же пересечь, и королева такое не прощает. И при этом она не заключает никаких сделок.

Они лежали на кровати, позволяя горячему огню согревать и освещать комнату, и наблюдая, как падает снег, сквозь верхушки деревьев, приземляется на стеклянном потолке, и тает. День близился к сумеркам, а затем наступила ночь. Завтра ночью наступит Канун Рождества. Зимнее солнцестояние. Самая долгая ночь года.

Ронан рассеянно водил руками по ее телу, прикасаясь к разным местам. Он постоянно поглаживал ее груди и соски, слегка задевая ее плечи, попку, и живот, как будто пытался запомнить каждый дюйм ее тела.

Каждый раз он ласкал ее между бедрами и вводил свои пальцы в нее снова и снова, позволяя им играть с ее клитором, пока она не начала беспорядочно метаться и задыхаться от желания. Он доводил ее до оргазма снова и снова, пока она не могла даже думать, не говоря уже о чем–то еще.

Посреди ночи она проснулась оттого, что он расположился между ее бедрами, держа член в своих и ее руках, поглаживая ее, как будто изголодался, и она была хлебом насущным, который он мог съесть только через прикосновение.

Она кончала снова и снова и так всю ночь, его губы, целующие ее, его член, проникающий так глубоко, насколько это было возможно — соединяясь губами, телами и сердцами.

После совместного утреннего душа, Ронан развернул перед Беллой ткань. На ней лежал небольшой осколок, сделанный из кристалла, стали и бронзы, гладкий с одной стороны, и зазубренный с другой, что делало похожим его на деформированный полумесяц. Существовал такой же, как этот кусок. На первый взгляд могло показаться, что это обычный мусор, если только вы не были чувствительны к силе, исходящей от него. Оно слегка колебалось и пульсировало магией на его ладони, и посылало слабые волны к его предплечью.

Белла даже задержала дыхание и подошла, чтобы коснуться этого, но в последний момент одернула руку.

— Ты знаешь, что это?

— О, Дану, — выдохнула Белла. — Одна из частей bosca fadbh. Это — одна из трех частей головоломки, которые отпирают часть Книги Заклинаний.

Он кивнул. — Эта часть книги, содержит заклинание, которое снимает защиту вокруг Пэйффербурга.

Она быстро посмотрела на него вверх. — Это — то, что Фандир просил найти тебя?

— Оно хранилось в хранилище здания правительства. Меня обучили специальному навыку, магического заклинания, чтобы пробраться туда.

Затем со мной связался Фандир, пытаясь воззвать к моей темной крови, предложил много денег, больше чем я мог бы потратить за три срока службы на фей. Я взялся за эту работу, но не из–за денег. А потому что не хотел, чтобы Фандир заполучил этот объект.

Фандир были друидом, собственно говоря, как и Ронан и его брат, Найл, у которого тоже была частичка крови друида. Фандир был сильным существом, и способным заманить в ловушку и заключить в тюрьму всех фейри мира, пока те были ослаблены. Их магические способности главным образом основывались на книгах, словах, и знании.

Хотя за эти годы они развили своего рода магические способности, и это — та сила, которая поддерживала и сохраняла защиту вокруг Пайффербурга. Однако они испытывали недостаток в настоящей магии фейри, у них не было способностей, которыми обладали Ронан и его Туата Де Дананн братья волшебники.

На самом деле из–за этого происходили стычки, и это заставляло их скрываться. Они ненавидели необходимость приходить к нему и просить о помощи. Ронан даже улыбнулся, когда подумал об этом.

— Почему ты не отдал это Летней Королеве? Она могла получить другие части, и Книгу Заклинаний, и сломать стены Пэйффербурга.

Он покачал своей головой. — Нет, Белла. Мы не можем получить другие части или книгу, потому что они вне стен Пэйффербурга. Это — невыполнимая задача. Я хотел быть уверенным, что Фандир никогда не получил бы эту часть bosca fadbh. Поэтому я спрятал это здесь, в логове самого сильного фейри, с которым я когда–либо сталкивался. Я знал, что леди береза сохранит это.

Она хочет мира, так же, как я. Доставив, это к Летней Королеве мы ничего не достигнем. Это только успокоит ее эго.

Белла взяла часть в свою руку и погладила это подушечкой ее указательного пальца. Она была все еще обнажена после душа, ее соски затвердели от прохладного воздуха, и покраснели, словно маленькие свежие ягоды.

— Это так мило.

Ронан протянул руку и коснулся локона ее волос. — Я полагаю, что эта часть является ничего не стоящей перед лицом того, что не вернула всю остальную часть необходимых пунктов, но теперь это — мой пропуск к свободе и в мою жизнь снова. Теперь это ценно.

Летняя Королева захочет получить это и пойдет со мной на сделку, ради этого. Она вернет мне мою жизнь. — Он сделал паузу, задержав на ней свой пристальный взгляд. — Ты будешь в моей жизни снова, Белла? На этот раз навсегда?

— А что ты скажешь о нашей Темной крови? Что относительно нашего потенциального потомства, Ронан? Разве ты все еще не напуган тем, что мы будем высланы из Летнего Суда?

— С тобой я ничего не боюсь. А ты?

— После той лжи, которую я видела в Розовой башне, как я могу? Она взяла в руки его лицо. — Я хочу тебя, Ронан. Я всегда хотела тебя, независимо оттого чего это будет, стоит. Мне жаль, что ты, возможно, не понял этого тридцать лет назад.

Она подошла вперед, сокращая расстояние между ними, и поднялась на носочки, чтобы прижать свои губы к нему. Поцелуй был легким и дразнящим, и он захотел больше. Он прижал ее к себе, зажимая часть bosca fadbh между ними, и его губы с жадностью впились в нее. Потом подтолкнул ее к мягкому матрацу и стал целовать, спускаясь все ниже, пока не нашел ее клитор и водил по нему языком, пока ее крики эхом не отозвались по всей комнате и заставили мягкие почки на деревьях выше дома превратиться в цветок, поскольку магия буквально витала вокруг них.