Эдриан Феникс - Взмах крыльев

— Кретин. — Хэзер убрала руку с клавиатуры. — Ты хотя бы опросил его? Он знал жертву.

Болтовня в других отсеках прекратилась. Замедлился стук пальцев по клавиатуре.

— Мы пытались получить от него заявление целый час, — сказал ЛаРусс, откидываясь на спинку кресла и закидывая ноги на стол. — Но получили только «отвали».

— Он такой же милый, как ты? — Хэзер фыркнула, скрещивая руки на груди.

— ЛаРусс? Милый?

Хэзер посмотрела на говорящего. Коллинз стоял в дверном проеме, держа по пластиковому стаканчику кофе в каждой руке. Значит, только что пришел на дежурство. Она кивнула.

— Трент.

— Агент Уоллес уже уходит, — сказал ЛаРусс, спуская ноги на пол и усаживаясь по-нормальному. Он выключил компьютер, посмотрел на Коллинза. — Если ты, конечно, не хочешь, чтобы твой питомец составил тебе компанию.

— Как я и говорила, милый.

Коллинз медленно подошел и встал рядом с Хэзер. Глубокая складка появилась по центру его лба — мама Хэзер называла такую морщину задумчивой.

— Что происходит?

— У меня есть повод полагать, что Данте Прейжон — следующая цель Странствующего Киллера, — пояснила Хэзер.

— Правда? — поинтересовался ЛаРусс. — Ну да, это может быть Прейжон, я полагаю.

— Почему Прейжон? — спросил Коллинз. Он протянул Хэзер один из стаканов.

Хэзер взяла его, улыбнувшись. Резкий аромат свежесваренного кофе прочистил голову.

— Ну, последние две жертвы были связаны с ним, одна из них — интимно. Первый же был из Лафайетт, так же как и Прейжон.

Коллинз кивнул.

— Слышал об этом сегодня утром.

Хэзер сделала паузу, чтобы глотнуть кофе.

— Странствующий Киллер, если это Странствующий Киллер, добавил в свою подпись логотип анархии Прейжона. Одна жертва была убита рядом с клубом «Преисподняя», другая — внутри клуба. Мне кажется, убийца кружит, подбираясь все ближе и ближе. Рано или поздно он решит взять Прейжона.

— Ты уверена, что это не сам Прейжон? — спросил ЛаРусс.

— Я следила за его домом в то время, когда была убита вторая жертва, — ответила Хэзер. Джина. Ее звали Джина. Она дышала всего несколько часов назад.

— И, конечно, он был там? — уточнил ЛаРусс с легкой ухмылкой на губах.

— Да, — сказала Хэзер спокойно. — Я видела, как он зашел внутрь. И вышел, когда я достала ордер.

— Тебе, должно быть, доставляет удовольствие наблюдать за ним, Уоллес, — проговорил ЛаРусс, снова отклоняясь на спинку кресла. — Он похож на привлекательную рок-звезду.

— Звучит, будто ты положил на него глаз, и он не рок-звезда, — ответила Хэзер. — А персонаж тайного культа. И да, он привлекательный, что дальше?

— Привлекательный отброс с улицы, ты имеешь в виду, — пробубнил ЛаРусс. — Ты не знал честной работы, если она не пнула тебя под зад.

Коллинз застонал.

— Избавь нас от этого, Преподобный.

Хэзер не могла поверить своим ушам. Ублюдок завидовал Данте. Хотел ли ЛаРусс так называемой славы, денег или поклонниц? Хотел он внешность Данте или его жизнь — это не имело значения. Единственное, что было важно: он отказался предлагать защиту потенциальной жертве убийцы, позволив Данте уйти.

Пульс стучал в висках, Хэзер схватила подлокотники кресла ЛаРусса и развернула его лицом к себе.

— Слушай сюда, — сказала она. — Если с ним что-нибудь случится, ответственным за это будешь ты.

ЛаРусс встретил ее взгляд, на его лице отразилось крайнее недовольство. Через секунду он отвернулся, сомкнув губы в тонкую плотную линию.

Хэзер отпустила кресло и повернулась спиной к детективу. Коллинз встретился с ней взглядом, изогнув брови, морщинка на лбу разгладилась. Предупреждение мелькнуло в его глазах. Осторожно. Очень тонкий лед.

— Я знаю, — пробормотала Хэзер. — Мне нужно, чтобы ты связался с Прейжонами и Спарреллами в Лафайетте, посмотри, имеют ли семьи какие-либо связи.

— Будет сделано. Куда ты направляешься?

— Искать Прейжона.

Глава 9

Непройденные дороги

Блондинка с длинными завитыми волосами открыла дверь.

— Oüi? — спросила она, осматривая темный двор позади Хэзер, прежде чем сосредоточиться на ее лице. Едва заметная улыбка скользнула по ее губам.

— Я должна поговорить с Данте, — сказала Хэзер.

Девушка покачала головой, и Уоллес уловила слабый запах цветов — роз, возможно, магнолий.

— Данте нет дома, — ответила она, начиная закрывать дверь.

Хэзер остановила дверь рукой.

— Я хотела бы подождать, — сказала она, держа свой значок на уровне лица.

Блондинка рассмотрела его внимательными карими глазами, затем отступила на шаг и распахнула дверь.

— S’il te plaît[20], — произнесла она, изящным движением руки приглашая Уоллес внутрь.

— Спасибо.

Блондинка провела Хэзер в гостиную.

— Чувствуйте себя как дома, — сказала она, остановившись около дивана.

Хэзер села на край, все ее мышцы были напряжены. Ей нужен сон и еда. Она взглянула на руки, которые немного дрожали. И сжала их в кулаки. Последние двадцать четыре часа — не без помощи гребаного кофе — давали о себе знать.

— С вами все хорошо, M’selle Уоллес?

Хэзер посмотрела вверх. Блондинка изучала ее с нейтральным выражением лица, но ее карий взгляд был пронизывающим.

— Простите, — Хэзер улыбнулась. — Вы знаете мое имя, но я не знаю ваше.

— Симона, — ответила она. — Вы выглядите уставшей. Может быть, кофе?

— О да, было бы прекрасно.

Хэзер разжала руки и прижала пальцы к слаксам. Кивнув, Симона прошла через комнату. Она остановилась в проходе в виде арки и обернулась так, что длинные светлые волосы качнулись около обтянутых в джинсы бедер.

— Я скоро вернусь, — предупредила она.

Хэзер улыбнулась в ответ на заявление, которое подразумевало под собой: никуда не уходи.

После того как Симона покинула комнату, Уоллес откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Последнее, что ей сейчас было нужно, так это еще больше кофе, но она боялась, что просто уснет без него. Трудно защищать кого-то, засыпая на диване.

Перед глазами поплыло, и Хэзер потрясла головой. Она не связывалась со Стёрнсом... ох… со вчерашнего дня, одиннадцати часов, а сейчас уже… Открыв глаза, она взглянула на часы и вздохнула. Восемь сорок вечера. Воскресенье.

Что ж, отказаться от сна — это ее решение, хотелось вручить Данте ордер в самый неподходящий момент.

Но интуиция подсказывала, что человек, убивший Джину, был тем, кого она преследовала на протяжении последних трех лет.