Светлая для демона - Мария Мурзакова

руками демона. Я осознала, что от злости потеряла свое обычное благоразумие и сказала лишнее. И успела пожалеть об этом.

Демон же медленно шел ко мне. Черты его лица плыли, будто он пытался сдержать вторую ипостась, но не мог до конца справиться с ней. Не отрывая взгляда от него, я пятилась, пока не наткнулась на спинку дивана. Он подошел совсем близко и буквально навис надо мной, но я выставила перед собой ладони, упершись ими в его грудь, и проговорила, пытаясь не дрожать и смотреть прямо:

— И не пытайтесь меня запугать. И контролировать меня вы не имеете права.

— Конечно, не имею, — сказал он зло, — ведь при первом же удобном случае вы с радостью уйдете в свой мир. И не вспомните ни обо мне, ни об Ари. Действительно, никаких прав у меня нет. Тем не менее я прыгнул за вами в портал, привез в безопасный город, помогал вам, впустил в свой дом и позволил общаться со своей сестрой, зная, как быстро она привязывается к людям. А чем вы отплатили?

Каждое его слово делало мне все больнее и больнее. От обиды и чувства несправедливости к глазам подкатили слезы. В груди начал собираться горячий шар, разрастающийся с каждой минутой. Руки, лежащие на груди демона, задрожали, и я сжала их в кулаки. Смотря в его глаза, я не видела ни капельки тепла. Только злость и холод.

Я бы и в обычном состоянии вряд ли вспомнила слова демона, которые он сказал возле замка. А теперь, сгорая от обиды и пытаясь успокоить свою гордость, я выдохнула:

— Клянусь, что верну вам, лорд Саар, все, что задолжала. Чтобы вы больше никогда не говорили о неблагодарности.

В эту же секунду вокруг меня вспыхнуло желтое сияние, а затем превратилось в две золотые ленты, обвившиеся вокруг наших рук. Я почувствовала сильное жжение в запястье, потом, без перерыва, жжение в груди, которое медленно поднималось в сторону шеи. Задыхаясь от боли, сквозь шум в ушах услышала возглас Саара:

— Что вы наделали, Лида⁈

Глава 26 Чужая душа — потемки

— Что вы наделали, Лида⁈ — воскликнул Саар, взял меня за плечи и слегка встряхнул.

Мои ослабевшие руки соскользнули вниз, и я уткнулась лбом в его грудь. Жжение продолжало нарастать и подниматься вверх от солнечного сплетения. Горячий комок уже расположился под ключицами, и мне никак не удавалось вдохнуть полной грудью. В глазах потемнело, я зажмурилась.

— Что с вами? — наконец заметил демон мое состояние.

— Больно… там… — еле выдавила, показывая за спину, потому что боль успела переместиться к верхней части позвоночника.

Почувствовала, как демон поворачивает меня к себе спиной, как куклу. Ноги не слушались, поэтому я запнулась, но Саар придержал меня под грудью и прижал к себе, не дав упасть. Сквозь волны боли я ощутила мягкое прикосновение его пальцев к своей шее. Жжение как раз сконцентрировалось там, и невыносимо разболелась голова. Но Саар продолжал мягко поглаживать шею, и с каждым прикосновением становилось легче. Казалось, будто родниковая прохлада струится от его пальцев, успокаивая боль и внутренний жар, при том что от ладони, все еще лежащей под моей грудью, разливалось тепло.

Спустя несколько долгих минут боль совсем исчезла, и от его прикосновений уже не веяло прохладой. Пальцы обжигали, но не тем болезненным жаром, что родился внутри меня. Медленные, тягучие поглаживания опускались все ниже — к плечам, спине, заставляя сердце биться сильнее и рождая внутри сладкое волнение. Вот он провел рукой вдоль позвоночника, и меня накрыло волной удовольствия, отчего я выгнулась, откинула голову и прижалась всем телом к демону. Тогда Саар перебрался к ключицам, провел всей ладонью по открытой коже в зоне декольте. От такой откровенной ласки я резко вдохнула, распахнула глаза и вцепилась в ткань платья, комкая ее в ладонях.

Наступил вечер, и в кабинете было сумрачно. Я не видела, лишь ощутила, как Саар наклонился, опаляя дыханием нежную кожу за ушком, и губами коснулся шеи. От его прикосновения по кругу разбежались горячие мурашки. Сердце и так уже стучало в ушах, а внизу живота растекалось сладкое томление, поэтому, когда он языком прочертил влажную дорожку от шеи к мочке уха, я неожиданно даже для себя всхлипнула. Этот звук нарушил звенящую тишину кабинета и заставил осознать реальность момента.

— Простите, — пробормотал Саар, отодвигаясь, а я, потеряв опору, покачнулась и оперлась руками в спинку дивана перед собой. Хорошо, что было темно. Я чувствовала, будто меня бросили, и не поворачивалась к демону. Пыталась поскорее успокоить дыхание, и не понимала, как воспринимать его действия. То он холоден, как статуя, то ласкает и смотрит так, будто я ему нравлюсь. Что, в конце концов, он хочет?

— За что вы просите прощения? — спросила, когда была уверена, что смогу контролировать голос. — За слова или за действия?

Он молчал. Желая хотя бы увидеть его выражение лица, я обернулась.

В комнату из окна падали лучи света от уличного фонаря. Этот рассеянный свет помог мне разглядеть фигуру Саара. Он стоял, засунув руки в карманы, опустив голову и облокотившись на стену. И мне никак не удавалось рассмотреть его лицо.

Нетерпеливо щелкнула пальцами, чтобы зажечь свет, и зажмурилась — слишком ярко. А когда наконец смогла открыть глаза, Саар успел нацепить на лицо обычную маску спокойствия. Он смотрел на меня так же молча, и я не могла прочитать по его глазам и лицу, о чем он думает.

Я имела полное право снова разозлиться, но эмоциональные качели вымотали меня так, что я чувствовала только опустошение.

— Хорошо, я приму ваши извинения. И тоже прошу прощения. Я сразу же пожалела о том, что сказала. Но вы можете объяснить, что случилось? Ведь вы смогли справиться с болью, и, видимо, понимаете, откуда она взялась.

Саар отлип от стены, обошел меня и сел на диван, откинувшись на спинку. Теперь я видела его макушку, плечи, обтянутые рубашкой, сцепленные в замок руки, но опять не видела его лица.

— Это как раз и есть всплеск силы, — сказал он ровно. — Если бы меня не было рядом, вы бы еще долго мучились от боли, а возможно, и испытали бы другие последствия влияния своей же силы. Если бы мы знали, каким именно даром вы обладаете, то знали бы и величину опасности таких всплесков.

— И как часто такое может происходить? — я нервно сглотнула. Воспоминание о боли было еще свежо.

— На самом деле не так часто, и