Сказки Королевства (СИ) - Елена Владимировна Добрынина

посадить Альма на одно, Лайлу на другое и еще место бы осталось. Честно-честно, они проверяли.

— Эта скудоумная отказывается ехать на Отбор! — с возмущением воскликнул мелкий.

— Правильно делает, — ожидаемо поддержал девушку мастер. — Там только бездельницам место, задами перед комиссией крутить, а у Лайлы работы непочатый край. Вон, госпожа Виэль новую сумочку вчера заказала, с кружевами и вышивкой по новой моде.

Альм вздохнул и печально покачал головой.

— Вы бесконечно отстали от жизни, — заявил паршивец. — Вы думаете, туда зачем народ едет, награды выигрывать, в невесты выбиваться? Ага, как же… Те, кто посметливее, давно просекли — там самое место, чтобы показать товар лицом. И не этот..

Альм обрисовал руками груди размером с арбуз..

— Будь так, мне б и то больше светило, чем этой малахольной… Ай-яй! — на сей раз ему повезло, и плюха задела его только по касательной. — А нормальный товар, на продажу который. Вот сколько прошлый раз над Мельфирой смеялись, когда она на отбор заявилась… Куда, мол, тебе с твоей физией, в невесты? А она, не будь дурой, украшений покрасивше наделала, с помоста перед всем городом на конкурсе предъявил — и пошли заказы-то…

Тревор задумчиво почесал затылок. Лайла тоже притихла. С этой точки зрения на Отбор она никогда не смотрела. А если так повернуть, то, выходит, в чем-то прав Альм.

Вообще-то история Отбора была банальна до неприличия. Когда-то давно в роду Артанхионов стали рождаться слабые дети. Сам Хранитель указал на то, что слишком увлеклись они чистотой рода и крови, оторвались от земли, от законов природы. Исправить это можно было, взяв в жены простую, не родовитую эльну. Кто будет спорить с Королем? Даже Артанхионы не посмели. Но первую попавшуюся крестьянку брать в свою семью не спешили. Тогда-то и провели самый первый Отбор — пригласили к себе всех юных дев дабы выбрать достойнейшую. Какой переполох поднялся! Потянулись в Феарн кандидатки со всех окрестных городов и сел. Да только больше двух третей из них дальше городских ворот не дошли: тех, кто не мыт, не чесан, себя держать совсем не умеет или ни капли магии в ком нет, сразу возвращали домой. А из оставшихся уже выбирали. И внешность девушек оценивали, и здоровье, и характер. Выбрали, наконец, будущую риану Артанхион. И вполне удачно. Говорят, жили супруги в любви и согласии, детей произвели на свет крепких и достойных. А через два поколения опять проблемы начались. Снова про Отбор вспомнили да с тех пор не забывали.

Время шло, нравы становились более свободными, рианы с поиском подходящих жен прекрасно и сами справлялись, а Отборы остались как дань уважения традициям и любимая народная забава. Вместо свадьбы с рианом победительница получала ценный приз из его рук и почетный титул Главной невесты Феарна. Желающих взять в жены такую девушку всегда находилось более, чем достаточно.

— Ну что, дошло наконец? — Альм с чувством выполненного долга уселся на табурет для посетителей и, положив ногу на ногу, расслабленно взирал на своих слушателей.

Мастер Тревор погладил бороду и принялся размышлять вслух

— А что, Лайла, неплохо придумано. Авось и правда, бойчее пойдет дело, расширимся тогда. Возьму еще пару подмастерьев, тебе помощницу, опять же. — Взгляд сапожника затуманился от подобных перспектив. — Сестренку забрать к себе сможешь. Ну а не выйдет — ничего не потеряем да и народ повеселим.

— В общем, подруга, собирайся в Феарн! — подытожил мелкий прохвост.

— Ну почему за вас всегда я должна отдуваться? — возмутилась Лайла. Не очень искренне, надо сказать. Мысль о сестренке попала на благодатную почву. А ну как, и правда, получится!

— Из нас с мастером невесты не очень убедительные, сама понимаешь. И потом, ты же там не одна будешь, я с тобой поеду. Для моральной, так сказать, поддержки. Ну и вообще — ты мне обещала!

Лайла только глаза закатила!

— Ладно-ладно, уговорили. Но чтоб держался в Феарне тише мыши!

— Разумеется, — кивнул мальчишка, глядя на подругу такими честными голубыми глазами, что даже мастер засмеялся. Слова «тише» и «Альм» совершенно не сочетались друг с другом.

В путь друзья отправились на следующий день. Встали засветло, собрали котомки, позавтракали поплотнее. Мастер Тревор взялся подвезти своих работников до стен города. Запряг в телегу Льдинку — молодую кобылку корри, всеобщую любимицу, выстлал дно мягким душистым сеном и пригласил:

— Запрыгивайте, пора уже.

Альм с Лайлой не заставили себя упрашивать, поудобнее устроились в телеге, и путешествие началось. Льдинка бежала легко, небольшие вихри из-под ее копыт слегка приподнимали телегу, облегчая вес и делая ход более плавным. Лайла вознамерилась вздремнуть немного, но не тут-то было. Раздражающе бодрый Альм вынырнул из сена рядом с ней, и, немного поворочавшись, принялся приставать к ней с вопросами.

— Ты уже придумала свою речь?

— А что там придумывать? Как есть, так и скажу… такая-то такая-то, работаю у мастера Тревора, — пожала Лайла плечами.

— Ой, балда! — схватился за русую голову мальчишка. — Вся затея виверну под хвост! Это ж самое главное! Кто там будет на очередную блеющую овечку смотреть? Таких и в соседнем дворе не счесть.

— Так и есть, — подал голос мастер. — Я как-то был на одном Отборе, так после десятой лепечущей красотки уже все на одно лицо становятся.

— Вот. А оно нам надо? Яркой красотой ты похвастаться не можешь, значит, будем брать внезапностью и напором.

Лайла с сомнением посмотрела на доморощенного оратора. Особого напора она за собой не замечала.

— Да-да, а что, — продолжал между тем идейный вдохновитель всего этого безобразия, — это ты только с виду моль блеклая, а внутри — чисто И-Драйг-Гох, вон как неделю назад за мной по всему селу с кочергой гонялась. Глаз блестит, румянец во всю щеку! Любо-дорого посмотреть!

В общем, всю дорогу до стен Феарна Лайла с Альмом придумывали приветственную речь. Два раза чуть не подрались, один раз кандидатка в невесты, спрыгнув с телеги, пешком вознамерилась домой возвращаться, пришлось идти за ней и извиняться. Три раза мальчишка уклонялся от подзатыльника, пару раз не успел. Но, в итоге, речь была готова, и даже Льдинка, слушая ее, разражалась ехидным ржанием.

Народа на дороге становилось все больше. Кто шел погулять да полюбопытствовать, а кто и поучаствовать в Отборе. На телегах, возках, а то и пешком, шли и ехали разрумяненные, разукрашенные невесты в самых лучших своих нарядах.

Не доезжая до самих врат, мастер Тревор остановил повозку, неловко обнял Лайлу, хлопнул по плечу Альма так, что тот чуть не улетел в канаву.

— Ну, давайте. Чтоб все хорошо прошло! — говорить