Почти скандал (СИ) - Юраш Кристина

- Мусор выбросьте! Или зря убивать ходили? – усмехнулся дракон, сгружая бедолагам кучу ненужных вещей, которые были собраны мной в процессе покоса. Все они пока что жили в кучке под деревом.

- Куда! – возмутилась я, чувствуя, как моя хозяйственная жилка протестует против такого расточительства.

- Но это же ненужные вещи! – прорычал дракон, пока я смотрю на старые башмак, гнилые доски, ржавые гвозди, лейку, как на сокровища.

- Не бывает ненужных вещей! Бывает «пока не пригодилось!», - возмутилась я, отбирая у крестьян старую дырявую лейку. – Ишь ты! Тьфу!

Я отобрала все и вернула обратно.

Крестьяне поворчали, а потом стали расходится. Я же чувствовала, как в горле все еще стоит запах гари. Так, кучу сожгли. Уже полдела сделано. Сейчас пепел собрать, и как удобрение пойдет. Чай на магии с удобрением будет расти лучше, чем просто на магии…

- Ты ничего мне не хочешь сказать? – спросил дракон, не давая мне уйти. Его руки легли мне на талию, пока я смотрела на груду хлама и думала про сарайчик. Без сарая жизни нет. Это я вам с уверенностью говорю. Ну пусть не сарай… Сараюшечку бы! Маленькую…

- Маленькую хочу, - вздохнула я, погруженная в свои мысли. Вон там, да! Между деревьями! И дверцу на замке.

- Я только за! - игриво заметил дракон.

- Я про сараюшку! – отозвалась я, скидывая его руки со своей талии. – А вон там бы еще картошечки посадить… Мммм…..Ой! Ты гляди! Возвращаются!

Глава 37

- Глядите! – внезапно закричала женщина, тыча пальцем в поместье. Я обернулась, видя, как копоть под окнами куда-то испаряется. Стекла встают на место. Черепица, которая лопалась, как попкорн, тоже возвращается обратно и становится почти рядком.

- Ба! – переглянулись крестьяне, которым мы только что доказывали, что магией здесь и не пахнет.

Они мало того, что вернулись, так еще и посмотрели на нас с подозрением. Дракон внезапно обернулся, уставившись на крестьян, оживленно обсуждающих увиденное: «Вот оно колдовство ведьмы! Мы же говорили!».

- Хоть я вас не перевариваю, - прорычал он, пуская дымок из носа – Но честно могу попытаться!

Народ намек понял, и поспешил домой с такой скоростью, что обогнал бы рейсовый автобус.

- Замечательно! – по -хозяйски прокашляся дракон, улыбаясь мне. – Что бы ты без меня делала!

- Жила бы спокойно, - вздохнула я.

- То есть, я тебя волную? – обрадовался дракон, оскалясь в улыбке. – А где мое спасибо?

- Спасибо, - прокашлялась я, глядя на него и удивляясь тому, как это оно само восстанавливается. Не каждый день такое чудо увидишь, как ремонт сам себя делает!

- Нет- нет-нет! – рассмеялся дракон, ловя меня за талию. – Я хочу чего-то… посущественней!

Я осмотрелась по сторонам, а сама встала на цыпочки и поцеловала его!

Стоило только моим губам прикоснуться к его, как вдруг дракон жадно схватил меня и с неистовой силой стал целовать. Кровь прилила к моим щекам, а я повисла на его рубашке, сжимаемая сильной рукой. Ух! Так сердце встать может!

Рассвет ударил лучом прямо в лицо, а я приоткрыла глаз и тут же зажмурилась, понимая, что так не целовалась давно. Примерно никогда лет назад!

- Фуф! – отпрянула я, сдувая волосы с лица и чувствуя, как кровь приливает к щекам, а сердце гулко бьется. Я почувствовала себя совсем юной девушкой, которая смущенно боится поднять глаза и мнет подол.

- А вот если мы поженимся, я тебя так каждый день целовать буду! – усмехнулся дракон.

Тьфу ты! Кому чего, а он про копи свои! Почему его не Прокопием зовут? А то заладил одно и тоже! Ишь ты! Они мне и самой нужны! Внуку оставить! Знаю я его. И его поженимся тоже знаю!

- Себе оставь, Прокопий! - усмехнулась я, видя, как дракон напрягся. Так его, видимо, еще никогда не называли.

- А с каких это пор я – прокопий? – спросил дракон, заступая мне дорогу. Рассвет уже окрасил в розовый мой огород, а я вздохнула.

- Когда про копи заладил, так прокопием и стал! – буркнула я, осматривая масштабы трагедии. Грядку затоптали! Вот плохо, что темно было. Увидела бы раньше, обошлась бы без дракона! Всех бы положила!

Я посмотрела на пердыньки, и тут мне стало так жалко Фогса. Он такой безобидный, такой… И курицу жалко. Знала бы, сварила бы сама. Не так обидно было бы… Так, а это я не сажала! Или сажала! Что это у нас такое? Кабачок с тыквой?

Видимо, семечко заблудилось в мешочке. Я как раз его здесь трясла. А он уже вон, пророс и урожай давать начал. Я посмотрела на урожай сквозь слезы.

- Кабатык! – осмотрела я зелененькую тыквочку в цвет кабачка. Слезы я украдкой вытерла.

- Тыквачок! – спорил дракон, пока я высматривала, а не взошло ли еще что-нибудь? Вроде бы нет! Хотя, погодите! Там, кажется, что –то на огурцы похожее выросло! Гибрид огурца и горошка! Огурошек какой-то! Горогур! Как интересно! Маленькие, зелененькие, кривые…

- А я сказала «Кабатык»! – настаивала я, рассматривая урожай и удивляясь.

- Тыквачок! – с наглой улыбкой спорил дракон. Я сорвала один «огурошек», пробуя его на зуб! Хм! Какой интересный вкус! Прямо салата огурец с горошком!

- И вообще! Будешь себя плохо вести, я в честь тебя вот этот сорт назову! – фыркнула я, показывая маленький, с мизинчик, кривой огурчик. – Драконий стручок!

- Что? – возмутился дракон.

- Могу добавить «в штанах». Могу назвать «Драконий угодник»! – угрожала я, собирая мелкий огурошек в подол.

- Неужели тебе нравится вот это вот! Возиться в земле, в грязи, как крестьянка какая-то! Нет, я понимаю, герцогиня Аддерли со своим садом заразила весь высший свет, но у нее там еще и слуги работали! – прокашлялся дракон, пока я выдернула несколько сорняков. Они здесь тоже росли, как на дрожжах!

- Стой, ты че? Ревешь?

- Нет, - заметила я, отвернувшись.

- Нет, определенно ревешь! – озадачился дракон.

- Фогса жалко, - созналась я. – Кто бы мог подумать! А ты просто черствый! Представляешь, он сгорел в поместье! В попытках спасти бедную курочку! Какая страшная и мучительная смерть. А он только свой храм собирался открыть… И вот так подумать если, сколько же любви было в этом человеке, раз он за курицей бросился в огонь…

Дед мой тоже за курицей в огонь бросился. Ресницы сжег, брови сжег, духовку чуть не сломал. Оголодал!

- Нда, - усмехнулся дракон, а я увидела слезы в его глазах.

- Ты что? Тоже плачешь? – спросила я, удивленно глядя на то, как дракон отрицательно качает головой и массирует свою переносицу. – Ну чего ты… Да ладно…

Беру свои слова обратно. Есть в драконе капля чуткости.

- Ничего ты не понимаешь, - замечает дракон. – Я просто представил, как он стал призраком в этом доме! Бедные мы!

- Мне тоже очень жалко! – заметил старческий голос. – Скажете потом, о чем плачем! Хотя, о чем плачем уже не важно! Главное, что мы делаем это с любовью!

- Фогс! – дернулись мы, видя, как за нами стоит старик. Он даже не обгорел. Розовая мантия в заплатках выглядела так, словно ее не тронул огонь. На руках у него сидела стремная курица. Я напомнила себе, что она была такой еще до пожара!

- Пойдемте, я вам кое-что покажу! Я там такое нашел! – округлил глаза старикан и потащил нас в усадьбу. – Вы не поверите!

Глава 38

Я с тревогой посмотрела на дракона, который в ответ на заманчивое предложение скептически нахмурился. Бесподобный Фогс, погладил курицу, которая, словно огнедышащий дракон выдала на гора черный дым из открытого клюва.

- Я понимаю, ты хотела всех порвать на кусочки, но я прошу тебя, будь добрей и сдержанней! – поучительным голосом заметил Фогс, поглаживая курицу. – Помни о богине любви! А вы чего встали? Пойдемте! Только осторожней! Я сначала думал, что там живут только крысы. Но потом случайно узнал, что там живут еще и осы. А так же крысы, укушенные осами.

Я пожала плечами и, бросив все, направилась вслед за стареньким жрецом. Мы вошли в поместье, которое выглядело так, словно и не было никакого пожара! Ни следа копоти, ни горелой доски! Чудеса да и только!