Надежда повстанцев (СИ) - Андреева Регина

– И еще талисман, он поможет тебе.

– Нет-нет, – запротестовала я, вспомнив талисман Филиппа, от которого у всех служек в его колледже подкашивались колени. – Мне не нужно, чтобы все вокруг чувствовали счастье. Увольте.

– Конечно, нет, – успокоил Ноэль. – Мы дали Филиппу то, что было нужно ему. И даем тебе то, что нужно тебе.

– Что же мне нужно, по-вашему?

– Узнаешь, когда придет время. Чтобы талисман работал, он должен соприкасаться с телом. Если не желаешь принимать наш дар, просто носи его в чехле, без соприкосновения с телом.

Было видно, что монахи расстроились, что я не захотела принимать подарок.

– Ладно…

Осторожно приняла необычную черную пластинку из рук Ноэля и тут же бросила в карман кожаной куртки.

Не нужны мне сомнительные дары. Ноэль так и не сказал, как он работает.

Рик рядом со мной нахмурился, ему тоже не нравился дар монахов.

– Ты же не собираешься использовать этот талисман? – прошептал он.

– Конечно, нет!

Фыркнула, отвернулась, а в сердце закралось сомнение. Он снова боится? Кажется, мы это уже проходили.

– Хочешь, попробуем узнать его свойства вместе?

Рик вскинул бровь, глаза загорелись.

– Хорошая мысль.

Последовали слезные прощания с Луизой. Она обещала нам писать, звала в гости и много-много благодарила.

– Уходим! – гаркнул командир.

Нестройной компанией мы шагнули из обитаемого монастыря в неприветливые джунгли.

Обращенные лицом к восходящему солнцу, монахи запели прощальную молитву. В спины повстанцев подуло силой, животворящей энергией. Сегодня, сами того не подозревая, они обрели надежду.

Глава 21. Возвращение в Бьорн

Неделей позже в "Бьорнских хрониках" вышла статья от Мэй Френси.

"Под четким контролем императора Бьорнский маньяк по имени Филипп Роджерс был пойман и сейчас ожидает суда. Слава героям! Сообщаем, что настоящий лорд Даниэль Элварс найден и полностью оправдан. Маньяк держал его в заточении много лет без еды и воды, но лорд Элварс выжил… "

– Без еды и воды? – удивился Дан, сидя в кресле качалке в гостиной Рика. – Это не совсем правда.

Часом ранее приходил лекарь, влепил Даниэлю несколько уколов, от которых потом болело всё. Выписал еще одну укрепляющую настойку и был таков.

Организм быстро приходил в себя после истощения. Лорд Элварс побрился, укоротил поседевшие волосы, отросшие в заточении до самой поясницы. Кожа приобрела розоватый оттенок, а взгляд – живой блеск. Витамины внутримышечно творили чудеса, хотя сидеть после них можно было только в кресле качалке с парой подушек под бедро.

– Ага, – я дочитала статью по диагонали и бросила газету на стол. – Ничего важного людям не сообщили. Просто по факту, что ты жив здоров, а Филипп за решеткой.

С лордом мы давно перешли на "ты".

– А зачем простым людям знать подробности? По-моему, это лишнее.

Я пожала плечами. То, что император взял под контроль местные газеты, удручало. Раньше у нас было больше свободы, Мэй Френси писала скандальные, разоблачительные статьи, а теперь скатилась в сухие факты и восхваление деятельности императора.

– А почему вы не живете вместе? – спросил Дан, намекая на то, что в дом Рика я сегодня пришла погостить, а не насовсем.

Даниэль временно жил в его доме, и я это решение принимала безоговорочно. Возможно, стоило внести ясность.

– Не из-за тебя.

– Почему же?

– Такая работа, – попыталась я объяснить, но вышло неубедительно. – Рик работает на императора, а я сейчас фактически под прикрытием в рядах повстанцев. Мы не можем жить в одном доме, это вызовет подозрения.

Мужчина вскинул брови.

– Я прожил в заточении много лет, уже не надеялся выйти, думал, моя жизнь кончится там. Тогда я больше всего жалел, что не познал настоящей любви. Меня не тяготило отсутствие удобств, возможности быть на публике, отсутствие нормальной работы и всего прочего, чем люди забивают себе голову. Больше всего меня беспокоило, что я никогда не встречу женщину, с которой смогу провести остаток дней.

– Я понимаю, что в пещере было тяжело…

– Нет, не понимаешь. Любовь ценнее всего, что может быть на свете. Зачем тебе эта карьера? Зачем нужна жизнь без спутника жизни? Там в пещере у меня было достаточно времени, чтобы разложить мысли по полочкам и расставить приоритеты. Любовь – высшая ценность. Бросай работу, Ника! Будьте наконец вместе!

Замок входной двери заскрежетал, и разговор оборвался. Честно, я была рада.

– Не ждали? – хозяин дома выглянул из прихожей и недоуменно посмотрел на замерших гостей.

Дан отмер первым.

– Ждали-ждали, рассказывай, что нового в приближенных к императору кругах?

Рик улыбнулся.

– Знаешь ведь, что не могу распространяться.

– А император? – спросила я. – Когда он пригласит меня на разговор о дефектных?

Рик помрачнел.

– Пока не знаю, Ника… Я постараюсь ускорить процесс, надо еще подождать.

Внутри вдруг стало пусто.

– Понятно, – ровно произнесла я.

Бесполезно.

Никто не станет слушать.

Пора признать, что это провал, законным путем изменений не добиться. Остается только один выход. Решение, которого я искренне хотела избежать и одновременно тяготела к крамольной мысли об этом.

Надежда на повстанцев.

Рик успел раздеться, сесть рядом и взять за руки.

– Давай лучше займемся талисманом, который тебе подарили монахи. Уже изучила, как он работает?

Моргнула пару раз, возвращаясь в реальность.

– Талисман… Нет, по-моему, он не работает.

– Дай посмотреть.

К слову сказать, талисман не заработал ни от взгляда Рика, ни без него.

Втроем мы расположились на диване в гостиной и взирали на маленькую черную пластинку. Плотную, твердую, приятную на ощупь, но пока совершенно бесполезную. Не уверена, что в ней есть хоть какая-то сила.

Талисман, который монахи дарили Филиппу, работал без нареканий. Когда он входил в помещение, по телу пробегали мурашки, а разум захватывала эйфория, граничащая с влюбленностью.

Мой же талисман не действовал никак. Ни Рику, ни Дану не становилось хорошо или дурно, когда я держала талисман в руке. Проверили на служках – без толку. Никаких особенных эмоций присутствующие не испытывали.

– Наверное, монахи всё же ошиблись, – подытожила я.

– Не знаю, не уверен. Может, он работает в определенное время суток или при определенных условиях.

– Каких таких условиях?

– Не знаю, Ника! – отчего-то разозлился Рик. – Лучше не используй его.

– И не собиралась.

– Это все слишком опасно, как и твое общение с повстанцами. Мы чуть не погибли тогда в пещере!

От такого заявления я впала в ступор.

– Тогда в пещере мы спасли кучу народа и твоего лучшего друга!

– Она права, – заметил Даниэль, а потом ойкнул от хмурого взгляда Рика.

– Мы бы спасли тебя и без присутствия Ники, вот я о чем!

– Ах, тебе не нравится мое присутствие? Отлично! Не буду напрягать!

Стоило больших трудов сдержать слезы. С этими эмоциональными качелями я превращалась в истеричку.

– Ника!

Рик попытался догнать меня в прихожей, но я уже накинула плащ.

– Я.. думала, ты изменился. Ведь ты бился с армией Филиппа бок о бок с повстанцами и всё еще считаешь их злодеями?

– Они не злодеи, – Рик едва держал себя в руках, – я допускаю, что некоторые из них – хорошие парни. Да, допускаю! Но цели, которые они преследуют, мне совершенно не близки!

– А мне близки! – крикнула я, а внутри будто пузырь лопнул. – Рик, они правы! Мне нравится то, что делают повстанцы. Они меняют мир к лучшему.

– Они рушат его! Рушат весь порядок!

– Да какой порядок? Магия, которая доступна не всем. Расслоение на бедных и богатых. Министр, который обворовал всю страну, и без повстанцев об этом никто бы и не узнал.

– С министром мы разобрались.

– А с чего ты взял, что он единственный?