Евгения Сушкова - О пользе второго имени, или... «Я поеду с вами!» (СИ)

Девушка наконец перевернула страницу, и Крис отвлекся от своих размышлений. Понаблюдав за ней еще немного и поняв, что на чтении она так и не сосредоточилась, поинтересовался:

— Могу я узнать, как зовут прелестное создание, чьим попутчиком мне посчастливилось быть?

Девушка подняла лицо и поморщилась:

— Вовремя вы вспомнили об этом, — ехидно отозвалась она и нехотя добавила: — Эля… Эля ли'Этьен.

Кронпринца словно мешком орехов ударили. Эля! Он слегка ненавидел это имя, хотя и был благодарен человеческой принцессе за то, что своей глупой выходкой помогла так надолго отложить бракосочетание с ее сестрами. Но все-таки постоянно слышать про нее от Аррана, видеть в зеркале несмываемое напоминание о ее «великой мести»… Определенно, раздражения в нем было куда больше, чем теплых чувств. К тому же… она надеялась, что, не назвав своего настоящего имени и прикрывшись фамилией матери, сможет удержать инкогнито? Возможно, и не все эльфы знали родословную тиронийских принцесс и действительно бы не поняли, кто перед ними, но ей удалось наткнуться на того, кто вынужден в скором времени на одной из них жениться.

Эля, значит… Эллея ат'Норриэ, младшая принцесса Тиронии… И кажется, она до сих пор не догадалась, кто сидит с ней в одной карете, иначе, без сомнения, сотворила бы что-нибудь столь же глупое, как и в прошлую их встречу. Но почему не узнала? Прошло всего пять лет, неужели за такой короткий срок она забыла, как выглядит ее, как она считала, враг и обидчик? Человеческая память настолько ненадежна? Так ведь в ее жизни, как он подозревал, было не так много эльфов, чтобы она могла не признать кронпринца Великого Леса. В отличие от тех же гномов, про эльфов никто не скажет, что они на одно лицо. Впрочем, на него-то как раз она старалась и не смотреть. Даже не сверлила сердитым взглядом, как он предполагал. Зато теперь понятно, почему он признал ее своей — хоть и четверть, но эльфийская кровь давала о себе знать. И понятнее становилось, почему вдруг у таррлинов оказалась такая странная хозяйка.

Но вот она очень изменилась. И хотя по-прежнему не блистает красотой, как старшие сестры и мать, все же имеет свое неповторимое очарование. Воронье гнездо на голове превратилось в блестящие каштановые локоны, фигурка вытянулась и кое-где округлилась, а глаза отсвечивали, как девушка когда-то и мечтала, зеленью, свойственной эльфийкам. Да и на одежде заметно поубавилось рюшечек и бантиков. Хотя, возможно, это дорожное платье, и скоро его сдержанный темно-голубой цвет и простой покров сменят пышные розовые, желтые, салатовые наряды. Ведь она, кажется, очень любит яркие краски?

— А как вас зовут?

— Тиен, — ответил Крис почти машинально, продолжая ее рассматривать. Этим именем он пользовался, когда выезжал за пределы Леса не в качестве принца, а как простой эльф. В качестве же прозвища использовал то, что дали ему после первого совершеннолетия: — Неугомонный.

Эля хихикнула, и Крис улыбнулся в ответ. В детстве он был действительно неугомонным ребенком, Тиррен и Лирреллия с ним очень намучились. Тогда, в сто двадцать лет, это второе имя подходило ему как никакое другое. Намного позже, когда Крис всерьез увлекся магией, он стал спокойнее. Угомонился, выбрал более сдержанный стиль одежды и поведения, с головой ушел в свои разработки и изыскания. До двухсот десяти над ним в семье постоянно подшучивали. Какой же он Неугомонный, если кронпринца из его лаборатории даже за уши не вытащишь! Но вот после второго совершеннолетия новое имя подошло как нельзя кстати. Предпочтения в одежде и внешность сделали свое дело, и Крис стал Темнейшим. Порой и это прозвище его забавляло, особенно последние пять лет, но все же характеризовало его куда лучше, чем Неугомонный.

Тем не менее, позволить Эллее узнать, кто он, Крис не мог. Поэтому сейчас с ней в карете сидел не кронпринц Крисстиен тэль-Арин Темнейший, а Тиен Неугомонный, слегка ненормальный маг-изобретатель.

— Неугомонный? — с сомнением протянула Эля, внимательно разглядывая собеседника и попутчика. Книгу она отложила в сторону, словно показывая, что все же готова с ним поговорить. — Почему-то слабо верится.

— Уж как есть, — развел руками Крис. Поверила или нет? Признала в нем кронпринца? Или даже подумать не могла, что наследник будет бегать по лесам и запрыгивать в первые попавшиеся кареты, а потому обманута образом Тиена? Но Эля перестала подозрительно щуриться, и эльф расслабился. Какие же человечки все-таки глупые и доверчивые. — А что ждет тебя в Хрустальной Росе? Насколько я знаю, далеко не каждому человеку дается право на пересечение границы.

— Я… еду повидать друга детства, — уклончиво ответила хозяйка кареты, но и этого Крису хватило. Арран! Если это недоразумение и его младший брат встретятся, они весь дворец на уши поставят! В ее возрасте принцессе вроде бы неприлично будет вести себя по-детски, но ведь рядом с ней будет этот бесенок! Крис не сомневался, что в первый же день, возможно даже, вместо обеда, они заберутся на какое-нибудь дерево постарше и повыше, чтобы помагичить. А ему только скандалов не хватало! Особенно тогда, когда он лихорадочно придумывает новый способ оттянуть свою женитьбу.

— И… кто ваш друг? — осторожно поинтересовался он, пытаясь успокоить воображение и избавиться от картинки перед глазами, в которой весь дворец ходит полосато-пятнистый в розовый квадратик. С этой девчонки станется.

— Его зовут Арран, — коротко ответила девушка, с видимой неохотой называя имя своего друга и подозрительно покосившись на эльфа. Крис поспешно сделал вид, что задумался, теребя пальцами манжету рубашки. Зеленую крутку он давно снял, она лежала рядом на сиденье, и ему ничто не мешало издеваться над несчастным рукавом.

— Вы имеете в виду его высочество Аррана Солнечного? — наконец спросил он, наблюдая за ее реакцией. У Эллеи была довольно живая мимика, по ее лицу можно было сразу понять, о чем она думает или какие эмоции испытывает. Вот и сейчас, девушка досадливо закусила губу, неодобрительно глядя на сообразительного попутчика. Она явно не стремилась поведать первому встречному всю свою жизнь, но такая запоздалая осторожность была уже ни к чему.

— Его.

Крис глубоко вздохнул. Просто замечательно. Его младший брат не мог сделать ему большей гадости. Сначала выпустил таррлинов. Теперь вот ожидает (хотя сам, вероятно, об этом не знает, если уж и наследник не в курсе) в гости подружку, которую Крис не очень жалует, которая умудрилась этих самых таррлинов у него под носом привязать к себе и с которой он трясется в одной карете, сопровождаемый двумя олухами. Невероятно. Так в жизни просто не бывает. Что вот ему теперь делать?