Отдел непримиримых врагов - Эвелина Шегай

— Хорошо, дружище, буду глотать обратно, — усмехнулся Рик и, не выдержав натиска удушливо гнилостного смрада, стиснул пальцами нос. Он догадывался, что выглядит скверно. Не лучше желторотого матроса, впервые вышедшего на корабле в большие воды и в полной мере познавшего всемогущество морской болезни над бренным телом. Но продолжал тешить себя мыслью, что сумел скрыть от окружающих глубину своего бедственного положения. Поэтому искренне надеялся, что проницательная напарница встала у его плеча не с намерением успеть словить бессознательную тушу, надумай он хлопнуться в обморок под стать впечатлительной барышни, столкнувшейся с матёрой уличной крысой.

— А я вот о тебе был лучшего мнения, — сладко пропел Аллен, склонившись над трупом так низко, что тошнота опасно подпёрла к горлу. — Понимаю, у оборотней обоняние намного острее, чем у вампиров. Между собой у вас тоже есть кое-какие отличия, в курсе, но на фоне своего «дружище» производишь скверное впечатление.

— Кое-кто древний, по обыкновению, кичится своими поверхностными знаниями.

— Дикарь, притворяющийся интеллигентом — не менее любопытное зрелище.

— Вы оба сейчас раздражаете, — холодно объявила Белладонна, открывая форму протокола на планшете. В их обязанности входило описание общей обстановки на месте преступления, пока криминалисты выискивали вещественные улики.

— О, девочка, тебя в первую очередь должно интересовать, почему твоего напарника едва ноги держат, — мягко возразил Аллен, рукой в латексной перчатке приоткрывая рот мёртвому парнишке — совсем юному, практически ребёнку, судя по лицу, что не тронули крысы. Ужасная несправедливость как для парнишки, ещё и жизни толком не видавшим, так и для его близких, потерявших важного для них человека преступно рано. — Сама подумай: здоровяк весом за центнер, королевская неразбавленная людьми кровь, образование из лучшего учебного заведения империи, — а притупить обоняние не может. Странным это не находишь? — Он внезапно вскинул русую голову и улыбнулся, изображая смущение. — Ах да, ты же, наверное, не знаешь. Что ж, в таком случае я немного тебя просвещу: оборотни управляют органами чувств аналогично тому, как мы выпускаем клыки. Нет необходимости переходить в иную форму. И судя по моим наблюдениям, они успешно овладевают этим умением ещё в детстве.

Беладонна перевела на Рика взгляд и в безмолвном вопросе приподняла смоляную бровь. Она в принципе говорливостью не отличалась. По большей части лишь загадочно улыбалась и строила глазки, чем временами окончательно ставила его в тупик. В обычной женской голове не разберёшься, а тут женская голова другого вида.

— Всё не так просто, — только и смог прогундосить он.

— Начнём с того, что у кошачьих зрение и слух развиты не в пример лучше, чем обоняния, в то время как у псовых наоборот — нюх во главе стола. И продолжим иерархией в стаи, от места в которой зависят сила и особенности органов чувств, — чопорно поведал Оскар, прервав исследование пола: перестал распылять вещество тёмно-синего цвета, что вступило в реакцию с клетками белка и окрашивало его в малопривлекательные бурые тона. — В любой стае есть чёткая градация по силе: альфа, бета, гамма и омега. Все изначально рождаются омегами и по мере взросления развиваются и приобретают новые способности. Конечно, какой-то процент остаётся омегами. Практически все полукровки — омеги. И поскольку они самые слабые, то им легче остальных контролировать свои органы чувств. В том числе абстрагироваться от сильных запахов.

— Так ты у нас значит омежка? — радостно подытожил Аллен.

— Нет, я не отношусь ни к одному из меньшинств, — он вернулся к прерванному занятию. Всосал бурую жижу ручным пылесосом, специализирующимся на сборе жидкости, и на другом участке пола разбрызгал из пульверизатора синее вещество. — Заурядный гамма.

— Гаммы — это большинство, подобно низшему сословию у вампиров?

— Я плохо знаком с вашим общественным строем. Но если переводить в процентное соотношение, то в приблизительно семьдесят процентов оборотней — гаммы. Омеги без примеси человеческой крови и беты примерно в одинаковой пропорции и занимают двадцать пять процентов. Оставшиеся пять — альфа-самцы и альфа-самки.

— А тебя значит лихорадит возле трупа из-за того, что ты волк? — ненавязчиво вернул разговор к нему Аллен.

Хитрющий, надо сказать, вампир. Спросит прямо — спокойно получит отрицательный ответ. Немного походит вокруг да около и всё равно выяснит то, что ему интересно, какое бы сопротивление не встретил бы на своём пути к информации. И с каждым упрямцем использовал разные методы: из одного будет долго и осторожно тянуть сведения по ниточке, другого — бесцеремонно зажмёт в углу. Опыт, накопленный в течении нескольких веков жизни, сделал из него прекрасного стратега и манипулятора.

Разумеется, он явно знал об устройстве стаи у оборотней. Однако решил прикинуться дурачком, чтобы подтвердить свою догадку в отношении Рика. А напарник намеренно или случайно — сейчас нет никакого смысла гадать — помог ему.

У него не было желания играть с Алленом в игры разума. Особенно сейчас, когда все силы уходили на то, чтобы вернуть контроль над телом и головой, одуревшим от вони. Поэтому он смирился с неизбежным и коротко ответил:

— Я — бета.

— В твоём возрасте? — Оскар от потрясения едва пылесос не уронил. — Немыслимо… как такое вообще возможно?..

— Рикард рано стал бетой? — подала заинтригованный голос Белладонна.

К тщательно скрываемому недоумению Рика, она частенько демонстрировала живой интерес к его персоне. Аккуратно расспрашивала о семье и о том, какое влияние она имела на королевство: обладала реальной властью в их обществе или осуществляла церемониальные функции. Узнав, что в их стае больше ста шестидесяти особей, а конкретно он вышел из побочной ветви по женской линии и числился принцем скорее номинально, заметно приуныла.

Глупцом он не был, понимал, что красавица изучала его не из-за праздного интереса и уж тем более не из-за романтического влечения, которое иногда пыжилась изобразить; наблюдать за совратительными потугами вампирши — отдельный вид развлечения. Ей двигали более приземлённые и практичные цели. И вот что именно она хотела с него поиметь — пока оставалось тайной, припрятанной в тёмном чулане. Но он не особо по этому поводу расстраивался — наслаждался шоу и обжигающе холодной красотой обольстительницы.

— Не просто рано, а невероятно рано. Больше половины оборотней являются омегами вплоть до совершеннолетия. А бетами становятся оборотни, которым, как минимум, за сотню лет. Просто в голове не укладывается, как это возможно?.. Погоди-ка, Валери, получается, тоже бета?

— Ну да. Мы же из одного приплода. Последние и «самые придурковатые» — со слов мамы. — Рик криво улыбнулся. — Посмотрела она на Вел и решила, что больше ей такого счастья не надо. А я через двадцать лет закрепил результат.

— Выходит это не я слабак, а она