Чудовище проклятого острова (СИ) - Благосклонная Ядвига "Bambie"

— Спасибо.

Кайден на мои слова только кивнул.

В кабинете горело несколько свечей, что бросали причудливые тени на деревянные стены. На столе были разбросаны писчие перья, письмо с еще невысохшими чернилами и свитки. Кайден явно провел здесь последние несколько часов, судя по комкам разбросанной исписанной бумаги, которые валялись где ни попадя.

— Вы где застряли? — спросил Кристиан. — Никак миловались, голубки?

Мы с Дан-яром на него мрачно взглянули, тот приподнял руки, мол, сдаюсь, но паскудную ухмылку с лица не стёр.

И что за человек такой мерзопакостный, спрашивается?

Склонив голову, он что-то прошептал Дорис на ушко. Та бросила на него хмурый взгляд и отошла.

— Располагайтесь, — отчеканил Кайден, проходя за стол.

Для Дорис Кристиан услужливо отодвинул стул, а вот мне с подлецом пришлось бороться за тот, что был ближе к ней. Мы буквально пытались спихнуть друг друга, толкаясь локтями.

— Я первый сел!

— Вообще-то девицам положено уступать!

— Это благопристойные дьяры уступают, — вернул мне мою шпильку, зараза!

Раздался тяжелый вздох Кайдена и протяжное: «О, Великие, дайте мне сил!».

— Прекратить! — гаркнул Дан-яр, стукнув кулаком по столу. — Ты! — указал пальцем на Кристиана, — уступи ирле место. Немедленно.

Толкнув напоследок недоумка, победно улыбнулась, но улыбка увяла, стоило только посмотреть в сторону будущего супруга.

— Г оспода, коль мы с вами оказались в таком весьма разношерстном составе на корабле, а с корабля, как известно, не сбежишь, — выдержал многозначительную паузу, словно подчеркивая, что сбежать можно только за борт. На корм рыбам, само собой. — Предлагаю установить правила.

Кристиан, — начал он с самого буйного, — после заката тебе запрещено приближаться к каютам девиц.

— Н-но, — заикнулся было сорванец, но был оборван.

— Нет. Все насущные вопросы решай до заката, остальные — на суше.

О каких вопросах говорил Кайден все прекрасно поняли без подробностей. О тех самых, что у Кристиана чесались в причинном месте.

— Ты, — указал на меня пальцем. Фи, какой моветон. Право слово! Ирлу Беатрис уже пришлось бы откачивать нюхательной солью. Слава Далии, что я девица не из впечатлительных. — Воздержись от своих трюков.

— Это каких еще трюков?

— Прекрати вынимать душу из моих воинов.

А ещё называют себя суровым народом. Тоже мне воины! Даже хрупкую ирлу не могут обуздать!

— Дорис, — перевёл взгляд на девицу. Та хлопнула большими зелёными глазами и дьяр смягчился, — после заката лучше оставайтесь у себя в каюте. Во избежание некоторых. досадных недоразумений.

Под «досадными недоразумениями» подразумевался недовольный Кристиан.

— А что же насчёт вас, милейший? — прищурилась я, поддаваясь вперёд.

— Меня?

— Разумеется! Как насчёт того, чтобы выполнить данное обещание? — припомнила я выдуманную традицию.

Кажется, у Кайдена дернулся глаз. Его губы подергивались, как если бы он сдерживал себя в крепких выражениях и проклятьях, которые хотел послать на голову очаровательной ирлы.

— Дьяры слов на ветер не бросают, — все же пришлось ему смириться с незавидной участью.

— Позвольте уточнить, Дан -яры тоже?

— Да!

— С нетерпением буду ждать, — оскалилась в волчьей улыбке, которую мне незамедлительно вернули.

Когда все правила были оговорены, мы скрепили договорённости рукопожатием, а затем дьяры провели нас в трапезную, которая оказывается здесь была!

Поздний ужин был вялым. Каждый витал в своих мыслях. Кроме Кристиана, конечно. Он только что и делал как отвешивал комплименты Дорис. Она же пропускала их мимо ушей. Страшно представить, сколько девиц повелись на уловки этого пройдохи. Поди, пол Хель -горда перепортил.

Разошлись мы ближе к полуночи. Большинство дьяров уже дрыхли без задних ног. Остальные лакали брагу, играли в кости и карты, в надежде не продуть последнее исподнее.

***

Утро началось с неожиданных сюрпризов. Едва я успела одеться и привести себя в порядок, как в дверь постучали. Дождавшись разрешения войти, дверь открылась и в проходе показалась голова Генри. Он опасливо оглянулся и, наткнувшись на меня глазами, замер.

Платье подаренное варваром я все-таки надела на себя. В груди оно было мне несколько маловато, однако выглядела я вполне прилично. Ворот-то по самую шею! И чего уставился, как пьянчуга на бутылку?

— Кхм, — откашлявшись, пришёл в себя воин. Потер шею и протянул мне свёрток. — От Дан-яра, — поспешил объясниться.

— Благодарю, — чинно кивнула головой, потянула на себя подарок, однако Г енри не отпустил. Тогда я сильнее потянула на себя. Очнувшись, он снова откашлялся, бегло пробежался по мне глазами, буркнул: «бесстыдный народ» и поспешил ретироваться. Поразительная наглость! Пялиться на чужую суженую он, а бесстыдный народ мне равно ирлы!

Что с них взять? Варвары — одним словом!

Покрутив в руках сверток, пришла к выводу, что Дан-яр расщедрился на нечто тяжёлое. Это точно была не картина, явно не танцы или поэма.

Алчно развязав свёрток, уставилась на деревянную круглую шкатулку с витиеватой резьбой. Присмотревшись, определила узор, как цветок. Весьма странный. Из семи лепестков с шипами. На всей Аскольдии таких чудаковатых не найти, точно вам говорю! Повертев ее в руках и так и сяк, решила все-таки заглянуть внутрь. И каково же было мое удивление, когда, отодвинув крючок и открыв, моему взору предстала сидящая на метле девица поразительно похожая на меня. Судя по гримасе, она злобно хохотала.

Ну, я ему за это народное дьяровское творчество...

Меня?! Да ведьмой изобразить?!

Вылетев из каюты, стрелой взлетела по лестнице, зыркнула по сторонам и, заметив этого умельца возле штурвала, устремилась к нему.

Скот. В смысле, суженный тоже меня увидел. Точнее, мчащуюся к нему фурию, а

потому, отдав подзорную трубу Бо, начал отступать.

Ну, уже нет!

— Стоять! — гаркнула, да так громко, что один из матросов остановился прямо передо мной. — Брысь!

Дьяр заметно выдохнул, мигом отскочив.

Кайдена я нагнала на лестнице, ведущую в кабинет. Клещом вцепилась в плащ, который вчера пришлось отдать, и дернула на себя.

— Суженая, — нервно начал он, — как спалось?

— Прекрасно!

— Ты завтракала? Знаешь, кок приготовил удивительные блинчики. Предлагаю отведать прямо сейчас. Пока горячее.

— Да что ты?

— Угуммм...

— Это что? — помахала перед его носом шкатулкой.

Дьяр отпрянул, как если бы я этой шкатулкой хотела заехать ему в нос. А впрочем...

— Шкатулка.

— А в ней?

Всего лишь проявление моего творчества, — нервно улыбнулся.

— Почему ведьма похожа на меня?

— Разве? — приторно ахнул негодяй.

Открыв шкатулку, показала эту пакость.

Нагнувшись, он присмотрелся. Затем аккуратно вытащил из моих рук и добавил:

— Видимо, вдохновился. Знаешь, какая суженая такое и вдохновение.

Надо сказать, что шкатулку он забрал очень вовремя, потому как после этих слов был риск что на одного дьяра в Хель -горде станет меньше, а на одну ирлу в темнице больше. Если у них вообще есть темницы. Про Хель -горд я не знала ровным счетом ничего, кроме того, что там был лютый мороз.

Подавив в себе желание спустить с лестницы подлеца, скрипнула зубами, развернулась и начала спускаться.

— А шкатулка? — крикнул в спину дьяр. — В Хель-Г орде не принято отказываться от даров суженного.

Чтоб ему пусто было!

Вернувшись, вырвала из его рук шкатулку и, развернувшись, пошла будить Дорис, чтобы успеть отведать ещё пока тёплых блинчиков.

***

Будни на корабле протекали довольно спокойно. Бесконечные воды не бушевали, небо оставалось чистым, без единого облака. Правда, ветер уже морозил, а не просто колол кожу. Чем ближе к Хель-горду, тем становилось холоднее — это был всем известный факт. Когда они войдут в пересеченные моря ярящегося Шель-гарда и бушующего Вель-гарда пойдет снег. Оставалось надеяться, что боги будут милостивы и они не попадут в снежную бурю.