Особенности магической любви (СИ) - Задорская Виктория

— Под номером десять, — вяло ответила Алиса. — С первого курса алхимии.

Я оторопела, ведь хорошо помнила, что номер десять получили Агата со своей однокурсницей Розой. Оливер, очевидно, тоже это понял, ведь начал незаметно доставать кинжал из мешочка.

— Алиса, выйди сюда, к нам. Мы тебе поможем.

— Я не могу, — продолжало всхлипывать создание. — Меня тоже ранили.

— Бедная, несчастная Алиса, — сказал Оливер и, спрятав оружие за спиной, начал медленно подходить к кустам. — Расскажи мне, как выглядел этот элементаль?

— Он страшный… зубастый… рогатый… величиствен… — но не успело создания договорить, как парень метнул кинжал прямо туда, откуда раздавался голос.

Послышался страшный вой. А тогда из тени, как ошпаренная, выскочила фигура в длинном плаще с капюшоном. Ее глаза горели красным, лицо было бледно-зеленое, как у мертвеца, а со лба торчал наш кинжал. Существо промчалось мимо, продолжая выть раненым зверем. Мы слышали, как оно бежало, ломая ветви, и испуганно переглядывались. Пока наконец все не стихло, кроме шелеста листьев и журчания ручья.

— Почему оно на нас не напало? — через несколько минут спросила я.

Сейчас мне не мешало бы выпить какой-то домашней самогонки, чтобы прийти в себя.

— Это стриг, я его дезориентировал. Убить без магии его почти невозможно, а вот на время вывести из строя можно.

— Стриг? — переспросила я, ведь раньше не слышала такое название.

— Стриг — это душа мученика, которая поднимается из могилы для того, чтобы выпивать кровь заблудившихся прохожих, — пояснил парень. — Они бродят по земле в поисках жертв, и могут становиться невидимыми или превращаться в диких зверей. Стриги — существа демонического происхождения, хитростью заманивают разных дураков. К счастью, мы вовремя разгадали его хитрости.

— К счастью… — тяжело выдохнула я.

— Думаю, никакого элементаля здесь нет. Сомневаюсь, что двое монстров ужились бы на одной территории, поэтому пора уже расшифровать карту.

Мы приблизились к ручью. Постояв на берегу несколько минут и убедившись, что никто не пытается нас убить, мы достали из мешка головоломку.

Я окунула ладонь в прохладную воду и провела ею по листу бумаги.

С того места, где вода попала на пергамент, начали кружевом разбегаться чернильные линии. Нам открылась детализированная карта леса. На ней были изображены все холмы, овраги, болота, озера, а также центральная поляна, помечена красной меткой в форме черепа. Но больше всего поражало то, что в углу, в подписанном столбике мелькали крошечные номерки.

Мы с Оливером ошарашенно склонились над картой. Было написано, что участники номер десять сейчас сидят на болоте. А участники номер четыре лезут на холм. Вдруг участники номер тринадцать замелькали и через несколько секунд исчезли с карты.

— Что бы это могло значить? — спросил Оливер, блуждая взглядом вдоль пергамента.

— А ты не понимаешь? Это участники, которые выбыли. Их карта не показывает.

— Выбыли, то есть погибли? — уточнил юноша.

— Думаю, да.

Осознав это, мы начали считать номера, которые остались. Ровно половина.

— С ума сойти можно. Проклятый Хэллоуин и праздничный квест! Здесь люди вымирают, как мухи, — злобно процедила я. — И что теперь делать? Куда идти? Если за каждым кустом подстерегает какая-то голодная тварь…

— Злата, выход только один — поляна с меткой, — перебил мои жалобы Оливер. — Вот смотри: мы сейчас находимся на северо-востоке. Если пойдем вдоль ручья, то сократим путь. Тогда останется вылезти на холм, а уже внизу будет поляна.

— Хорошо, тогда надо быть максимально осторожными. Боюсь, что впереди еще немало сюрпризов, а мы остались без оружия.

— Зато имеем веревку и расшифрованную карту, а это уже что-то.

— Тогда не будем терять времени, — ответила я, искренне надеясь, что это проклятое приключение не закончится для нас пропавшим номером на карте.

Глава 20. «Тяжёлый путь к цели»

Следующие несколько часов все было тихо и спокойно. Казалось, что лес намеренно пытается усыпить бдительность участников, чтобы в какой-то момент продемонстрировать свои силы в полной мере. Шли мы с Оливером медленно, не сделав за это время ни привала, хотя я бы не отказалась посидеть у костра с кружкой горячего чая или кофе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Под ногами чавкала влажная земля, а ручей продолжал успокаивающе бежать. Я уже несколько раз широко зевнула.

— Интересно, какой сейчас час? — спросила от скуки.

— Кто знает, кажется, что идем уже целую вечность…

— Как думаешь, что будет с теми, кто погиб? Кто будет нести ответственность? Как вообще их семьи на это отреагируют? Представь: подойти к чьей-то маме и объяснить, что ее ребенок погиб из-за соревнования, к которому даже подготовиться не было возможности.

— Не знаю, Злата. Для меня вообще странно, чего преподаватели и ректор не вмешиваются. Сейчас весь университет за этим наблюдает и жует поп-корн, — процедил сквозь зубы парень и вдруг остановился.

— Что такое? — спросила я, не поняв почему он внезапно оцепенел.

— Что-то под ногами, — растерянно сказал Оливер. — Я не могу сдвинуться с места.

Юноша забавно дергался, но шаг так и не смог сделать.

— Подожди, не шевелись. Я сейчас посмотрю, что там такое.

Я наклонилась и в свете луны увидела змеевидные усики какого-то растения, что оплели подошвы Оливера, и теперь уверенно ползли к икрам.

— Это какая-то трава, очень похожа на ту, что обвивает лестницы в университете.

— О, нет! Надеюсь, ты ошибаешься…

— А почему? Она очень опасная? — спросила и попыталась прикоснуться к зеленому ростку, но тот, как какая-то змея, больно меня ужалил. — Ай, оно кусается!

На пальце выступила большая капля крови.

— Оно не только кусается. Это олеандр ползучий. Считай, что самая опасная трава в мире. В университете она приручена и студентов не касается, но как только внутрь зайдет чужак, то считай, что у него будут серьезные проблемы.

— Как тебе помочь? — запаниковала я, с ужасом наблюдая, как олеандр уже опутывает колени парня.

— Черт побери, я не знаю. Как видишь, боевых магов не учат ботанике.

— Проклятье! И что делать? Сколько у тебя есть времени? — я начала топтаться на месте, не понимая, как ему помочь.

— Не знаю, наверное, минут пять осталось. Сначала оно сплетет вокруг меня кокон, а потом выпьет всю кровь.

— Черт! Черт! Черт! Что же нам делать?

— Злата, я не знаю — воскликнул парень, который из-за страха аж побелел.

— Думай, Злата, думай, — продолжила паниковать я, пытаясь вспомнить хоть какую-то информацию об олеандре. — Неужели нет никакого способа от него освободиться?

— Конечно есть, его надо просто сжечь. Но, к сожалению, наши магические силы сейчас отсутствуют.

— И это все? Сжечь? Больше никаких вариантов?

— Ну, ты еще можешь выкопать корень и перерубить его. Но кто знает, на какой глубине эта зараза растет. И перерубить нечем, — сказал Оливер, а олеандр уже достиг до пояса.

Вне себя от ужаса, я упала на колени и пальцами начала нащупывать жалящие ростки. Они вились к лесу, поэтому, не обращая внимания на кровь, что сочилась из покусанных ладоней, я двигалась туда, откуда росла проклятая трава.

Кажется, Оливер что-то кричал мне вслед, но я целиком сосредоточилась на поисках корня. Боль не имела значения, рваные штаны и порезанные об острые камни ноги — тоже. В моих руках сейчас была жизнь друга, поэтому в крови бушевал адреналин и сила сделать невозможное.

Через одну минуту я, углубившись в колючие заросли, наконец-то нашла корень олеандра. Он был похож на гнездо змей. Его ростки постоянно двигались и переплетались, выдавая гадкое шуршание. Стиснув зубы, я схватила самый большой камень и набросилась на толстые корни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я толкла растение, пытаясь убить, уничтожить, сокрушить, чтобы не осталось и следа от него. Олеандр защищался — он чертовски больно кусал меня и пронзительно шипел. Не знаю, сколько времени это продолжалось, может, несколько секунд или минут, но для меня прошла вечность. Вечность, наполненная пронзительной болью от укусов и мощными ударами прямо в мясистые корни олеандра.