Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить... (СИ) - Нэльте Нидейла

Это оказалось сложнее, чем я думала. Хотелось сорваться с места, прыгнуть в поезд и навестить их. Может, надо было просить, чтобы отвели сразу к ним? Разрешат ли еще один выход на Землю?

Покосилась на Наареша. А может, стоило вообще закричать, позвать на помощь? И как она мне поможет? Пока приедет из другого города, даже если просто позвонит в полицию, пока объяснит… А тут портал мгновенного переноса. Зачем зря волновать.

— Вы сделали правильно, адептка, — кивнул магистр.

Интересно, в этом мире его зрачки стали обычными, разве что зеленый цвет глаз оставался слишком ярким, непривычным. И волосы — скорее светло-русые, чем белые.

— Это маскировка или внушение? — не сдержалась я.

— Маскировка, — едва улыбнулся он. — Возвращаемся?

— Можно вещи возьму?

— Конечно.

Бросившись к шкафу, я достала дорожный чемодан на колесиках. Покидала в него самое необходимое — вещей у меня было не так много, все, что собралось за год учебы.

— У вас зима бывает?

— В Академии всегда тепло.

Бросила взгляд на куртку. Оставлять не хотелось, хоть квартира и оплачена на несколько месяцев вперед. Вдруг пригодится. Как и небольшую денежную заначку — мало ли кто ее обнаружит?

Сложила запасные брюки, короткую юбку, которую уговорила купить Янка. Ей бы тоже позвонить, но все номера остались в мобилке, к сожалению. Хватится ли она меня, поднимет ли тревогу?

Задержалась у нарядного блестящего платья, фиолетового, с россыпью камешков по декольте. Как раз приобрела себе на посвящение в студенты, родители тогда денег прислали, и я их все вбухала в красивый наряд. Правда, по сравнению с кринолиновым платьем той же Феты, боюсь, он будет выглядеть слишком вызывающе. А уж длина намного выше колен… Но все равно на бал идти не в чем, а он уже через несколько дней!

Надо прихватить подходящие колготы с туфлями. И пусть Фету хватит инфаркт!

Наареш стоял у окна, поглядывая на меня таким взглядом, словно уже мысленно переодел в это платье. Хотя он ведь не мог знать, какое оно! Я даже не разворачивала!

Но его взгляд заставил смутиться и снова заполнить мысли гусями и козликами. Когда мужчина так смотрит, сложно помнить, что он преподаватель!

Поскорее сунув платье в чемодан, я поспешила в ванную. Там наконец-то сложила в несессер косметику.

Блюдца Белки тоже лишними не будут, не постоянно же из столовой таскать. Несколько минут рассматривала пакет с кормом: интересно, станет ли она его есть, или теперь совсем на мышей перейдет? И брать ли лоток?

Боюсь, там нечем будет его наполнять. Пусть моя умничка продолжает бегать в сад, удобрять эльфийские заросли.

Наареш ждал, не торопил меня, за что я была ему благодарна. Достала золотой медальон на цепочке. Он давно не открывался, замочек заело. Я его не носила — совсем не подходил к одежде, родители дали «на удачу», так и лежал.

А сейчас… мало ли, что там, в другом мире. Наши деньги у них наверняка лишь цветные бумажки, а вот золото, может, ценится.

Еще раз прошлась по квартире. Тесная, без особого ремонта, она никогда не была мне родным домом, но сейчас вдруг оказалось сложно прощаться. Будто я больше не вернусь сюда.

Тряхнув волосами, я попыталась отогнать эти мысли. Буду изображать дурочку, понаставлю щитов и блоков, поскорее отделаюсь от эмпатии и к осени возвращусь на свой ин-яз! Лишь бы всякие белоснежные не провоцировали лишних магических всплесков.

С удивлением обнаружила на тумбочке в прихожей ключи. Если я обронила их, когда сюда проникли ловцы, то кто поднял? Те же ловцы прибрали за собой, или Наареш выходил на разведку?

Забрав на всякий случай и их, я продолжила сборы.

Очень хотелось написать какую-нибудь записку, но едва ли мне удалось бы утаить ее от менталиста. Да и что я напишу: «Ищите меня в Академии пси-хов»? Отправить друзей и родных в обход ближайших дурдомов?

Оставив только зимние вещи и те, что почти не носила, я с сожалением все же попрощалась с квартирой. Очень хотелось верить, что это ненадолго, что успею до начала семестра… Только интуиция упрямо звенела напряженной струной.

— Готова? — прервал дракон мои внутренние терзания.

— Если я скажу «нет», меня оставят в покое? — огрызнулась я.

— К сожалению.

Чертов дракон наблюдал мой всплеск! И наверняка доложит ректору. И не видеть мне родной Земли.

Наареш смотрел с долей грусти и сочувствия.

— Идем, — произнес, взяв меня за руку. Даже чемодан подхватил.

Теплое прикосновение оказалось приятным, неожиданно надежным.

Остановившись у входной двери, он отпустил меня, поставил чемодан, и сделал несколько знаков руками, словно устанавливал перевернутую арку портала. Или вызывал его открытие с этой стороны.

Странное ощущение повтора накатило, вспомнилось нападение, детали которого по-прежнему оставались скрыты туманом.

Подкова вспыхнула, за светом вместо двери моей квартиры показались очертания портала в обсерватории.

Опять взяв меня за руку и снова подхватив чемодан, дракон уверенно повел меня в средоточье цветных лучей.

Рывок, вспышка… В голове мелькнула картинка, другая… И вдруг со всей ясностью открылось воспоминание. Я выбегаю, прижимая Белку, и внезапно оказываюсь…

Сильные руки, зеленые глаза… эти вот светлые волосы — не такие белые, как в Академии… Но узнаваемые!

Шагнув следом за Наарешем обратно в портальный зал, я сделала по инерции несколько шагов и замерла. Остановившись, он оглянулся:

— Все в порядке? С каждым разом будет легче.

Я вырвала руку, продолжая смотреть на него. С памяти словно упала пелена, я совершенно точно видела эти плечи, это лицо, даже эти вытянутые зрачки!

— Это был ты! — я уперла в дракона обвиняющий перст.

— Вспомнила? — в его глазах мелькнуло удивление.

— Даже не забывала! — выдала мстительно. — Ты похитил меня вместе со своими сообщниками!

Он покачал головой.

— Не похитил, а спасти пытался. И там были не сообщники, а враги.

— Неужели? Значит, мне показалось, что я сейчас в другом мире, в Академии, которая больше напоминает тюрьму? Я не могу навестить родных, не могу сделать ни шага с этого чертова острова без контроля магистров и ловцов! И ты говоришь, что спасал? Да к черту такое спасение!

Сорвавшись на крик, я забарабанила кулаками по его груди. Из глаз брызнули слезы. Злые. Нежданные.

— Тише, — он стиснул мои плечи, прижал к себе и я, рыдая от бессилия, уткнулась лицом ему в грудь.

— Ненавижу! — выдала с чувством. — Ненавижу тебя! Ты причина всех моих бед.

— Знаю, моя хорошая, знаю, — прошептал он едва слышно и погладил меня по голове. — Но я могу все исправить.

А потом я почувствовала его губы на своих волосах.

Вздрогнув, отступила назад. О чем это он?

Наареш выглядел… странно. Я не смогла ничего прочитать по его лицу. Сердце переполняла обида. Он знал, все это время знал! Лично притащил меня сюда! Знал, что не помню, а может, сам и заставил забыть? Следил, каким-то образом заделался куратором… Не мог же он и ректору внушить?!

— А ведь сочувствовал, когда я сказала про ловца! А сам… Расспрашивал, как я его узнала! Зачем?! Чтобы удостовериться, что не вспомню?

— Мне не хотелось бы, чтобы ты вспомнила все сейчас. Поверь, так было бы лучше для тебя же.

— Чем же это лучше? Чтобы ты спокойно мог шпионить за мной? Для чего?!

— Так получилось. Признаю вину, — его голос зазвучал сухо.

Эмоции, только что промелькнувшие в лице, куда-то исчезли, уступив место спокойному магистру. Который отлично держал себя в руках.

— И я хочу сменить куратора! — схватив ручку чемодана, я двинулась к выходу.

— В твоих же интересах, чтобы все осталось между нами, — прозвучало вслед.

Он не стал меня догонять. Каким-то образом я проскочила весь тот проход, который без Наареша не должна была бы даже найти.

Наружная дверь выпустила беспрепятственно. Пока спускалась с холма, то и дело ощущала на себе взгляд. Но рискнув оглянуться, никого не увидела.