Лекарка в Мужской Академии - Лана Кроу

волна поднялась от живота к горлу.

— Мама? — Мир дотронулся до моей руки.

— Подожди пока, солнышко, мама будет возмущаться о несправедливости.

Старалась сохранить самообладание для сына, но я уже резко встала и пошла в сторону мужчин.

По лицу Стоума было видно, что он не в восторге от того, что я еще не ушла к секретарю.

— Позвольте узнать. Вы поняли, что он лучше меня, за одну минуту…

Парень кинул на меня заинтересованный взгляд. Я вздернула подбородок.

— Анна, вы, кажется, должны быть у секретаря…

— Я хочу справедливости. Вы сказали, что любой мужчина лучше меня…

Курсанты в очереди стали медленно поворачивать головы. Я не кричала, но говорила достаточно громко.

Ведь моей целью как раз было привлечь внимание…

— Анна.

— Раньше здесь была традиция: если два кандидата боролись за место, то побеждал тот, кто сильнее, — внутри стоял страх, но я озвучила это уже чуть ли не криком, привлекая еще больше внимания.

Стоум разве что глаза не закатил.

— Я об этом и говорил…

— Я кидаю вам вызов, — наконец осмелилась я, посмотрев на парня, тот явно был обескуражен. Мне было немного стыдно, но держалась не хуже, чем в день, когда мой муж выкинул нас с ребенком на улицу. — Вызов за место лекаря академии. И пусть тот, кто победит, получит это место.

Тишина. Даже Стоум замер.

Парень окинул меня взглядом и… рассмеялся.

— Я не дерусь с девками… — озвучил он.

Очередь из курсантов хохотнула. Стоум, кажется, облегченно выдохнул.

— Анна вы…

— Боишься, что тебе жопу надерет баба? — спросила я достаточно громко, чтобы это слышали все. — Хорошо, мужик… Маленький трусишка.

Произнесла это громко и со смехом.

Кажется, коридор мужской академии впервые был так тих… Но я знала, на что давить. Ведь для мужчины нет ничего дороже, чем его эго…

— Пеняй на себя, — кинул парень. Его явно оскорбили мои слова. — Я принимаю вызов! — громко сказал он.

Глава 3

Яромир

Я шел вдоль тренировочного поля, где обычно курсанты отрабатывали боевые стойки или метали копья. Сегодня же там стояла толпа, гул голосов разносился далеко за пределы ограды.

«Обычная потасовка? Или кто-то опять устроил дуэль без разрешения?»

Я не собирался вмешиваться. Сам был таким… Преподаватели справятся с этими вояками.

Уже собирался пройти мимо, но краем глаза заметил мальчишку, стоявшего в стороне от всех. Он впился взглядом в поле, кулаки сжаты, а на лице читалась недетская решимость.

Откуда здесь ребенок?

При академии было общежитие для служивших здесь офицеров, а также школа для их детей. Но сейчас по времени были занятия. Неужели сбежал, чтобы посмотреть потасовку?

Я подошел ближе.

— Ну здравствуй, — сказал я, мальчик нахмурился.

— Мама говорит, чтобы я не отвечал незнакомцам, — резко сказал он. Я хмыкнул.

— А мама говорит, что прогуливать занятия нехорошо? И я не незнакомый, я ректор академии и отвечаю за то, чтобы все здесь учились.

— Я не прогуливаю, — тут же взъерошился мальчик. О, какой вояка… И чей же он такой? — Я… я здесь не учусь. Мы с мамой приехали. И она сейчас победит этого громилу!

Он гордо ткнул пальцем в сторону поля.

Я не сразу понял, о чем он, но потом услышал крики со стороны арены:

— Давайте, лекари, покажите, на что способны!

— Ща надерет тебе жопу баба, Дар! Вот смеху-то будет!

Мир фыркнул, скрестив руки:

— Они все дураки. Мама уже три раза могла его положить, но она играет с ним.

Я всмотрелся в поле и… не поверил своим глазам. Это что… иллюзия? Анна…

Сердце пропустило удар…

Та самая девчонка, с которой мы когда-то прятались в библиотеке, пока ее отец ругал нас за пропущенные уроки.

Та самая девчонка, которую я когда-то целовал на прощание…

Она стояла в центре круга, светлые волосы собраны в тугой узел, руки в боевых повязках, а глаза…

Глаза горели.

А напротив нее Дар… Кажется, он сын офицера. Недавний выпускник. Весьма задиристый был…

— Самоубийца, — не удержался я от усмешки.

Мир мгновенно вспыхнул, бросив на меня взгляд, полный ярости:

— Моя мама — лучшая! Она его уничтожит!

Я рассмеялся:

— Я и не спорю. Самоубийца здесь тот парень, что принял ее вызов.

Мир удивился, глаза расширились:

— Вы… знаете маму?

Я ухмыльнулся, вспоминая:

— Знаю. И если она хоть наполовину так же хороша, как была в детстве, то противник уже проиграл.

Мир засиял, словно я сказал ему, что солнце встает только по его желанию.

— Я ТАК И ЗНАЛ! — крикнул он и тут же рванул вперед, пробираясь сквозь толпу, чтобы быть ближе к матери.

Я посмотрел на поле.

Анна двигалась легко, будто танцуя. Ее противник уже начал потеть.

Он даже не понимает, с кем связался. Дочь генерала-дракона Ратибора… Великого воина!

Яркая вспышка озарила поле. Анна резко сменила стойку, провела молниеносный бросок, и парень грохнулся на песок.

Толпа взревела. Мир прыгал от восторга, крича что-то, а я стоял и чувствовал…

Что-то теплое.

Старое.

Как будто время повернулось вспять.

Анна подняла голову, и наши взгляды встретились.

Она… узнала меня?

Глава 4

Здесь все было таким, как я запомнила. Горячий песок под ногами, слепящее солнце и куча парней… Только вот теперь я не малышка. А парни вокруг другие, чужие, смотрят кто с интересом, кто с издевкой.

Но сейчас эти взгляды не могли меня ранить. Отец всегда говорил, что во время боя ничто не имеет значения.

Только правильный ритм и дыхание. Все остальное нужно оставить позади.

Только бой.

Передо мной стоял Дар, недавний выпускник академии. Я поняла это по тому, как насмехались над ним еще недавние товарищи, по-мужски подначивая его.

Они были уверены в его победе, и это неудивительно. Ведь он молодой, крепкий, с самоуверенной ухмылкой, которая уже начинала съезжать. Его кулаки сжимались, магия силы пульсировала в жилах, но я видела его слабость.

Он тяжелый. Медленный. А еще… Самовлюбленный.

А я нет.

Я позволила почувствовать ему себя сильнее. Позволила пару раз чуть не пропустить удар. Все для того, чтобы подарить ему чувство, что он уже победил.

— Ну что, сдаешься? — провоцировал он, делая шаг вперед.

Я не ответила.

Он сделал резкий выпад.

Шаг вбок. Поворот.

— Промах, — прошептала я с улыбкой.

Он повторил тактику и чуть… не упал. Я дала ему чувство победы, а теперь стала дразнить.

Еще раз и еще…

Смех бывших товарищей подкосил его. А еще… лишние движения отняли слишком много силы. Бой не прощает траты энергии, даже на самолюбование.