Руководство книжной девчонки по спариванию с оборотнем (ЛП) - Гласс Лола

Я прислушивалась к их разговору, надеясь услышать хоть слово про волков. Но ничего. Обычная семья.

Никто со мной не заговорил, да я и не ждала. Даже в «человеческих» магазинах народ предпочитает не соваться в чужие дела.

Я провела больше, чем прилично, времени, разглядывая овощи и фрукты, делая вид, что выбираю их, хотя на самом деле хватала первое, что попадалось под руку.

В конце концов пришлось признать: если я не двинусь дальше, кто-то точно решит, что я подозрительная.

Телефон завибрировал в кармане, когда я толкнула тележку за угол. Я глянула на экран, и в тот же миг врезалась грудью в ручку тележки, издав глухой стон. По всему магазину разнёсся звон металла и громкий грохот.

— Я так извиняюсь, я не должна была… — начала я, но осеклась, встретившись взглядом с мужчиной.

Тем самым мужчиной с огромными мышцами. И с тем самым огурцом.

В тот момент, когда наши глаза встретились, его тёмно-коричневые глаза вспыхнули красным.

Я застыла с приоткрытым в шоке ртом.

Мужчина сжал ручку своей тележки. Всё его тело напряглось, мышцы под футболкой будто вырезались светом — каждая жилка, каждая линия.

Челюсть сжалась.

И всё остальное тоже.

— Всё в порядке? — раздался рядом мужской незнакомый голос.

Я метнула взгляд в сторону — рядом с ним стоял другой мужчина, почти такой же бледный, как я сама, и с тёмными волосами, будто он пытался уложить их гелем, но в итоге просто сдался.

Он переводил взгляд между нами, но красноглазый был сосредоточен только на мне.

Воздух разрезал резкий, низкий, звериный звук.

Почти рычание.

Святые угодники.

Я и правда нашла оборотня.

Я снова посмотрела на парня с огурцом. Он сжимал тележку так, что казалось, металл выгибается. На лице не пролегло ни тени эмоций, только безмолвность и угроза.

— Подожди… ты что, — начал второй парень и перегнулся, будто хотел разглядеть глаза этого здоровяка, потом выдохнул: — О, блядь.

Он явно знал, что происходит. И, возможно, был таким же, как он.

Я перевела взгляд обратно, и снова услышала этот звук.

Злее. Глубже. Почти как рык.

— Смотри на Нико, — резко сказал второй.

Мой взгляд метнулся обратно к красноглазому. Он всё так же неотрывно смотрел на меня. Ручка тележки теперь была чуть согнута, а мышцы… стали ещё больше.

Так вот, Нико. Значит, его зовут Нико.

Слишком обычное имя для оборотня. Ему бы подошло что-то вроде Клык или, не знаю, Кедр.

Он прищурился, по телу его прошла дрожь.

— Ты вообще что-нибудь знаешь об оборотнях? — спросил тот второй.

— Только то, что узнала из похабных романов, — вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык.

Глаза Нико распахнулись.

Всё те же красные.

Может, даже ярче.

— Отлично, — проворчал его друг. — Я сейчас вернусь. Не смотри ни на кого другого и не двигайся, а лучше подойди ближе к Нико.

Он исчез за углом.

Я осталась с Нико.

Он продолжал смотреть на меня.

О чем он сейчас думал?

Как убить меня?

Как поцеловать?

Или… как съесть?

Если последнее, надеюсь, в приятном смысле.

— Я вообще не до конца понимаю, что происходит, — сказала я.

Он не ответил.

Даже не моргнул.

Может, если я подойду ближе, как сказал его друг, ему станет легче говорить? Честно говоря, нормальный человек на моём месте бы уже рванул вон из магазина.

Но я — нет.

Я, мать его, пошла вперёд. Медленно, осторожно обходя тележку. Каждый шаг я следила за ним, готовая отпрянуть, если хоть что-то покажется опасным.

Он не двинулся.

Я даже не была уверена, что он дышит.

Он не нападёт, если не дышит.

Наверное.

Я остановилась в футе от него и подняла взгляд. Как близко, интересно, нужно было подойти? Прямо вплотную? Или…

Его ладонь легла мне на бедро. Огромная. Тёплая. Одним лёгким движением он притянул меня к себе.

Я уткнулась руками в его грудь больше по инерции, чем по необходимости. Под пальцами оказались каменные мышцы. Никто не должен быть таким крепким.

Красный в его глазах стал ярче.

— Полегче, Огурчик, — прошептала я, снова не подумав.

Почему, чёрт возьми, я назвала его Огурчиком? Я же знаю его имя! Что со мной не так?

Придётся свалить всё на какое-нибудь оборотническое колдовство, которое делает глаза красными, иначе он решит, что я конченная.

Хотя, возможно, уже решил.

Пиздец.

Его лоб нахмурился. Ну ещё бы, кто хочет, чтобы его называли в честь овоща? Да ещё и такого… намёк понятен.

Блестяще, Эбби. Просто блестяще.

— Чёрт, — раздался сзади мужской голос.

Я не узнала его, это был не тот друг. Когда я начала оборачиваться, первый тут же сказал:

— Смотри на Нико, помнишь?

— А, да. Извини. — Я снова сфокусировалась на красноглазом красавце.

Почему я вообще извинялась перед незнакомцем в продуктовом?

Патриархат, наверное.

Или недосып.

А может, инстинкт самосохранения, когда вокруг потенциальные оборотни. Мир этого никогда не узнает.

Ну и ладно.

— Как, блядь, он всё ещё держится в человеческой форме? — спросил новый.

— Это же Нико, — отозвался первый.

Новый только хмыкнул, будто это всё объясняло, а потом спросил:

— И как мы его до грузовика дотащим?

— Мы и не дотащим. не будем. Она поможет, — сказал кто-то.

Я хотела обернуться через плечо, посмотреть, не найдётся ли тут какая-нибудь другая женщина, про которую они могли говорить. Я не хотела тащить до грузовика оборотня с красными глазами. А что если он попытается затащить меня за собой? Я люблю книги про горячих волков, но это не значит, что мне хочется реально оказаться в лапах оборотня.

— Как тебя зовут? — спросил его друг.

Когда никто не ответил, я поняла — вопрос был адресован все же мне.

— Эбигейл, — ответила я, глядя на Нико.

Красный в его глазах явно становился ярче. Стоит ли из-за этого паниковать? Наверное, да.

— Эбигейл, нам нужно, чтобы ты вывела Нико из магазина. Скоро он потеряет контроль и обернётся. Он тебя не ударит, но лучше, чтобы это случилось на улице, а не здесь, — сказал друг Нико.

У меня в груди что-то сжалось.

— Я, эм, не очень-то готова к этому.

— Альтернатива — смотреть, как он превращается посреди тонны макарон, — холодно заметил незнакомец.

— Он превратится в настоящего монстра или просто в волка? — уточнила я. Сердце уже колотилось быстрее.

— Просто в большого волка.

Ну ладно, это лучше, чем какой-то монстр.

— А какова вероятность, что я окажусь побитой или окровавленной в этой ситуации? — спросила я.

Нико низко зарычал, у него вновь закрылись глаза, по телу прошла дрожь. Я попыталась отступить, но его хватка на моей талии только усилилась.

— Он тебя не тронет, — быстро сказал друг. Слишком быстро. — Нико и его волк всегда действуют в унисон. Возможно, он ещё не обернулся, потому что считает, что здесь тебе небезопасно. Чем скорее вы окажетесь на улице, тем лучше.

— Теоретически, если я сейчас рвану к машине, что случится? — я попыталась прозвучать бодро и так, будто не собиралась этого делать.

— Он догонит тебя, — ответил тот самый незнакомец прямо и без обиняков. — И, вероятно, укусит.

Он начинал мне нравиться за свою прямоту.

— Вот и все слова о том, что он меня не тронет, — пробурчала я.

— Не тот укус, Кексик, — протянул незнакомец, растягивая слово.

— А о каком ты тогда укусе? — переспросила я.

— О том, которым помечают как пару на всю жизнь. Это сделает его твоим мужем, хочешь ты того или нет.

Глаза вылетели из орбит.

У оборотней брак заключается одним укусом?

Ну ёб твою мать.

Надо было валить отсюда. Горячий секс с волком — одно, а пожизненный брак — совсем другое.

Его друг откашлялся.

— Не хочу раздражать, но нам действительно лучше уже двигаться.