Кому добавки? История выживания на орочьей кухне - Юлия Арниева

звери или нападут разбойники, если раньше не умрёшь, не выполнив условия контракта.

— И что конкретно от меня требуется? — спросила я, судорожно сглотнув комок в горле и почувствовав, как потеют ладони.

— Готовить еду для воинов, живущих в общем доме, — прорычала Горха. — Для тех, у кого нет семей или чьи семьи остались далеко. Три раза в день, без выходных и праздников. С продуктами здесь туго: Сарготская община находится на самой границе с вражеским королевством, торговцы сюда не суются. Но зато никто особо не придирается ко вкусу, — она оскалилась ещё шире, и я поёжилась.

— Это и есть кухня?

— Да, — кивнула Горха, громыхнув украшениями в косичках. — А за кухней твоя комната. Удобно, встал — и сразу на работу. Никаких отговорок. У тебя есть два дня на подготовку, — пояснила Горха. — На третий день будешь готовить пробный ужин для совета старейшин. Если справишься, начнёшь кормить всю общину.

— Всего два дня? — переспросила я, чувствуя панику.

— Обычно новым кухаркам даётся только день, — проворчала Горха. — Но ты отравилась грибами, так что получаешь поблажку.

— Я… я даже не помню, как готовить, — пробормотала я и огляделась по сторонам, пытаясь осознать происходящее.

Помещение, которое предстояло считать моим рабочим местом, с трудом можно было назвать кухней. Скорее это походило на заброшенный сарай, наспех приспособленный для готовки. Стены из грубого серого камня покрывал толстый слой копоти и жира — наследие бесчисленных готовок. В нескольких местах виднелись тёмные пятна неопределённого происхождения, и я поспешно отвела взгляд.

Кроме уже знакомого мне грубо сколоченного дубового стола, изрезанного ножами до состояния поля боя, пары табуретов и старого сундука с железными набалдашниками, в кухне больше ничего не было. В углу у двери стояла почерневшая от времени бочка с водой — судя по зеленоватым разводам на её боках, воду меняли крайне редко. Рядом валялись мешки с чем-то, что в полумраке могло быть зерном или мукой.

Закопчённая печь зияла чёрной пастью в дальнем углу. Единственным источником освещения служили тлеющие в ней угли да крохотное окошко под потолком, затянутое промасленной бумагой. Красноватые отблески пламени метались по стенам, превращая кухню в подобие преисподней.

На полках валялась утварь: несколько глиняных мисок с трещинами, медный кувшин, покрытый зеленоватым налётом, да пара ножей с зазубренными лезвиями. Всё покрывал толстый слой жира и копоти. Воздух был тяжёлым и удушающим — смесь дыма, прогорклого жира, затхлости и чего-то неприятно животного.

Земляной пол, утрамбованный до твёрдости камня, покрывал слой соломы и опилок. Кое-где чернели пятна — следы пролитых жидкостей, о природе которых я предпочитала не думать.

— А где остальные люди? — спросила я, всё ещё надеясь, что не одна в этом кошмаре.

Горха смерила меня таким взглядом, что я съёжилась.

— Я же сказала, тупая человечка: ты ЕДИНСТВЕННЫЙ человек в общине. Все остальные — орки. Как я. Прими это быстрее, легче будет.

И тут до меня окончательно дошло. Я действительно в каком-то другом мире. В месте, где живут только орки — огромные, клыкастые, зеленокожие существа из кошмаров. И они утверждают, что я какая-то Эмма, выпускница Академии магии, которая должна готовить для целой общины этих монстров.

— Когда я должна… начать готовить? — с трудом выдавила я.

— Послезавтра, — Горха поднялась во весь свой устрашающий рост. Она была не меньше двух метров и, казалось, заполняла собой всю комнату. — Предыдущие кухарки не задерживались дольше трёх месяцев.

— Что с ними случилось? — осторожно спросила я, хотя уже догадывалась.

— Сбежали, — пожала широкими плечами Горха. — Предпочли смерть от нарушенного контракта, чем готовить для орков. Одна даже до леса успела добежать, прежде чем магия высушила её дотла. Нашли только мумию.

Я судорожно сглотнула, представив высохшие останки предыдущей кухарки. Перспектива не радовала.

— А почему здесь нет других людей? Почему именно орки?

— Орки Сарготы — лучшие воины, — в голосе Горхи прозвучала неприкрытая гордость. — Мы защищаем границы королевства от врагов. Людям здесь не место — слишком опасно, слишком суровые условия. Мы живём на краю королевства, — её глаза блеснули. — Но нам нужны особые силы для битв. А для этого нужна особая еда, которая поддерживает нашу боевую ярость. И готовить такую пищу могут только люди с каплей магии, поэтому сюда и присылают слабых магов-бытовиков вроде тебя.

Она направилась к двери, громко топая тяжёлыми сапогами, но на пороге обернулась:

— Ужин обычно в шесть. Найдёшь общий зал — большая дверь в конце коридора. Не опаздывай. Воины не любят ждать, особенно после тренировок, и тебе ничего не достанется.

Дверь захлопнулась, и я осталась одна. Грудь сдавило от ужаса, и я, наконец, дала волю слезам. Всё это казалось кошмарным сном, но ощущения были слишком реальными: запах протухшей птицы, холодная каменная стена за спиной и горечь травяного отвара на языке.

Глава 2

Не знаю, сколько я так просидела, обхватив колени руками и уткнувшись лицом в грязную ткань платья. Слезы давно закончились, оставив на щеках солёные дорожки, в горле неприятно першило от рыданий, но тугой ком в груди наконец начал понемногу рассасываться.

Постепенно я начала замечать звуки вокруг. Где-то далеко слышались тяжёлые шаги, грубые голоса орков, лязг металла — наверное, тренировка или смена караула. Из печи доносилось мерное потрескивание углей, а ветер за окном тихо завывал в щелях между камнями, принося с собой запах дыма и чего-то холодного, осеннего.

«Грибы врон?» — мысленно повторила я слова Горхи, пытаясь зацепиться за хоть что-то понятное в этом безумии. И вдруг, словно в ответ на мои мысли, в голове всплыли странные обрывки воспоминаний, явно мне не принадлежавших.

…Бледно-рыжие шляпки на тонких ножках, растущие у замшелых корней старых дубов, покрытых изумрудным мхом… Просторная аудитория с высокими сводчатыми потолками, где седовласый маг в тёмно-синей мантии читает лекцию сонным студентам: «Грибы врон смертельно опасны для орков — вызывают мгновенную остановку сердца, но у людей лишь провоцируют долгий сон и временную потерю памяти, в зависимости от съеденного количества. Каждому бытовику необходимо знать базовые свойства ядовитых растений…»… Скучающая девушка с тёмными волосами, рассеянно рисующая в потрёпанной тетради цветочки и завитушки вместо конспектирования урока, мечтающая о чём-то далёком и прекрасном… Раздражённый мужской голос, эхом отдающийся в небольшой комнате с выцветшими обоями: «На учёбу мы всё потратили,