Ненужная жена - Алекса Корр

что же, в этом тоже есть свой плюс, семь часов в дороге рядом не будет чавкающего или храпящего соседа…

Но не успела я занять свое место, как ко мне подошла молодая девушка с малышкой на руках и стала просить поменяться с ней местами. Дескать у меня есть свободное место и тут им с малышкой будет удобней. Объяснила, что их место в другом конце салона, но мужчину, который сидит рядом, раздражает ребенок.

Я пожала плечами и согласилась. Знала, что бывают и такие люди, а мне, по большему счету, все равно, где сидеть.

Встала и прошла к новому месту, а заняв его, достала наушники и включила любимую книгу, которую стала слушать, прикрыв глаза.

Не заметила, как уснула, а потом скрежет, удар, дикая боль…

***

Открыла глаза я в каком-то незнакомом месте. Я стояла в толпе людей, но их фигуры выглядели очень странно. Местами просвечивались, от некоторых разливалось несильное сияние…

Осмотрелась и увидела своего соседа по самолету, противного и занудного старикана, который и мне успел мозг проесть, пока я усаживалась, доставала наушники и выбирала, какую книгу почитать… Он тоже удивленно осматривался и пребывал в растерянности.

Мимо нас, огибая нас, двигались люди, направляясь к мосту, за которым возвышался величественный замок, построенный наполовину из белого и наполовину из черного камня.

Поток подхватил нас, и мы тоже зашагали в этом направлении. А по окончанию моста, поток людей разделялся. Стоял стол, за которым сидел старичок в белой хламиде, за плечами которого были небольшие белые крылышки, и старуха в черном балахоне с косой, прислоненной к спинке её стула.

Они что-то спрашивали у проходящих людей, делали пометки в планшетах и разделяли поток на две части. Кого-то направляли на белую половину замка, а кого-то на черную…

Мне же не хотелось ни туда, ни туда, но развернуться и пойти в обратном направлении не давали напирающие сзади люди и я подошла к столику.

— Фамилия, имя, возраст? — спросил старичок, не отрываясь от изучения записей в планшете.

— Новикова Лика, 22 года …

Что старик, которого я окрестила «Ангелом», что старуха, которая у меня стала «Смертью», стали что-то быстро листать в своих планшетах, а потом переглянулись между собой.

— Не смотри на меня так, у меня на неё нет разнарядки, а портить себе статистику я не буду — открестилась Смерть.

— У меня её тоже не в списках… Что делать будем?

На этих словах они оба посмотрели на меня, как на преступницу. А я, уже примерно поняв, где оказалась, взмолилась:

— Слушайте, ну если меня нет ни в одном из списков, так может это … пойду я? В смысле, обратно? Верните меня где была и забудем об этом неприятном инциденте! И правда, статистика, она такая! Портить её ну никак нельзя!

— Не получится… — старик почесал пером переносицу, — Ты что, местами с кем поменялась в самолете-то?

— Ну, поменялась, а что?

— А то, дурья твоя голова! В самолете есть выжившие и ты должна была быть в их числе… и что теперь с тобой делать??? Тело-то в клочья, вернуть не получится!

— У меня значится Марина Николаева, с ней, что ли поменялась? — теперь Смерть что-то искала в своем планшете.

— Да не знаю я! Не спрашивала я никаких имен, но если и с ней, то я рада! Там малышка маленькая была!

— А, так это Ира Николаева, выжить должна была, правда инвалидом бы осталась…

Я всхлипнула и зажала рот рукой.

— Да не ори ты! Твое место не пострадало… Она теперь и в больницу не попадет! … А вот как теперь тебя распределять и как недостачу Николаевой покрывать будем? А может ты согласишься вместо Николаевой, ну того? — старичок с надеждой посмотрел на меня.

— Нет, конечно! Я не собираюсь умирать, тем более, мне еще рано, сами говорите. Возвращайте меня обратно! — тут я уже стала возмущаться.

— Не голоси! — Смерть остудила мое праведное негодование.

Потом они с Ангелом стали о чем-то тихо переговариваться, пока на планшете Смерти не зажегся красный огонёк и она, взглянув на экран, поморщилась:

— Ну ты, Никодимус, это, … давай пока тут без меня, … у меня опять эта суицидница уже третий раз помереть пытается… Полетела я… — с этими словами Смерть встала, подхватила свою косу и испарилась.

Старичок глянул ей в след и поджал губы.

— Вот же! … Как что, так сразу, Никодимус! А как я отчет писать должен??? Ну, Хель, учудила! — потом, видимо, что-то придумав, он радостно подскочил и гаркнул очереди:

— Пересмена! Обед! Всем ждать! — подхватил меня под руку и нас закружило в водовороте, а когда нас выбросило из него, мы оказались в богатой комнате, где на кровати лежала девушка, с синюшными губами, а над ней стояла Хель и что-то бормотала…

Увидев нас, Хель нахмурилась еще больше, а Никодимус затараторил:

— Слушай, эта твоя жить не хочет, а эта наоборот помирать не собирается, так это, может поменяем их? И тебе хлопот меньше, спишешь по разнарядке, как Николаеву и отчетность портить не придется!

Я слушала их и пыталась понять, о чём они говорят. Хель задумалась, правда всего на минуту, потом посмотрела на лежащее тело, из которого высунулась призрачная девушка и быстро-быстро согласно закивала головой.

Я смотрела на этот дурдом и офигивала, а Хель махнула рукой и на меня опустилась темнота…

Глава 3

Лика

Следующее, что я почувствовала, так это сильный рвотный позыв, ну и не стала себе ни в чем отказывать, повернувшись в сторону и уткнувшись в тазик, стоящий рядом с кроватью, на которой я лежала… Что???

Осмотрелась по сторонам. Я уже видела эту комнату, когда меня Никодимус к Хель и какой-то суициднице притащил… Осмотрела себя… БОГИ!!! Да я оказалась в теле этой бедной девочки, которая так не хотела жить!

Ощупала себя. Тело было реальным, но кружилась голова и сильно хотелось пить.

Осмотрелась по сторонам, но нигде не увидела графина с водой, зато поняла, что, судя по убранству в комнате, девушка, в чье тело меня впихнул Никодимус со Смертью, была не из бедных.

Убранство комнаты было роскошным, но, как по мне, через чур вычурным.

А если я попала в тело богатой девушки, то у нее же, скорее всего, должны быть слуги??? И она