Исагон. Настя разносит академию - Тальяна Орлова

мужчина с узеньким лбом и кустистой порослью в разных частях щек. От запаха грязи я скривилась. Выяснилось, что я находилась в какой-то комнатушке с ветхой мебелью и никогда не знавшей уборки. Чуть позже рассмотрела и молодого человека – такого же немытого и в лохмотьях.

– Где я? – прохрипела сдавленно. – Вы кто?

– Получилось! – заверещал первый и радостно затряс руками. – Теперь заживем! Как отлежится, сразу в городскую управу! – Он посмотрел на меня и заговорил мягче: – Ты в Исагоне, девочка, от души поздравляю! Я твой папа, дорогая моя доченька, а это – твой старший братец. Ты ведь не забудешь свою любимую семью, когда станешь богачкой, правда? Как тебя зовут, милая?

– Н-настя, – недоуменно выдавила я.

– Точно, получилось! Вот ведь повезло, а! Настя, кушать хочешь? Вчерашняя похлебка осталась. Или сразу рванем в управу? Там-то тебя прилично накормят. Но ты про папу и братика не забудь, ладно?

То, что мое тело изменилось, я поняла почти сразу. На глазах не было привычных очков, но видела я хорошо, да и сами ощущения стали другими. Поэтому, подойдя к зеркалу, я не слишком удивилась. Девушка выглядела на несколько лет младше меня прежней. Худенькая совсем, изморенная, кости торчат. Но притом довольно высокая. Но я заострила внимание не на грязных каштановых волосах и не на симпатичном голубом цвете глаз, а на своей новой шее. На бледной коже набухала ужасный синяк, я даже руками пощупала поврежденные ткани.

«Папа» и «братец» наперебой рассказывали, что в родном мире я умерла, но для некоторых избранных существует возможность прожить новую жизнь уже здесь, заняв место безвременно почившего местного. Я заторможенно слушала, что тут есть магия, а в Исагоне полно таких же попаданцев – и все мы, дескать, очень ценны. Даже если волшебного дара не имеется, то мои земляки становятся учеными, врачами, инженерами и прочими специалистами, которым городская управа щедро платит за их труды и знания. Слушать-то я слушала и как будто слишком легко поверила в происходящее, но не отрывала взгляда от своей шеи.

И, когда они наконец-то умолкли, поинтересовалась:

– Как умерла ваша дочь?

– Ты и есть моя дочь, роднуля моя бесценная! – заверещал «папаша». – Боги так распорядились!

Не то чтобы я хорошо в этом разбиралась, но их радость служила последним доказательством. И я решилась задать этот вопрос:

– Вы ее задушили, что ли? Чтобы появилась я?

Мужчины бегло переглянулись, но старший быстро собрался и начал заверять:

– Что ты такое говоришь? Упала она с крыши, шею свернула, а на лекарей денег у нас нет! Вот и отлетел ее дух, чтобы прилетел твой! Это благословение богов!

Ну да, объяснение, конечно, великолепное. Если родная дочь умерла на глазах семьи, то родственники сейчас с ума от горя сходили бы, а не ликовали. Да и синяк проступал вполне себе специфический. Боже, куда я попала? Что это за адский Исагон, где подобное происходит? Чем мне не нравился родной мир? Беру все свои слова обратно! Лучше уж жить в театре среди приличных людей, чем рядом с такой нечистью!

К счастью, им было выгодно побыстрее отвести меня в управление, поэтому необразованные идиоты вообще не обращали внимания на мое нежелание с ними общаться. Я туда тоже рвалась – раз там мои сородичи, то общий язык с ними я найду быстрее.

Мы шли из какой-то деревеньки в столицу целый час – благо, весенний денек выдался не слишком жарким. Обувь на моих ногах хлюпала и постоянно пыталась избавиться от едва державшейся подошвы, я старалась не зацикливаться на дискомфорте, а собирать детали. Воздух-то здесь какой чистый – будто даже сладковатый. Необычные деревья и кусты – похожие на наши, но какие-то немного другие. Вокруг дороги раскинулись поля, еще без растительности, но уже распаханные.

А уж в самом городе я потеряла дар речи. Мне нравилось буквально все: сказочные низенькие домики соседствовали с почти современными зданиями, по центральной улице сновали экзотические механизмы – аналоги привычных автомобилей без крыши, на перекрестках разноцветно подмигивали магические светофоры, но мостовая была уложена старыми потертыми булыжниками, а у некоторых прохожих на бедрах покачивались длинные мечи. Как если бы некто взял средневековый город, щедро снабдил его достижениями современной науки и укутал в магический ореол.

В управлении нас встретили тепло. Стоило только заикнуться о моем появлении из другого мира, как тотчас к нам выбежало несколько человек. Только теперь я окончательно успокоилась. В этих мужчинах и женщинах без труда угадывалось что-то знакомое – они все были одеты в очень похожую на привычную одежду, один солидный дядечка даже щеголял в пиджаке с галстуком. Настоящий возраст встречающих я и не пыталась угадать, ведь тела у попаданцев уже другие. Если я правильно поняла, то чаще «оживают» молодые жители Исагона, поэтому вон та совсем юная девчонка со вздернутым носиком вполне может оказаться семидесятилетней пенсионеркой.

– Меня зовут Марина Семеновна! – поймав мой изучающий взгляд, представилась она, чем подтвердила догадку о разнице между возрастом и внешностью. – Иди сюда, Настенька! Добро пожаловать домой! Не волнуйся, скоро все объясним и во всем поможем.

Я не могла не верить этим людям, и, в отличие от первых двух знакомцев, под их приветливостью не рассмотрела ни грамма лжи – земляки на самом деле были счастливы, что еще кто-то из своих нашел к ним дорогу. И мне тоже было приятно смотреть на них и говорить с ними, ведь назрело столько вопросов! Да и поселиться в столице Исагона не показалось такой уж плохой идеей. Всяко лучше, чем просто умереть, так и не совершив ничего полезного. Правда, в ту самую деревеньку, откуда мы так долго шли, я больше ни ногой…

Вспомнив о своих провожатых, я вместо приветствия заявила:

– Эти двое убили несчастную девушку! Посмотрите на синяки, – я оттянула рваный ворот, обнажая шею. – Они это сделали специально, чтобы появилась я. И еще неизвестно, где мама бедняжки – вдруг и над ней экспериментировали?

– Да быть не может! Опять?! – всплеснул руками мужчина в пиджаке. – Дикари и варвары, вы неисправимы!

Другой подхватил:

– Анастасия, ты не переживай, разберемся. К сожалению, в Исагоне до сих пор много… таких.

– Коренные жители, – недовольно развела руками Марина Семеновна. – За сотни лет практически не изменились, хотя мы принесли им цивилизацию, науку и образование!

Показалось, что они мешкают, поэтому я торопливо воскликнула:

– Арестуйте этих убийц, пока не сбежали!

– Конечно, схватить их! – грозно распорядилась Марина Семеновна, и солдаты тут же бросились в нашу сторону. А меня она подхватила под локоть