Запасная мама. Служанка Черного замка - Полина Верховцева

class="p1">— Не закончишь ты свою учебу, солнышко.

— Это еще почему? — захлопала ресницами Буренка.

— Потому, — сочувствующе улыбнулась я.

Юляшка, хоть и дурочка, но все-таки сообразила, что к чему. Тут же побагровела от негодования, а в глазах заблестели злые капризные слезы.

— Я пожалуюсь Игорю, и он тебе устроит!

— А еще он порадуется, что ты мне написала и подставила его.

Она, наконец, сообразила, что ее самодеятельность ни к чему хорошему не приведет, и как-то очень заметно сникла.

— Все деточка, не скучай. Будешь Игорьку звонить — передавай пламенный привет, — мне очень хотелось уйти. Нет ничего приятного в общении с девицей, которая имела доступ к мужниному телу.

Выйдя на крыльцо, я с дрожью выдохнула и попыталась собрать себя воедино.

До чего же чудесный день! Просто песня! Сплошной праздник!

И что делать дальше?

Ответа на этот вопрос у меня не было, поэтому я еще раз вздохнула и поплелась к машине, припаркованной на другой стороне дороги.

На улице тишина, будто вымерли все. Так странно.

Посмотрела налево, посмотрела направо, ни машин, ни людей, почему-то это напрягло. Еще раз покрутила головой, в надежде заприметить кого-то живого.

Никого.

В окнах кафе по-прежнему отражались люди, и я немного успокоилась. Беременная паранойя — страшная вещь. То зомби причудятся, то огурцы убийцы. Валерьяночки надо попить.

На середине проезжей части опять стало не по себе, словно холодом по спине мазнуло. Я остановилась, осмотрелась. Что за…

В окнах соседнего здания отразилось ярко-алое пламя. По земле, по стенам, по отражениям в стеклах пробежала рябь, пространство покрылось морщинами, а за спиной раздался гадкий голос Юляши:

— Эй, ты! Беременная кобра!

Я растерянно оглянулась, не понимая, что происходит. Блондинка неслась ко мне, не замечая ничего странного — ни огня, ни трещин, ни морщин. Ей было плевать на эти странности…или она их попросту не видела.

Раскрасневшаяся от гнева, она подбежала ко мне и, размахивая наманикюренным пальцем прямо у мня перед носом, истерично завопила:

— Игорь все равно будет моим!

— Кто? — переспросила я, в данный момент напрочь забыв о существовании мужа.

— Мы любим друг друга!

Я за них была очень рада, но не могла ничего сказать, меня напрягал странный шум, нарастающий с каждой секундой. Он походил на рычание гигантского зверя, на рокот грома вдали или…на рев двигателя.

Огонь в витринах погас, словно его и не было, пространство расправилось, ватная пелена, гасящая звуки растаяла, и меня оглушил бессильный визг тормозов.

Вяло обернувшись, я увидела неумолимо летящий на нас грузовик. Огромный, заполняющий собой все вокруг…

Как я его раньше не заметила? Он же не из-под земли возник!

Юля испуганно вцепилась за мою руку, а я за секунду до чудовищного удара думала лишь об одном.

Как же мой сын?

Глава 2

Я пришла в себя от холода. Сверху хлестал ливень, и уши закладывало от нескончаемых раскатов грома.

Я умерла? И попала в дождливый ад?

Ощущения медленно возвращались ко мне.

Я лежала на сырой земле, лицом в грязь, на зубах неприятно хрустело. Одежда промокла насквозь и липла к телу,

Вокруг сгущались сумерки.

Больно не было. Совершенно. Пошевелила одной рукой, второй, подвигала ногами. Вроде все в порядке. Только в голове невозможный шум.

Как я здесь оказалась?

Очередной раскат заставил нервно дернуться и вскочить на ноги.

Как-то слишком быстро и легко это получилось, для шестого месяца беременности! Тут же окутал страх, холодный, липкий, пробирающий до самых костей. Я аккуратно прижала дрожащую руку к животу, и едва не завопила в голос, наткнувшись на пустоту. Плоский! Абсолютно плоский!!! У меня сердце от ужаса остановилось, легкие свело так, что вдохнуть не могла.

Тут раздались шаги и треск веток. Соседние раскидистые кусты заходили ходуном, задрожали, под натиском невидимого зверя, но я не шевелилась, обреченно ждала своей участи, потому что уже все равно было.

Мой бедный малыш…

Ветки расступились и оттуда вывалилась взлохмаченная, ошалелая, глубоко беременная…я

Невозможно! Это невозможно!

Ветер бросал в лицо крупные капли дождя, я глотала их, хватая воздух ртом, пытаясь совладать с паникой. Невозможно!!!

Наконец, «я» обернулась и увидела меня. Глаза у нее округлились, захлопали бестолково мокрыми слипшимися ресницами. Грязная, перепуганная, а самое главное беременная!

— Юля? — голос не слушался, а виски сдавливало так, что казалось еще миг, и голова расколется, как орех.

Буренка уставилась на меня, как на привидение.

— Ты…ты…ты меня сюда притащила!

Знать бы еще куда именно я ее притащила.

Тут она замерла, зажав рот руками. Я и не знала, что у меня могут быть такие большие глаза! Просто огромные, как блюдца.

Любовница моего мужа медленно опустила взгляд на свой откровенно беременный живот, обтянутый мокрым платьем, замерла на секунду, а потом начала истошно визжать, размахивая руками.

— Не надо мне его. Убери! Слышишь, убери с меня это уродское пузо, — верещала она, а я в полном бреду взяла в руку прядь своих белокурых волос и с немым удивлением рассматривала ее.

Доигралась…

Беременная паранойя, превратилась в беременный бред. Ущипнула себя за руку, сильно от души, мечтая проснуться, потом еще раз и еще. Бесполезно. Напротив меня беременная я, а настоящая я заперта в теле ненавистной блондинки.

Она продолжала метаться в панике, орать, что я, дрянь такая, все подстроила, что это моих рук дело.

Да я бы скорее задушила ее в подворотне, чем отдала своего ребенка!

Боже, как в груди заломило, не помереть бы раньше времени. Мне нужно разобраться в этой ситуации, нужно понять, что к чему и вернуть свою беременность.

Юлька метнулась в сторону, но в пелене дождя не заметила в траве коварно притаившуюся корягу и споткнулась. У меня сердце оборвалось, когда увидела, как летит вперед. У нее нет материнского инстинкта! Она прикрывала руками лицо, а не живот!

Каким-то чудом Буренка смогла поймать равновесие и остановить паление. Я подскочила к ней, схватила за плечи и, не давая вывернуться, встряхнула:

— Уймись! Хватит выть.

— Ты ревнивая идиотка, — завывала она, —