Встретимся в Блэгхолле - Мира Форст

была задействована в трех спектаклях, исключительно детских. Следующее представление, где она будет играть, ровно через неделю. Сказка «Волшебник Изумрудного города».

Неделя тянулась долго. Артур не знал, как лучше поступить. Пойти с племянником? Так выглядело бы естественно, но тогда, даже если удастся познакомиться с девушкой, вряд ли получится нормально поговорить. Коля не даст. Пойти одному? Будет выглядеть странно. Ждать в машине окончания спектакля?

Эти мысли сильно занимали его всю рабочую неделю, он даже допустил несколько оплошностей при составлении микросхем, на что ему указал непосредственный начальник.

В воскресенье Артур ждал в машине. К этому времени он уже кое-что знал о понравившейся девушке. Нашел информацию в одной из социальных сетей. Ей двадцать лет, на четыре года младше его самого. Учится в Историко-архивном институте. Участвует в благотворительных акциях фонда дикой природы. Ее страничка изобиловала репостами с записями помощи барсам, сайгакам, тюленям и китам. Красно-рыжие волосы - натуральный цвет. Такой вывод он сделал, исходя из того, что на всех фотографиях, выставленных ею в сети, цвет волос не менялся. К его облегчению, ни на одном снимке не присутствовал парень, во всяком случае в тесном тактильном контакте. Имелись красочные групповые кадры с различных студенческих мероприятий и своеобразный фотоколлаж, раскрывающий сценическую стезю Любы.

Артур отметил, что на карточках разных лет рядом с Любой часто встречается одна и та же девочка - шатенка с лицом в форме сердечка. «Марта - любимая подруженька», − обозначалось на одном из последних снимков.

Он заранее разузнал, что служебную дверь в детском театре открывают лишь во время разгрузки машин, доставляющих воду и готовую еду для буфета. Артисты, да и весь персонал предпочитали пользоваться центральным входом.

Довольные родители с малышней постепенно расходились. Минут через двадцать после зрителей массивные двери с кованой ручкой стали открывать уже актеры.

Люба появилась в сопровождении взрослого мужчины, и Артур напрягся. Он узнал его. В прошлом спектакле актер исполнял роль Эфроима, отца Пеппи.

Неужели она с ним? А почему нет? – вел он мысленный диалог сам с собой. – Мужчина не молод, но и не стар, вполне симпатичный. Что-то рассказывает, и девушка весело смеется. Какая же она хорошенькая! – любовался ею Артур.

Выдохнул. Люба распрощалась со своим сценическим отцом и, судя по всему, направилась к метро.

Артур подхватил букет цветов, на этот раз из сиренево-синих ирисов, закрыл машину и быстрым шагом направился вслед за девушкой. Ему не составило труда нагнать ее. Люба не торопилась, легко и изящно ступая по каменной мостовой. Ее длинные волосы, не сдерживаемые заколками и резинками, подхватывал небольшой ветерок. Когда очередной порыв ветра растрепал рыжие локоны, Артур углядел треугольный вырез на спинке цветастого платья. Оголенный участок девичьей кожи. Ему сделалось жарко.

Решился.

− Люба!

Она обернулась, поискала глазами знакомое лицо, недоуменно пожала плечиками.

− Люба, это я тебя окликнул, − вырос подле нее Артур.

− А…

− Мы незнакомы, − избавил он девушку от явной неловкости неузнавания. – Я приходил с племянником на спектакль «Пеппи Длинный Чулок» на прошлой неделе. И вот, это тебе, − вручил он ей ирисы.

− Красивые какие, − не стала отказываться девушка от подношения. – А почему сейчас?

− В прошлый раз мой букет племянник Громиле Карлу подарил. Ему шесть лет всего, не мог же я пацану отказать.

Люба рассмеялась.

− Букет случайно не из оранжевых хризантем был?

− Именно, − улыбнулся Артур.

Он вообще-то был серьезным парнем и улыбался редко, но рядом с этой девушкой улыбка на его лице возникала непроизвольно.

− Тогда не волнуйся. Букет попал по назначению. Громила Карл отдал цветы мне.

− Правильно сделал. Я бы на его месте также поступил, − одобрил Артур поступок актера. – Люба, я могу тебя подвезти?

На ее личике отразилось сомнение.

− Меня Артуром зовут. Не бойся, я не собираюсь тебя похищать. Вернее, собираюсь, но не в том смысле, о котором ты могла подумать.

Любе нравился этот парень. Она не чувствовала в нем фальши, безошибочно угадывая его заинтересованность в ней, его искреннюю симпатию, а может быть, и что-то большее. Он не был красавцем. Обычный парень со слегка взъерошенной прической, в меру спортивной фигурой и твердым взглядом. Но для нее он уже становился особенным. Такие вещи понимаешь вслепую, по наитию.

Через два месяца Люба переехала к Артуру. Он сам предложил.

Его родители уже достаточно давно перебрались на постоянное место жительства поближе к морю, оставив дочери и сыну хорошую недвижимость в виде столичной квартиры и небольшого дома в частном поселке. Мила выбрала квартиру, так как боялась водить автомобиль, а без него из поселка выбираться проблематично. Артура же не напрягало потратить дополнительные тридцать минут на дорогу домой.

Люба жила в общежитии.

− У меня есть однокомнатная квартира, но я ее сдаю. Коплю деньги, − пояснила она Артуру.

− На что копишь?

− Хочу создать ферму для животных, от которых отказываются в цирках. Понимаешь, когда животное стареет и не может больше выступать, его в лучшем случае отправляют кочевать в клетке-вагончике передвижного цирка, но чаще - на убой.

− Я думал их зоопарки забирают.

− Это редко. В зоопарк таких животных берут неохотно, только если старичка возьмет под опеку какое-нибудь частное лицо.

− Любаша, ты и в театре играешь, чтобы побольше скопить?

− Нет, − рассмеялась она. − Театр больше для души. Я в школьные годы в театральном кружке занималась, и нас иногда детский театр ангажировал для массовки на сцене. После одной такой массовки мне и предложили на более значимую роль попробоваться. В театре здорово. Но у меня загрузка там небольшая, так что и оплата соответствующая. Зато в институте объявление увидела - Центральный государственный архив набирает студентов на полставки, помогать описи оцифровывать. И интересно, и платят хорошо. Я заявку подала. Надеюсь, примут.

Артуру нравилась такая разносторонность интересов девушки, такая неуемная любознательность, такая открытость. Да что там нравилась, он влюбился в Любашу без памяти. Удивлялся, как по-доброму смотрит она на мир, не озлобилась на родителей, которые попросту бросили ее.

− Папу никогда не видела, − призналась Люба. – Знаю только, что рыжие волосы и фамилия мне от него достались. А мама меня рано родила, не готова она оказалась к материнству, вот и сбежала. Так что я с бабушкой росла.

− И что, твоя мама ни разу не объявилась? – удивился Артур.

Ему было сложно такое понять, сам он всегда