Графиня из забытого поместья - Надежда Игоревна Соколова

Глава 2

Горячий суп помог согреться. Я теперь больше не мечтала завернуться в ватное одеяло. И жизнь снова обрела краски.

Доев все, что было на тарелке, я вернулась к себе, достала из тумбочки у кровати листы бумаги и карандаши, – единственную роскошь, которая внезапно обнаружилась в этом богами забытом поместье – взяла книгу, чтобы подложить под бумагу, и уселась на кровати рисовать.

В свое время я закончила на Земле художественную школу. Картины маслом не писала, работала больше в графике. И очень хотела создавать модели одежды. Увы, ни модельером, ни дизайнером я стать не смогла – не хватило терпения и упорства. Но страсть к рисованию осталась, буквально въелась под кожу. И здесь, в заснеженном поместье, когда делать было нечего, я упорно развлекалась не только чтением, но и созданием разнообразных моделей одежды.

Я рисовала нижнее белье, воображала, что и как можно украсить, добавляла кружавчики к одним моделям и безжалостно удаляла любые украшения у вторых. Ночные рубашки и пижамы выходили обычно строгого кроя, длинные и закрытые. Платья в моем исполнении то красовались с лентами и воланами, то уходили в стиль минимализма. И тогда уже это был просто кусок ткани, с трудом державшийся на теле и кое-как прикрывавший то, что должно быть прикрыто. Верхняя одежда… Тут на меня находил обычно ступор. Я точно не знала, какие конкретно пальто, куртки и шубы хочу. Поэтому на одном листе могло быть одновременно до десятка исправлений. Я черкала, стирала, снова черкала, чертила и чертила новые линии.

В общем, я развлекала себя, как могла. Увы, то, что рисовалось на бумаге, оставалось только там. В реальности я носила длинные закрытые платья, откопанные в местном шкафу и явно больше похожие на одеяния монашек с Земли, чем на что-то модное или, не дай бог, красивое. Я понятия не имела, кому они принадлежали до меня и как оказались в этом глухом поместье. Но на моей фигуре вся одежда сидела практически идеально. Как будто умелый портной подгонял, тщательно следя за размерами. Выбор, правда, не радовал: три платья, столько же кофт с юбками, две пары домашней обуви, четыре свитера и штаны, кроем напоминавшие мужские. Увы и ах, на вешалках не висело ничего того, в чем можно было бы покрасоваться хотя бы перед самой собой в зеркале.

Из верхней одежды у меня имелись старые и потрепанные демисезонная куртка и пальто, сапоги, туфли, ботинки – по паре. Ну и две легких шляпки, в которых даже под летний дождик попадать не рекомендовалось. Теплой шапки, к моему глубокому сожалению, не нашлось. Так что я при всем своем желании по нынешним морозам из дома даже нос высунуть боялась. Кто ее знает, местную медицину. Вдруг здесь лечат только кровопусканием. Тогда я точно здесь не выживу.

Порисовав около часа, я со вздохом отложила листы. Такие наряды хорошо придумывать, когда есть средства на исполнение желаний. У меня средств не имелось. Вообще. В ящичке туалетного столика, стоявшего в дальнем углу, лежало пять серебряных монет и десяток медных. И что-то мне подсказывало, что практически все это богатство уйдет слугам – на оплату их труда.

Конечно, все было бы намного радужней, если бы удалось пообщаться с управляющим, узнать, чем именно я владею, есть ли у меня доход от имущества и так далее. Но в такую погоду все пути были перекрыты – через нынешние сугробы ни одна лошадь не проедет. А других средств передвижения у местного населения не имелось. И потому все, что оставалось, - ждать. Позже, когда снег растает, а ветер прекратит завывать в трубах, можно и управляющего в поместье пригласить. Экономка, у которой я черпала информацию, уверяла, что он – мужчина честный и умный. Ну и вроде бы верный.

Что ж, посмотрим. Главное – дожить до весны.

На первый взгляд поместье казалось надежно построенным, способным выстоять и в метель, и в буран. Но то только на первый взгляд. Мебель внутри была обветшалой и старой, постельное белье и покрывала – потрепанными, посуда… гм… ну фарфор для гостей стоял отдельно и казался почти новым. Целый сервиз имелся. Правда, где те гости? Но в любом случае я ела из тарелок попроще и «постарше», что ли. Вроде тоже фарфор, даже без трещин. Но позолота на кайме стерлась, рисунки – тоже. И такое ставить перед кем-то было бы просто стыдно. Поэтому я и ела сама. Не выбрасывать же посуду, когда неизвестно, что дальше будет.

Я ведь слабо представляла себе, где живу. Поместье – понятно. Рядом, по словам экономки, мои деревушки. Чуть поодаль – пара-тройка небольших городов. Ну и столица империи, в которой я находилась, в семи-десяти днях пути от поместья. Конного пути, естественно.

Сама империя называлась «Артанай». Населяли ее существа сразу нескольких рас. Это я уже в книгах прочла.

А вот описание края, в котором находилось поместье, я не нашла. Что тут есть? Реки, озера, горы, холмы? Для таких знаний мне и нужен был управляющий.

Экономка, пожилая горожанка по имени Эльвира, непонятно как застрявшая в поместье, на все мои вопросы отвечала, пожимая плечами: «Так земля же, ваша светлость».

И как хочешь, так и понимай ответ.

Да и вообще, будь благодарна, попаданка, что тебе Мироздание подсунуло такой источник информации. Служанки, неграмотные крестьянки, знали и того меньше.

Я, конечно, была благодарна, особенно за то, что появилась в поместье, со слугами, считай, на всем готовом, а не жила сейчас в крестьянской избе. Но все равно хотелось бы иметь побольше информации об этом месте. Да и разнообразить развлечения тоже не мешало бы.

Глава 3

Едва появившись в поместье, я первым делом исследовала его от подвала до чердака. И не обнаружила ничего. Совсем ничего. Больше всего поместье походило на дом, который внезапно покинули все его владельцы. Причем покинули в спешке, забывая то там, то здесь какие-то свои вещи, которые в будущем, возможно, уже и не пригодятся. Например, в одной из гостиных, пустой на первый взгляд комнате, на подоконнике, в самом углу, валялись две серебрушки. А в пыльной спальне, в кресле, лежала расколотая фарфоровая статуэтка непонятного зверя с шестью