Если вам немножко за... - Кларисса Рис

class="p1">— Я поняла, что он не мы, — мое настроение резко ухудшилось, — но он будет последним, кого я убью.

— Конечно, документы будут ждать тебя, — закивала кронпринцесса. — Надеюсь, ты найдешь свою любовь, так же, как и все.

— Уже нашла, — рассмеялась я и чмокнула ту в щеку.

— Удачи, Лан, — помахала она мне рукой.

— Сорок девять раз пережила, и пятидесятый ничего не поменяет, — сказала я и вышла из комнаты.

Да уж, не такого развития событий я ожидала, но делать было нечего. Кронпринцесса была права, нельзя допустить того, чтобы дворяне последовали примеру этого идиота и отказали в финансировании детским домам, больницам для бедных и остальным организациям, которые едва могли сводить концы с концами. Я работала на благо родины и убирала тех, кто грозил нашей безопасности. А моя последняя цель ничем не лучше остальных. Сам вылез из грязи, а тех, с кем ел из одной чашки теперь и за людей не считает. Тут я была согласна с Мисленой, он не достоин жить!

Глава 1

— Любимый, пойми же ты, я не могла отказаться, — едва не рыдала я, рассматривая озлобленное лицо своего родного человека. — После того, как доведу его до могилы, меня тут же освободят от должности. И мы с тобой сможем сыграть свадьбу. Ее высочество даже сказала, что дарует тебе титул и несколько земель. Чтобы потом в нас не тыкали пальцем, когда мы будем посещать королевский замок.

— Мне к демонам не сдались твои приемы и балы, — зарычал мужчина, — все, что я хотел, чтобы моя жена сидела дома и рожала мне детей. А подачки драной принцессы мне не нужны. Я и без твоего титула смогу прожить. Все равно мы после свадьбы уедем в деревню к моей матери. Ты сирота, тебе не понять, что ей нужна забота и уход. На кой черт мне какие-то земли, если самая большая моя проблема в тебе?

— Гил, перестань, прошу тебя, — взмолилась я. — Принцесса, а потом Королева, будет требовать моего присутствия хотя бы восемь раз в год. Это правило, которое дворянство должно соблюдать без исключения. Она не собиралась тебя обижать, просто знает, что будучи простолюдином в глазах остальных ты будешь казаться неподходящей партией для меня.

— Что, уже стыдишься своего мужа? — рявкнул он и встряхнул меня за плечи. — Мы даже не стали супругами, а ты уже попрекаешь меня тем, что у меня ничего нет! Как-то нечестно. Ты заработала свои деньги коротая ночи в теплых постелях аристократов, а я пахал на фермах. Теперь же я плохой? А то, что моя жена раздвигает перед всеми ноги? По-твоему, меня это не должно волновать? Что скажут мои соседи? Друзья? Знакомые? Что я привез клушу, которая даже штопать не умеет?

— Замолчи, — звонкая пощечина огласила номер отеля. — Я могу стерпеть все, кроме одного! Я никогда не работала проституткой и ни перед кем не раздвигала ноги. Все сорок девять раз я была в законном браке и все сорок девять раз я овдовела! Так что не смей оскорблять меня! Я королевский палач, которому приказывают убивать тех, кто мешает нормальной и спокойной жизни королевства. Точно так же, я убила того, кому ты продался за две серебрухи. Так что не смей, слышишь меня, даже думать о том, что я какая-то девица с улицы! Черт тебя дери, я герцогиня и лучшая подруга кронпринцессы! Если тебе этого мало и твоя жена должна уметь штопать носки, то так уж и быть, я куплю их столько, чтобы каждую дырявую пару выкидывать в помойку! А твоя мать спокойно может переехать в наш городской дом под присмотр сиделок и королевского лекаря, которого я попрошу у Мислены. Так что все твои претензии не стоят и выеденного яйца!

— Ты окончательно спятила? — его пальцы сомкнулись на моем горле. — Удел бабы молчать и делать так, как скажет ее муж. Твои аристократы тебя распустили. Благочестивость не купить за деньги, ее надо вбивать палкой с рождения, чтобы такие как ты понимали, что от них требуется лишь держать рот на замке, готовить мужу ужин и раздвигать ноги по первому требованию. Ну ничего, я в тебя это вобью.

— Идиот, — в груди все зажгло от нервов и подкатывающей истерики, — и вот за это я собиралась замуж? Какая же я дура! Глаза бы мои тебя не видели! Все эти речи — давние пережитки прошлого, весь мир давно изменился, а ты все еще думаешь о том, что я твоя собственность, которой ты можешь распоряжаться? Да пропади ты пропадом!

— Надеешься, что твой новый муженек окажется лучше меня? — рванул он меня за руку. — Не надейся, про него уже и так все слышали. Как он одну за другой служанок на тот свет отправляет. Как их изуродованные тела в канавах по всем угодьям находят. Как их голыми заставляют от зверья бегать. Так что лучше бы тебе прикусить язык и начинать вымаливать у меня прощение.

— Отпусти, — тихо, но жестко приказала я ему, — не собираюсь выслушивать это от тебя. А что касается трупов, не волнуйся, я разберусь. И не таких извращенцев на тот свет отправляла. Хотя надо было все же дозволить Барону развлечься с тобой! Дура была, что повелась на смазливую морду и сладкие речи. Ничем не лучше тех, кто уже в сырой земле.

— А не боишься мне угрожать? — заржал он. — Я могу и миру поведать о всех твоих похождениях и тогда никто и никогда тебя в приличный дом не пустит. Сама напросилась, я тебе говорил, уходи и сиди молча под моей пятой.

— Рискни, — криво усмехнулась я, — и тогда я посмотрю на то, как даже в самой далекой деревне в тебя будут тыкать пальцем и называть сумасшедшим. Я состою на службе у королевства, меня охраняет закон. Каждое мое слово и есть закон. Каждое действие не подчиняется ему. А каждая написанная в отчете строчка признается истиной в последней инстанции. Потому сгинь без лишней пыли и шума. Тебе было предложено все, а ты хотел лишь послушания. Какой же ты придурок и слава всевышнему, что мне отвело до того, как я вышла за тебя замуж. Надо будет сказать спасибо ее высочеству, что не позволила мне совершить этот роковой шаг. Видимо, бог все же меня любит сильнее, чем тебя. А теперь прощай и больше никогда в жизни не попадайся мне на глаза. Увижу и живым ты не уйдешь!

— А ну стоять! — заорал он на меня.

— Стража, — замахала