Сломленный король эльфов - Лея Стоун

Торговец появился из ниоткуда и схватил волосы у меня на затылке, насильно опуская голову настолько резко и низко, что шея буквально взорвалась болью.

– Я вырву эти красивые глазки из твоей головы, если ты не будешь держать голову опущенной.

Я зашипела, сжимая руки в кулаки за спиной. Этот крысиный подонок действительно начинал меня бесить. Да, меня продали в рабство, но это не означало, что я была грушей для битья. Я уже намеревалась высказать ему все, что я о нем думаю, когда он отпустил меня.

Я едва не упала ничком. Жар подступил к моему лицу, я была невероятно зла, но резко вобрала в грудь воздух и начала глубоко дышать, чтобы успокоиться.

Нас провели через холл, который был таким же вычурно декорированным, как и внешняя часть замка, а затем в большую открытую кладовую с высокими сводчатыми потолками, которые поднимались на высоту двух этажей. В одном углу стояли мешки с мукой и рисом, а в другом были сложены груды кастрюль и сковородок. Мы выстроились у дальней стены, и я посмотрела вверх, на окна верхнего этажа, и увидела, что за нами сверху наблюдают несколько человек.

Наши новые хозяева?

Я ничего не знала о том, что такое быть слугой. У меня никогда их не было. Но я знала, как готовить и убирать, так что и здесь ничего не должно отличаться.

Верно?

– Вам развяжут руки, чтобы главная горничная смогла проверить вас на наличие болезней, затем вас распределят на ваши новые работы здесь, во дворце, – закричал торговец, вырывая меня из потока мыслей. – Если вы попытаетесь сбежать, я убью вас, и ваш долг перейдет к следующему члену вашей семьи.

Мы будем работать здесь, во дворце? Это даже в каком-то смысле увлекательно. Я посмотрела на груду муки и риса и надеялась, что меня не сошлют на кухню. Я не возражала заниматься готовкой, но мыть посуду было сущим адом. Представив в своих руках сырые отходы, я почувствовала, как мурашки побежали по коже. Я бы с удовольствием получила назначение в библиотеку или даже поработала с целителями. Будучи полуэльфом с нулевой подготовкой, я не обладала способностями к исцелению, но с удовольствием бы училась и помогала с любой мелочью.

В университете Найтфолла я изучала биологию, чтобы создать лекарство для своей тети, но теперь все это кануло в Лету. Почти два года занятий, домашних заданий и учебы, – и все впустую.

С меня сняли кандалы, и я размяла плечи и спину, застонав от облегчения после болезненных ощущений в груди из-за того, что была скована таким образом в течение нескольких часов нашей поездки. На долю секунды мне захотелось убежать, дать стрекача, как крольчиха, через всю комнату, выскочить наружу – и пулей в лес. Я оглядела двери, и там, с каждой стороны, дежурили по два лучника. Они стояли, высокие и молчаливые, едва шевелясь от дыхания, со стрелами, уже вложенными в их луки.

Я шумно сглотнула.

Затем в комнату вошла пожилая женщина, ее седые волосы были собраны в гладкий пучок на макушке. На ней была синяя хлопковая униформа горничной с белым фартуком, а в руке она держала маленькую палочку.

– Меня зовут миссис Тирт. Я главная горничная здесь, в замке Аркмира. Я проверю вас на наличие вшей и удостоверюсь, что у вас нет никаких дефектов, которые помешали бы вам выполнять свою работу здесь.

Вшей? Какая мерзость. Я обратила внимание на девушку рядом со мной: она почесывала голову.

Всего нас было девять: смесь эльфов, фейри и людей. Замок, должно быть, приобрел нас скопом для различных работ. Я не хотела переходить границы дозволенного, но страстно желала работать с целителями или с книгами, если это возможно.

Прикусив язык, я ждала, пока миссис Тирт, используя свою палочку, тыкала в головы и осматривала волосы каждого, заглядывала им в рот и внимательно изучала их руки и ноги, пока не добралась до меня. Когда она подошла, я сделала глубокий реверанс.

– Миссис Тирт, не будет ли неуместным предоставить вам перечень моих сильных сторон, чтобы вы могли наилучшим образом подобрать мне работу?

Пожилая женщина подняла бровь, глядя на меня, а затем взглянула на смотровую зону, откуда на нас сверху вниз все еще глядели несколько фигур в капюшонах.

– Сильных сторон? – спросила она, начиная копаться палочкой в моих каштановых волосах.

– Да, мэм. Я умею читать и писать. Я искусно выполняю вычисления и сведуща в органической химии, а также питаю страсть к чтению и целительству.

Палочка замерла, запутавшись в моих волосах, и женщина уставилась на меня сверху. Я внутренне приготовилась к ее ответу, но она просто разразилась хохотом. Торговец тоже загоготал, как и другие рабы, и теперь все смеялись надо мной.

– Милочка, мне просто нужно, чтобы ты пекла хлеб или чистила туалеты, – сказала миссис Тирт, и у меня внутри все оборвалось.

Что ж, попробовать стоило.

Я почувствовала, как торговец двинулся позади меня.

– Хочешь, я проверю ее на наличие лобковых вшей? – хмыкнул он, а затем его рука опустилась на мою задницу и сжала.

Сильно.

Миссис Тирт, казалось, комментарий торговца привел в замешательство и даже оскорбил, но я знала, что она ничего с этим не сделает.

Все гневные, затаенные и подавленные чувства, которые я сдерживала с тех пор, как прибыли заемщики и отняли меня у моей тети, вырвались наружу. Меня захлестнула мстительная ярость, и я сорвалась. Развернувшись, я столкнулась лицом к лицу с уродливым торговцем. Он осмотрел меня сверху вниз похотливым взглядом, и я ударила его ладонью вверх по носу, как учила меня моя тетя, и была вознаграждена хрустом его кости. Он наклонился вперед, хватаясь за лицо, и я ударила коленом так сильно, как только могла, по его причиндалам.

По комнате разнесся вопль, и торговец, красный как рак, повалился на бок.

– Ох, милая, – сказала миссис Тирт у меня за спиной.

Я повернулась лицом к старшей горничной.

– Он дотронулся до моего зада без разрешения. Здесь такое поощряется? – спросила я ее, надеясь отвести от себя любое наказание, которое ожидало меня за то, что я отомстила торговцу.

Ее лицо вспыхнуло, и я заметила движение наверху. Одна из фигур в капюшоне выходила из комнаты. Я знала, что зашла слишком далеко, но, черт возьми, то, что сделал торговец, не в порядке вещей, и я надеялась, что миссис Тирт согласится. И поймет. Как женщина женщину.

Она с трудом сглотнула.

– Нет, – наконец сказала она.

Двое лучников внезапно оказались