Царевна (не) удач - Натали Лансон

Проигнорировала я согласие ещё одной «одинокой красотки».

— Да ты что!? — Выпучила Карпенко глаза, резко разворачиваясь ко мне всем корпусом. — Это же Зеленский! Родной племянник самого президента!

«Мда… что и требовалось доказать. Когда мозги куриные, тут уже природа обессиленно разводит руками!»

— Марин, у нашего президента нет родного племянника… и племянницы тоже нет, если вдруг этот «валик» сестру за собой прикатит.

— Много ты понимаешь! — Фыркнула Карпенко, окончательно убеждая меня в несостоятельности своих извилин. — Зеленский просто о родне не распространяется!

Наплыв посетителей был такой большой, что я почувствовала себя в давке, когда сзади кто-то навалился, а потом выругался на непонятном языке.

Кретин ударил носком своих ботинок мне по пятке, и это было достаточно больно, чтобы я зашипела в ответ… но уже на более понятном:

— Твою мать! Ты слепой!? Куда прёшь?!

Развернувшись, не сразу поняла, где у этой напавшей на меня громадины глаза… их не наблюдалось ни на уровне моих глаз, ни выше… Только запрокинув голову поймала высокомерный взгляд прожжённого циника.

— Посторонись, человечка, — бросило это мурло, на секунду задержав своё непомерно напыщенное внимание, прежде чем продолжить движение. — У меня нет времени находить достойную работу твоему языку.

Признаюсь, я дар речи потеряла.

Ну, во-первых, хам был сложён, как античный бог (и я сейчас не о кошмарных статуях Зевса с маленькой писюшкой говорю!). А во-вторых, за этим темноволосым Аполлоном шло ещё трое таких же, как он, атлантов_тире_титанов.

Я глаз от их широких спин и кое-чего пониже оторваться не могла… даже смутилась свой реакции, когда последний из тройки повернулся ко мне и подмигнул.

— Ох! Какие… Подожди? Они это за наш столик садятся?

Я вздрогнула, поняв, о чём говорит Карпенко.

И действительно, вся четвёрка подсела к «племяннику» Зеленского, как-то бесцеремонно двигая нашу Краско.

Паника ударила в голову.

— Марина, ты же понимаешь, что это не нормально?

— Я… я… — хлопая глазами, Карпенко вцепилась красивым маникюром в барную стойку, испуганно наблюдая, как Аську заливают какой-то дрянью.

Буквально! Вот так взяли хихикающую дурочку, посадили на руки тому здоровому, который мне подмигивал, и подают один стакан за другим.

— Я, наверное, домой пойду…

— КАРПЕНКО! — Я задохнулась в шоке, наблюдая за назревающим побегом будущей соседки по комнате. — Ты… нормальная вообще!? Так же нельзя! Это подло.

— Леся, посмотри на них? Как думаешь, что они сделают, когда мы присоединимся к их компашке?

— Не вовремя ты протрезвела, подруга, — мрачно усмехнулась я, прикусив губу. — Раньше надо было об этом думать. — Махнув бармену, поморщилась: — Эй, ты? Мы отменяем заказ. Верни наши деньги.

— Девушка, так нельзя, — заартачился парень, пока я не прищурила глаза.

Папа всегда говорил, что моя полностью чёрного цвета радужка вызывает дискомфорт у собеседника. Наверное, сейчас произошло что-то вроде этого, потому что блондин резко заткнулся и нехотя протянул мне уже ставшую такой родной купюру.

— Спасибо, — пролепетала Марина, не понимая, что я задумала.

Я и сама, честно признаться до конца не понимала. Просто хотела вернуть деньги обратно тому хлыщу, чтобы у «Зеленского» и его накаченных дружков ни одного повода для претензии не осталось по отношению к нам.

— Леся, я боюсь… вон тот прямо на меня смотрит… — Карпенко нервно сглотнула.

— Что? Уже и ты так быстро в ханжу превратилась?

— Я… яяяя…

— Коза ты. Стой здесь, сейчас твою «никакущую» подружку приведу. А ты… сходи вон, возле секьюрити постой. Мне так спокойнее будет. Я Богдана давно знаю.

— Может, он тогда тебе поможет? — Пискнула Марина, не зная, куда глаза деть от таращащегося на неё бугая.

— Окстись, женщина. «Давно знаю» и «Хочу его смерти» — разные по значению словосочетания. — Выдохнув, вспомнила свою мировую бабушку. — І не біси мене. А то зараз я сама піду, а ти будеш розбиратися з наслідками свого «ми переходимо в доросле життя»!

— Лесечка, ты же шутишь, да?

— Да! — Перекривила идиотку, с которой больше дела иметь не хотелось.

«Почему я с ботаниками не подружилась!? И ведь предлагали же… пока я кофту не сняла. Экзотика, бл@ть, ходячая!»

Выдохнув, направилась к столику, в душе радуясь, что народу в клубе полно.

«Не будут же эти титаны принуждать меня с Аськой к своему обществу при таком количестве свидетелей?» — От этой позитивной мысли даже улыбаться захотелось.

— Ей? Племянник Зеленского, — парень вальяжно хмыкнул, пока я не положила перед ним его баксы. — Твоё. Спасибо за предложение, но нам пора… Алинку бабушка ждёт. Давай, пьянь, освободи несчастного парня от своих шестидесяти кило.

— Пятьдесят три! — Возмутилась Алина Краско, будто я ей центнер накинула лишний, а не семь килограмм.

— Давай подымайся, не беси меня, Дюймовочка.

Пока Алина, на каждом шагу поскальзываясь, выбиралась из компании парней, я молилась.

Главарь этой компашки прожигал меня таким пристальным взглядом, что — да! Прям вот так сразу я в Бога и поверила… Папу искала — не верила, а сейчас только на Него… как там говорят в церкви? «Уповала»? Именно это и делала!

Краско почти дошла до меня, когда «Зеленский» воскрес от шока:

— Она что? Она видит вас? Ещё одна?

Тот брюнет, который поил мою несостоявшуюся подругу, хищно улыбнулся, а главарь ответил:

— Нет. Самая обычная пустышка. Просто я на неё наступил. Физический контакт, Валентин.

Глава 3. Разборки в маленьком… Харькове

«Вовремя заткнуться — большой талант,

которого у меня, к сожалению, нет…»

— Нет. Самая обычная пустышка. Просто я на неё наступил. Физический контакт, Валентин.

«Зеленский» задумался, будто что-то анализируя, а потом гаденько усмехнулся и потянулся к моей мастерке.

Жадный вдох фетишиста блин реально напряг.

Глаза в Валентина будто функцию подсветки включили.

«Что за чёрт?»

— Раз девке всё равно память подчищать, то я предлагаю физический контакт вывести на другой уровень.

На моём месте нормальные девочки молчат, видя сильного соперника мужского пола, а примерные так и вовсе из дому не выходят после десяти вечера, но я же… это я!

У меня при рождении функцию «извиняется тот, кто виноват, а не я!» не выключили. Наверное, поэтому так легко было влиться в группу папы, где боксировали уверенные, если не самоуверенные, ребятки.

Да что тут объяснять?! Если у Краско и Карпенко мозг под куриный заточен, то мой под петушиный, наверное… а как иначе объяснить следующий выпад?!

— Сначала блох у себя выведи, собака, а потом на физический контакт замахивайся.

— ЧТО?! — «Зеленский» резко встал с места. — Что ты, человечка убогая сказала? Да я таких, как ты…

— Что? Обнюхиваешь? — Задвинув Аську за спину, почувствовала, что у самой начинает подгорать. — Кофту