Мое проклятое чудовище - Ольга Владимировна Иванова

что ветка, которая меня держала, сломается, но ничего путного не вышло. Кровь к голове приливала все сильнее, и перед глазами уже поплыли красные круги. Только бы снова не отключиться.

— Попалась, птичка, — раздался внезапно довольный хриплый голос. Мужской.

И хруст веток под ногами.

Разбойники? Мне конец, да?

— А вид-то какой! — хохотнул скабрезно кто-то второй. — Просто загляденье. Хотя по мне филейная часть худовата… Но может, герцогу, понравится. Я-то люблю, чтоб там все как тесто под руками месилось… Мягко, тепло… Много!

— Не по твоим рукам тесто, уволень! — осек его первый. — Давай снимать её. И понесли, пока герцог не явился.

Я увидела рядом с собой носки пыльных мужских сапог, затем ощутила на той самой филейной части чьи-то лапищи.

— Не подходи! — я как-то умудрилась оттолкнуть его, боднув. А после попыталась опять раскачаться.

Бандит, которого я пнула, ругнулся, а меня начал ловить второй. Он хохотал, а я злилась все больше. А потом произошло нечто странное: с моих пальцев сорвались огненные искры. Ну точь-в-точь как бенгальские огни. Я взвизгнула от страха, бандиты тоже ойкнули. Снова выругались, но теперь как-то испуганно. Я же продолжала разбрасываться огнем словно факир и не знала, как все это прекратить.

Но дальше — больше. Откуда-то послышался грозный звериный рев. Одновременно с этим все же треснула ветка, на которой я висела. С криком я приземлилась на землю, на этот раз ударилась плечом и бедром, но зато как-то удачно перевернулась и даже умудрилась сесть. Да! И огонь исчез! Ну хоть что-то хорошее…

Вновь раздался рык, и я наконец нашла его источник. Из-за деревьев выходил белый… лев? Но разве львы бывают такими огромными? А клыки, похожие на бивни? И рога… Мамочки, у этого чудища были рога! И я уже молчу про когти на мощных лапах… В этот раз реакция «беги» не сработала, и я «замерла», потеряв от страха любую способность думать и говорить. Да и бежать бы точно не получилось: по обе стороны от меня стояли те самые разбойники. Один постарше и поджаристее, второй помладше и потолще, оба одеты в кожаные штаны, широкие светлые рубашки и жилеты из такой же кожи. Голову того, что постарше, покрывала шляпа, у второго же, блондина, кстати, волосы были собраны в куцую косичку на затылке. И, в отличие от меня, ни один из них не выглядел испуганным. Наоборот, блондин заискивающие заулыбался и произнёс сквозь зубы:

— А вот и милорд. Опоздали…

— Ваша Светлость, — постарше поклонился чудищу, — мы уже почти готовы… Простите, непредвиденные обстоятельства… Но госпожа Эва, как видите, уже у нас… Так что не беспокойтесь…

Чудище рыкнуло уже не так громко, но недовольно, сверкнуло глазами на бандита, затем глянуло на меня. И в его звериных глазах я заметила вполне человеческое презрение. Чудище наморщило нос, призывно мотнуло головой и отправилось обратно в лес. Разбойники же сразу засуетились.

— Вставайте уже, миледи, — сказал тот, что постарше.

— Прошу, — и блондин, шутовски склонившись, протянул мне руку. Я и голос его узнала: именно он был любитель помесить тесто.

— Я сама, — я оттолкнула его руку.

Но легко сказать — труднее сделать. Проклятый кринолин! Блондин хмыкнул, схватил меня за талию и поставил на ноги. Я тут же стала поправлять многочисленные юбки. Но, похоже, обруч, вшитый в каркас кринолина, от всех приключений погнулся, и теперь платье имело явный перекос на одну сторону.

— Можно узнать, что вообще происходит? — спросила я с бравадой, хотя на самом деле у меня все так же тряслись поджилки, а мозг отказался принимать, что все это, кажется, не сон.

— Наш герцог пригласил вас к себе погостить, графиня, — с явной иронией ответил блондин. — Не бойтесь, он вас не съест. Во всяком случае, пока…

— Это обнадеживает, — отозвалась я, украдкой оглядываясь по сторонам. Вдруг удастся опять сбежать? — Хотя странный способ приглашения выбрал ваш герцог… Отправить для этого разбойников…

Мы уже шли куда-то сквозь лес, я пыталась усыпить их бдительность, сама же ждала подходящего момента для маневра. Ни у какого герцога гостить я не собиралась, особенно, если там будет то жуткое чудище.

— К тем разбойникам мы не имеем никакого отношения, миледи, — сказал старший даже с каким-то оскорблением. — Просто так совпало…

— А вы другие разбойники? Благородные? — не удержалась я от колкости. Дубровские, блин…

— Мы вообще не разбойники, — вздохнул тот. И добавил куда-то в сторону: — Вот не хотел я во все это вмешиваться…

До нас донеслось тихое ржание, и вскоре из-за деревьев показались лошади.

— Поедете со мной, миледи, — сказал блондин.

Он повернулся к лошади, поправляя седло, его напарник тоже отвлёкся, ну а я начала отступать. Шаг, ещё шаг, ещё… Разворот и — бегом! До ближайшей коряги. Черт! От досады я чуть не расплакалась. А тут уже и блондин подоспел, и со словами:

— Куда ж вы снова собрались, миледи? — рывком поднял меня на ноги.

Глава 2

Ехать на лошади без седла, втиснувшись со своим жутким кринолином между её шеей и потным мужским телом, было так себе удовольствие. И снова эта тряска до боли в ушах и голове! Через какое-то время меня и вовсе замутило, а перед глазами начало темнеть, что я даже не могла больше размышлять о побеге. Решила пока покориться судьбе, а там посмотрим. Вроде, убивать меня никто не спешил, обращались со мной тоже вполне сносно, блондин даже пошлые шутки перестал опускать. Кстати, его звали Заг, а второго — Ригольд. Меня же они величали «госпожой Эвой». Эва… Почти как моё настоящее имя — Ева. Совпадение? Черт знает!

Мое мучение продлилось, к счастью, недолго, и вскоре между деревьев показался просвет. Мы выехали к мосту, перекинутому через ров, за ним же возвышался замок из белого камня. Наверное, если бы я была историком, а не фармацевтом, то сразу поняла, к какому веку постройки он относится. Для меня же это был просто старый замок, с башенками, покрытыми оранжевой черепицей, и стрельчатыми окнами, украшенными витражами. Точно из сказки. На какой-то миг я даже залюбовалась открывшимся передо мной видом, к тому же и лошадь перешла на медленный шаг, и меня перестало трясти.

При нашем приближении ворота со скрежетом стали подниматься. Когда мы