Найт - Каролайн Пекхам

class="p">Что-то мягкое и теплое прижалось к моей ноге, заставив меня посмотреть вниз, и я понял, что голый член и яйца Данте лежат прямо на моем колене.

— Эм, чувак… — пробормотал я, глядя на Элис, застывшую на месте, когда его рот приоткрылся и он потерял дар речи. Я не хотел все испортить, но в то же время я был в состоянии кризиса. То есть, не то чтобы я раньше не находился в непосредственной близости от его Драконьего члена, но я раньше не служил опорой для этого члена. Этот член был тяжелым, и даже когда я пытался игнорировать его и оставаться в моменте, который мы все разделяли, мой взгляд постоянно возвращался к нему.

Я просто притворюсь, что его там нет. Проявим элегантность.

Или, может быть, я смогу сместиться назад настолько, чтобы он соскользнул с моего колена…

Я попытался это сделать, моя спина тут же уперлась в ногу Райдера, которая загораживала меня, и я попытался сосредоточиться на споре, который они все вели о том, как назвать нашего ребенка — Леон Младший — и сосредоточился на своей дилемме.

Может быть, если я просто аккуратно приподниму, я смогу незаметно для него снять его. Но за что мне его поднимать — за яйца или за член?

За оба. Определенно за оба.

Ладно, малыш, давай вернем тебя домой.

Я сделал обхватывающее движение обеими руками, схватив его член, но он тут же ударил меня молнией, которая бросила меня в Райдера и повалила нас обоих на задницы.

— Черт, — простонал Райдер, питаясь нашей болью, а моя кожа зашипела от треска штормовых сил Данте.

— Dalle stelle, — выругался Данте, поднимаясь на ноги. — Какого черта ты делал?

— Ты мог бы предупредить меня, что он собирается это сделать, — я сузил глаза на Габриэля, который был единственным, кто держал Элис в своих объятиях, целуя ее шею, как будто он понятия не имел, что происходит. Но когда он поднял взгляд, на его губах появилась знакомая ухмылка, и он пожал плечами.

— Я отвлекся, — сказал он.

— Чушь собачья, — обвинил я, а Элис начала смеяться, указывая на меня.

— Леон, твои волосы, — она засмеялась сильнее, когда Райдер оттолкнул меня от себя, и мы вскочили на ноги. Я нахмурился и стал поглаживать свои волосы, понимая, что из-за статического электричества они торчат во все стороны, и рев гнева покинул меня, когда я подбежал к настенному зеркалу.

— Нет! Я потратил несколько часов на прическу! — я закричал, пытаясь расчесать волосы пальцами, но это было бесполезно. Мне нужны были сыворотки, расческа для афро, мой спрей для распутывания — нет, не было времени. Не было времени, черт побери. Спрея должно было хватить самого по себе.

— Не драматизируй, — сказал Райдер, закатив глаза, его коротко подстриженные волосы были такими же скучными и неподвижными, как всегда, а потом раздался звонок в дверь, и я застонал, сжимая волосы обеими руками.

— Они не должны видеть меня в таком виде!

— По крайней мере, ты блядь одет, — сказал Данте, поспешно выходя из комнаты, и я побежал за ним, чуть не сбив его голую задницу, пока взбегал по лестнице, паника раздирала мои внутренности.

— Их не будут волновать твои волосы, — позвал меня Габриэль, но даже если это было правдой, это был вопрос гордости. Мои волосы показывали мой статус Льва, и я хотел, чтобы его сестры думали о его брате в законе только самое лучшее.

Я забежал в ванную комнату, порылся в средствах у раковины в поисках своего спрея для распутывания волос.

— Маленький монстр, где спрей «Удивительный Лев»?! — крикнула я ей.

— Я использовала последний из них сегодня утром для укладки твоих волос, — ответила она.

— Нет, — задохнулся я, в ужасе качая головой, когда увидел пустой флакон в мусорном ведре. Я упал на колени, схватил бутылку и сорвал с нее крышку, пытаясь призвать что-нибудь изнутри, но ничего не вышло.

Я схватил расческу с раковины и остался на полу, пока проводил ею по волосам, пытаясь сгладить пушение, но времени не хватало, чтобы сделать все идеально.

Шаги донеслись сюда, и я запаниковал, попятившись назад на заднице, пока моя спина не ударилась о ванну, и я схватил полотенце, набросив его на голову за полсекунды до того, как дверь открылась.

— Клянусь звездами, Муфаса, — вздохнул Райдер. — Вставай и перестань быть смешным. Близнецы здесь, и они хотят с тобой познакомиться.

— Нет, — сказал я. — Не в таком виде. Я отвратителен.

Его шаги раздались ближе, и он смахнул полотенце с моей головы, хмуро глядя на меня, сложив руки. Его темно-зеленая рубашка подчеркивала его глаза. Он выглядел идеально. Как и должен выглядеть Василиск с его сердитым лицом, скрывающим маленькую милую гадюку внутри, которая просто хотела прижаться ко мне. Это было несправедливо. Я тоже должен был выглядеть идеально.

Я бросился на него, вцепился пальцами в его рубашку, наполовину взобравшись по его телу и повиснув на его плечах. — Помоги мне, — умолял я.

— Аргх, слезь с меня, — он пытался отцепить мои руки от себя, но я не отпускал.

— Ты ведешь себя как ребенок, соберись.

Я прильнул к нему, уткнувшись лицом в его шею и издавая жалобное мычание. — Пожалей меня, Райдер. Пожалей меняяяя, — Харизма вытекла из моей плоти, и он вздохнул, похлопав меня по спине и уделив мне немного внимания, в котором я нуждался, чтобы успокоиться.

— Иди за мной, засранец, — он отстранился от меня, и я поплелся за ним через дверь в комнату напротив, которую он использовал как лабораторию зелий. На стенах были вентиляционные отверстия, посреди комнаты стоял большой круглый стол с котлом, на котором лежала куча книг и ингредиенты. У задней стены стоял огромный стеллаж, полный всевозможных эликсиров, трав и тоников бесконечных цветов.

Он подошел к ним, взял со стеллажа три разных эликсира и подошел к котлу, чтобы начать их смешивать. Я заглядывал ему через плечо, внимательно наблюдая за его работой, и он дергал плечом каждый раз, когда я упирался в него подбородком.

— Вот, — объявил он через пару минут, протягивая мне каплю кремообразной пасты на кончике пальца.

Я наклонил голову в знак подношения, и он на секунду поджал губы, прежде чем уступить и втереть пасту в мои волосы, проводя пальцами по ним, чтобы убедиться, что она распределена равномерно. Это было так приятно, он гладил мои волосы пальцами, и я громко замурлыкал, заставляя его бормотать ругательства себе под нос.

Когда он закончил, я поднял руку, ощущая шелковистую гладкость волос, и мои губы