Серая мышка и потерянный маг (СИ) - Корчменная Анна

— Он и правда идеальный, но… Нет между нами искры, понимаешь? Фотки в соцсетях, конечно, отпадные. У меня треть подписчиков отвалится, когда поймёт, что я его больше не покажу, но ради этого изображать пару смысла нет. Мы сошлись во мнении, что лучше остаться друзьями.

— Жаль, — я вздохнула. — Вы были самой красивой парой Ан-и-она.

— О, ты бы видела, что понаписали подписчики. Столько теорий о том почему это произошло, — Синди горько улыбнулась. — Самая горячая версия — измена. И десяток вариантов с кем для каждого.

Принесли мороженое, украшенное свежей клубникой, бананом и листиками мяты.

— Жаль… — выдавила я и тут же осознала, как это прозвучало. — В смысле жаль, что расстались! И что подписчиков потеряешь.

— Да пофиг, — Синди махнула рукой и съела клубнику. — Завтра в универ. Уверена, много времени на поиск замены Властелину Льда не понадобится.

— Тебе так точно. Главное, чтоб был достойный, — я тяжело вздохнула, ковыряя мороженое ложечкой.

— Ты чего киснешь? Давай подмарафетим и сама к Моргану подкатишь? Он, конечно, на своей волне, но к тебе очень хорошо относится, сама знаешь.

Я покачала головой:

— Ты представляешь истерику моей матушки, если я посмею распустить волосы или расстегнуть верхнюю пуговицу? Боюсь, если Морган будет стоять настолько близко, что сможет меня коснуться, нас обоих не спасёт даже его магия.

— Графиня де Сансильвани ещё с той «вавкой» в голове, — Синди покрутила пальцем у виска. — Без обид, Мира. Но, — подруга лукаво улыбнулась. — Ты кое о чём забыла.

— О чём же?

— Завтра мы уезжаем в закрытый университет далеко-далеко в горах. Там не будет ни мамы, ни занудных сестёр наставниц, — она поиграла бровями. — Зато будут красавчики-студенты. Элита королевства. Дети бизнесменов, политиков, звёзд, даже маги. О, поверь, твоя жизнь в корне поменяется.

Я вжала голову в плечи.

— Что-то… страшновато. В корне не хочется.

— Если в лучшую сторону, то можно. Начнём с попыток охмурить Моргана! О, я знаю все его слабые местечки. Здесь нажать, там погладить и вот, ледяное сердце тает.

Я, прикрыв рот, захихикала. Это так дико, распущенно, но так… заманчиво и волнительно.

— Давай попробуем, — решилась я.

Синди воодушевилась и остаток разговора, мы посвятили планам нашего головокружительного успеха в университете. Домой я практически летела, воодушевлённая скорыми и такими долгожданными изменениями в жизни.

Но едва я переступила порог гостиной, столкнулась с матерью. Тонкая иссохшая фигура закутана в закрытое чёрное платье. Бесцветные волосы стянуты в тугой пучок на затылке. Бледные губы, не знавшие краски, сжаты в тонкую линию. Она легко сошла бы за призрака этого древнего поместья.

— Эксмирандея, где ты была? — голос, сухой и надменный.

— Я говорила, — опустила голову, чтобы не встречаться с ней взглядом. — Отдавала Синди хрестоматию. Без неё в университете никак, ты сама говорила.

Мать поморщилась.

— Да, насчёт этого. Я пожалела, что дала Эмили себя уговорить. Донноверский университет, — название проскрипело на её зубах как песок. — Это место не подходит благочестивым девушкам. К тому же слишком много мужчин, — мать покачала головой. — Эти… мерзкие создания неспособны сдержать порывы, даже если слышат отказ. — Она оглядела меня. — Можешь думать, тебе это не грозит с твоей-то внешностью, но ты молода и не знаешь жизни.

— Мам, хватит. Мы обсуждали это десятки раз, целый год собирали документы. Всё с этим университетом хорошо.

— В приёмной комиссии будет главный лечебник Ландории. Я была у него, — мама тяжело задышала. — О, это демон. Сущий демон! Стоит очам нечестивым вспыхнуть магией, коснуться кожи пальцами или даже просто назвать моё имя… — мать замолчала, непривычно закусив губу.

О, блин. Ну, понравился тебе мужик, держи себя в руках! Почему я должна слушать этот бред?! Или собираешься в экстаз падать при дочери!

Оказалось всё гораздо хуже.

— Нет. Там слишком много соблазнов, — мама покачала головой и посмотрела на меня. — Эксмирандея. Я договорилась с монастырём Анны Солнценосной. Завтра ты поедешь туда.

— Что?!

Нет. Нет-нет-нет!

Глава 3

— Вот! — резко вскинула острый подбородок мать. — Ты ещё не побывала в Донноверском, а все заветы и учения школы пошли прахом! Дерзишь и споришь с родителем. Никакого тебе университета! Твой путь — учёба и жизнь при монастыре. Подальше от соблазнов и главное — мужчин! Я всё сказала, — только гляньте, сама властность! — И помни, Эксмирандея, это для твоего блага. Ты слишком глупа и неопытна, чтобы понимать всю жестокость жизни. Когда я была в твоём возрасте, грязный наглец взял меня силой на званом вечере. Не просто очернил, а ещё и сломал мою жизнь, зачав тебя — вечное напоминание о той мерзости. Я сохранила, уже это делает меня благочестивой мученицей.

Я слышала эту историю чуть ли не каждый день, но именно сейчас горечь особенно сильно обожгла горло.

— А кто тебя просил?! Лучше бы ты меня убила! Это было бы милосерднее! — выкрикнула я и помчалась в свою комнату, на ходу глотая слёзы.

Влетев туда, я захлопнула дверь, сползла на пол и подтянула колени к груди.

Ненавижу! Ненавижу её! Да, то, что она пережила ужасно, но я-то здесь при чём?! Зачем мстить мне?! В чём моя вина?!

Больно. Обидно и одиноко.

Неужели придётся забыть про мечты и планы?

Достав телефон, я написала Синди:

«Всё отменяется. Мама отправляет меня в монастырь Анны Солнценосной. Прощай Донновеский и надежды на лучшее».

Синди прочитала сразу и ответила грустным сердечком. Что ж. Обидно, но и её понять можно. Чем помочь в этой ситуации? Да и для Синди я скорее балласт, который тянет на дно.

Я оглядела комнату. Узкая, пустая, скучная. Из мебели лишь самое необходимое — кровать, шкаф для одежды, письменный стол и книжные полки с религиозной чушью, которую я не читала из принципа. Что здесь келья, что в школе монастыря.

У стены небольшой чемодан и сумка. Ещё утром при взгляде на них хотелось танцевать, а теперь… вещи казались подходящим утяжелителем, чтобы пойти к какому-нибудь водоёму и утопиться.

Не знаю, сколько просидела. Надо думать, как выкрутиться, но в голове сверчки чирикают.

Неожиданно зажужжал телефон. Общаться не хотелось даже сообщениями, так что я не шевельнулась. Телефон завибрировал второй раз, и я сдалась. Поскольку хуже быть уже просто не может, должно стать лучше.

На экране высветилось сообщение от Синди: «врубай комп и проверь почту». Следом картинка, которую можно было читать по-разному, но Синди использовала её, когда задумывала пакость. Ладно, почему нет?

Трагически вздыхая, чтобы вся вселенная оценила драму, я упала на стул и нажала кнопку запуска. Почему с компьютера понятно стало сразу, подруга выслала архив, а с телефона не удобно. Тема письма звучала многообещающе: «Это чтоб знать свою добычу во всех местах, охотница».

О-о-о-о… Святое Равновесие… Это что же… Фотосессия Моргана?!

В Донноверском, насколько я знала по рассказам Синди, часто околачивались представители модельных агентств. И особо перспективным делали латные фотосессии или даже предлагали контракты. Ну и разве могли они пропустить нечто столь же совершенное, как Морган Грей?

Забыв о проблемах, я развернула фотографию на весь экран.

Фотографы вывезли бывшего Синди в горы. Кругом серые камни, слегка припорошённые снегом и необъятно синее небо. Морган стоит в белых горнолыжных штанах со свисающими сейчас подтяжками. Куртку или хотя бы футболку ему не выдали, так что лучи солнца скользили по рельефу торса и оставляли, где положено, глубокие тени. Светлые вьющиеся волосы трепал ветер. Чуть наклонив голову к плечу, Морган поправлял лыжные очки и ухмылялся так, что я невольно спину выпрямила.

Я издала восхищённый визг и сползла со стула. Я поставлю это на рабочий стол. Все стены обклею!

— Морган, любовь моя! — я изобразила сцену из дешёвенького сериала. Упала на колени и потянула к нему руки. — Мои душа и тело принадлежат тебе. Так бери же меня, о мой…