Фактор соблазна (СИ) - Орлан Нари

— Не боюсь я Инспектора. Но на всякий случай пойду надену свой супер-бронелифчик! — заявила я и свернула в ванную.

Стук в боковое окно вернул меня из воспоминаний обратно в салон фуры. Август открыл дверцу и протянул мне стаканчик с чаем.

— Благодарю, — забрала я чай и поспешила закрыть дверцу, вздрогнув от порыва холодного ночного ветра.

Когда Август вернулся в водительское кресло, то сел, повернувшись ко мне. Между нами еще оставался где-то метр пустого пространства, но мне уже стало неловко. Я воззрилась на эмблему кофейного зерна на его стакане, который он держал рукой на уровне груди.

— Не хочешь задержаться в Краснодаре на пару дней? — спросил Август и сделал большой глоток кофе. Проследив за движением его кадыка, я подняла глаза выше, встретилась взглядом с его глазами, которые не выражали ни капли скромности.

— Я не могу. Мне нужно быть завтра в Сочи, — отчеканила я и сразу начала вливать в себя чай, отвернув голову к ветровому окну.

К счастью, он сразу понял, что я не настроена ни на что большее между нами, кроме разговоров. Допивая чай, я лишь на миг бросила на него взгляд и заметила, как его лицо потускнело от досады.

Не удержавшись от еще одной благодарности за чай, я сказала, что все-таки посплю. Август достал сверху матрац и одеяло, после чего я снова рассыпалась в благодарностях.

Когда я поменялась со своим рюкзаком местами, попросила выключить свет. Укладываясь спать, я боялась, что кобура соскользнет ночью. Чтобы этого не случилось, перед тем как ложиться, я незаметно поправила ее, и решила спать на спине.

Спустя пару минут я сделала вывод: лежать на койке удобно, а вот спать — нет. Сна не было ни в одном глазу, но я отчаянно пыталась уснуть, держа веки закрытыми и не шевелясь. Быть может, это потому, что я не доверяла Августу. Отголосок плохого предчувствия то и дело проскальзывал в мысли. Ну что он мне сделает? Завезет в лес и изнасилует? Смешно. Я сильнее любого мужчины, хотя внешне это незаметно. Победить меня может лишь такой, как я. Например, Инспектор. Надеюсь, я успею найти Веру быстрее, чем найдет меня он.

Не знаю сколько прошло еще времени, и я уже почти уснула, как почувствовала: фура остановилась. Несколько секунд полной тишины, и Август открыл что-то, зашелестел полиэтилен. Я приподняла одно веко…

Не успеваю достать пистолет! Август испытующе смотрит на меня, совсем рядом. Какой-то предмет в его руке недалеко от моего плеча. Секунда — и я резко бью локтем по его ладони. Предмет вылетает, но Август быстро реагирует и набрасывается на меня.

Он заводит мои руки за голову и наваливается сверху всем весом так, что мне тяжело вдохнуть.

— Виктория, — обращается ко мне, улыбаясь, — не стоит так брыкаться. Это бесполезно.

Глава 2

Единственное, чем такие, как я, внешне отличаются от обычного человека, — неугасающие огоньки в радужке глаза, которые постоянно двигаются, играют, танцуют, описывая круги вокруг зрачка. Вот только видно их лишь на близком расстоянии (в среднем до двадцати сантиметров). И это причина тому, что я сразу не заметила их в глазах Августа.

Зато сейчас вижу. Некогда поражаться тому, кем он оказался. Некогда задаваться вопросом, как быстро он меня нашел. И я неуверена, есть ли когда сбегать.

От него пахло горьким кофе и мускатным орехом. Тепло его тела быстро проникло сквозь ткань футболки и моей кофты. Жарко, до одури жарко. Я себя почувствовала мышкой, что угодила в ловушку, и теперь, обездвиженная и покорная, наслаждается ароматом сыра, который ей так и не достанется.

— Вот, значит, как выглядит пресловутый Инспектор. Вот, значит, какие спектакли он разыгрывает, чтобы ловить своих жертв.

— Всего лишь вношу разнообразие в свои серые рабочие будни.

— И как? Весело тебе?

— Не то слово, — похабно усмехнулся он. — Но работа — есть работа.

Август вздохнул, сжал одной рукой мои запястья, а другой принялся шарить по койке. Выбраться из-под него не получается. Да он весит раза в два больше меня! Даже если я сниму сейчас блок с дара, то вряд ли смогу столкнуть его.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что ты выронил?

— То, после чего ты будешь спать, как младенец.

Конечно, это капсула со снотворным, спрятанная в какой-то безделушке, что же еще… Я не знала, что мне делать: плакать от безысходности, молиться, умолять отпустить меня, или до последнего брыкаться… Мое желание найти сестру разбивалось на осколки. Не успела я открыть рот, чтобы попробовать договориться с ним, как мою шею сбоку обожгло болью. Я сцепила зубы, всхлипнув…

А в другую секунду тело стало ватным, похожим на желе. Веки медленно сомкнулись. Койка подо мной будто превратилась в пуховую подушку. А в голове, казалось, вместо серого и белого вещества, бурлил кокосовый ликер. Отвратительно. Паршиво чувствовать себя желейной фигуркой. Я с нетерпением ждала того момента, когда сознание все-таки отключится. И мука прекратится.

Что ж так долго… Раньше, когда я пила снотворное, оно действовало быстро. Правда, в последний месяц оно уже перестало действовать, и я бросила свою глупую затею.

В моей жизни есть один важный момент, который я никак не могу вспомнить. Одни сутки напрочь стерты, будто кто-то просто вырезал кадры из киноленты воспоминаний. И пока не пропала моя сестра, все мои мысли, все мое время было занято одним — найти способ вспомнить. Я глотала пачками снотворное, пытаясь во сне разыскать утерянное. Я не верила, что можно вот так просто потерять сутки, как бумажник. Они где-то есть. У меня сейчас последний шанс их найти. Только бы поскорее уснуть.

Я чувствовала, как Август вытащил меня из кабины фуры, как нес на руках куда-то… Потом уложил. Холод сменился теплом. Хлопнула дверца машины. Зарычал мощный мотор. Похоже, фура осталась позади.

Лучше не шевелиться, решила я про себя. Балансируя на грани яви и дремоты, теперь я тянулась к пробуждению. А еще лучше было бы дотянуться до пистолета.

Спустя непомерно огромный промежуток времени я нашла в себе силы поднять веки. Будто сквозь водную гладь к моим глазам проникли лучи восходящего солнца. Хотелось сжать ладони в кулачки и потереть глаза, хотелось зевнуть во весь рот, хотелось развести руки в стороны, потягиваясь. Вот только Август сидел за рулем. Мне не видно его лица, но, я уверена, он посматривает на задние сидения время от времени.

Я подождала, пока полностью проснусь. А потом медленным, осторожным движением проверила карман на джинсах. Гад! Он забрал нож. Одну секунду… Я с облегчением осознала, что кожа под бюстгальтером чешется. Значит, кобура на месте. А есть ли в ней пистолет — цена ответа на этот вопрос слишком велика. Засунув руку под кофту, я могу привлечь к себе внимание. Не окажется там пистолета — мне конец. Правда, против Августа я и с пистолетом буду напоминать мартышку с погремушкой. Но это лучше, чем ничего.

Пока я набиралась сил, в моей голове созрел один хитрый план. Осталось выбрать момент и быстро вытянуть оружие.

Когда машина проезжала мимо деревьев, солнечные лучи ломались о ветки, освещая меня осколками света, которые молниеносно сменяли друг дружку. И я решила — сейчас! Подорвавшись, я села. Одной рукой подняла кофту, другой — отстегнула крепление на кобуре и вытащила пистолет. Откинулась на спинку кресла, встречаясь взглядом в зеркале заднего вида с обалдевшими глазами Августа.

— Доброе утро, господин Инспектор, — подмигнула я ему, лукаво ухмыляясь.

Он ударил по тормозам так, что меня сначала резко дернуло вперед, потом отбросило назад. Уши чуть не заложило от пронзительного визга шин, а я чуть не уронила пистолет от внезапной встряски. И только машина остановилась, как вкопанная, я направила его в голову Августа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Что же ты меня так плохо ощупал? — спросила я.

— Боюсь даже представить, откуда ты его вытащила.

В зеркале заднего вида отражались его глаза, не испуганные, не расширенные, а насмехающиеся надо мной. Кажется, здесь только меня одну трусит от страха. Но у меня пистолет, а он безоружен. Я не должна бояться.