Жена хранителя теней (СИ) - Самсонова Наталья

— Все верно, — кивнула я. — Это другая традиция. После помолвки Анриетта приготовит угощение для своих подруг и родственниц. Это называется Невестин Обед. А мы подарим ей что-то от души. Дарить что-то дорогое в такой день считается признаком дурного тона. Вот я и выбрала цветы. Говорят, что в Северных Землях только лед и…

Дан расхохотался и, сверкая морозно-голубыми глазами, спросил:

— Так что же мы тогда едим, квэнти Даллеро-Нортон? Лед грызем?

— Ох, — я опустила глаза, — я еще не имею допуска в библиотеку и о Северных Землях знаю только с чужих слов. Ужасный подарок.

— Глупости, — нахмурился Дан. — Это прекрасный подарок, а вы — хорошая сестра. Невесте Хранителя Теней очень повезло с семьей.

В этот момент мы подошли к стоянке кэбов, и Дан снял с меня щит. А затем, нисколько не сомневаясь, он наклонился ко мне и спросил:

— Вы никогда не хотели сбежать?

Он был так близко… Я чувствовала горьковато-морозный запах и тепло, исходящее от его сильного тела. Подняв взгляд, я на мгновение растворилась в его серьезном, испытующем взгляде. Но… Я квэнти Лиарет Даллеро-Нортон, будущая Хранительница Знаний.

— Стать Хранительницей Знаний Онхельстера — большая честь, — отчеканила я.

— Повторяйте себе это почаще, квэнни Даллеро-Нортон, может быть, и поверите, — хмыкнул он.

И исчез. Просто растворился в воздухе, не призывая никаких духов. Удивительное владение силой. Не каждый способен подчинить свой дар без использования артефактов и оберегов.

Заплатив кэбмену, я забралась внутрь. Будь он проклят, этот Дан! Никто не смеет говорить, что судьба Хранительницы Знаний незавидна и скучна.

«И болезненна», — промелькнуло в голове.

Опустив взгляд, я посмотрела на свои руки. Аккуратные, ухоженные. Гладкая нежная кожа, ровные ногти. Мои руки совсем не похожи на те израненные, истерзанные клешни, которые были у наставницы.

«За все нужно платить, моя девочка, — мягко произнесла Наставница и спрятала изрытую шрамами кожу под гладким шелком перчаток. — Колдовские книги накапливают в себе дикую магию, и только мы можем их прочесть. Прочесть и дать людям столь необходимые им знания».

И платить за эти знания тоже должны мы. От мыслей и воспоминаний стало горько. Наставница утратила дар несколько месяцев назад, так что мое посвящение пришлось сдвинуть. Мать-Магия, как же мне страшно…

«Но Онхельстер не выживет без Хранительницы Знаний, — напомнила я себе. — Не выживет. Я потеряю не так много…»

Эти мысли всегда приводили меня в уныние. Мне не стать любимой женой и матерью, не узнать, каково это, когда к тебе прикасается муж. Не узнать… Да много чего не узнать. Недаром Хранительницами Знаний становятся несчастные, никому не нужные сироты, которых воспитывают в Доме Магии, в столице.

И только Онхельстер все еще живет по старым законам и традициям, не допуская чужаков в свою библиотеку.

— Приехали!

Сняв накидку, я укутала корзинку с цветами. Не стоит Риетте видеть свой подарок раньше времени. Она и так последние две недели себе места не находит. То плачет, то смеется. Но выспрашивает у меня, что я ей приготовила.

— Это мой подарок? Да? Что там? Ну Лиа, ну покажи!

Риетта встретила меня у входа в жилую часть замка. Стражники, стоявшие у дверей, старательно прятали улыбки, но у них это не очень хорошо получалось. Моя белокурая сестренка, в простом домашнем платье, подпрыгивала около меня, как переполненная восторгом псица.

— Риетта, потерпи, — сказала я, пытаясь казаться строгой. — Осталось чуть-чуть подождать.

— Но мне так хочется чего-нибудь хорошего, — она надулась. — Испечешь сегодня печенье?

— Если ты сможешь убедить квэнни Даллеро-Нортон, что юной квэнти не зазорно стоять у плиты, — прищурилась я.

Залившись смехом, Риетта заговорщицки шепнула:

— Если мы поделимся с матушкой, то она ничего не заметит. У тебя волшебные руки и шоколадное печенье получается самым вкусным! А если мы немного отошлем отцу, то он разрешит нам погулять по сокровищнице.

Посмеивающаяся сестренка проводила меня до моих покоев. Правда, она еще несколько раз пыталась заглянуть под накидку, но я была настороже. Все же дар Риетты еще не полностью раскрыт, да и учили меня хорошо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я буду очень-очень скучать по тебе, — сказала Ри и погладила воздух подле моей щеки. — Можно я завтрашнюю ночь проведу у тебя в комнате?

— Так страшно? — спросила я.

— Терри Скратл прислал мне щенка. — Риетта отвела взгляд.

Мне стало искренне жаль свою младшую сестренку. Терри и Риетта учились у одного мастера, подружились, а после полюбили друг друга. Вот только квэнни Даллеро-Нортон, урожденная Тенваль, была северянкой. Она происходила из знатного рода и привезла в Онхельстер не только четыре сундука с приданым, но и брачный контракт на еще не зачатого ребенка.

— Я хотела отослать его назад, — тихо-тихо прошептала Ри. — Но он такой славный, толстопопый и вислоухий.

— Все будет хорошо, — солгала я, и Риетта тут же встрепенулась.

— Да, ты права. Отдыхай, я ведь знаю, тебе в толпе тяжело.

Прежде чем уйти, Ри поднесла руку к моей щеке. Мы придумали это в детстве: если нельзя прикасаться, то можно поделиться теплом. У меня хорошая семья, и ради них… Ради них я задавлю в себе все сожаления, все мечты и тайные желания. Я — квэнти Даллеро-Нортон, и пусть мне тоже страшно, но я стану Хранительницей Знаний. И Риетта будет привозить в Онхельстер своих детей, для которых я буду печь самое вкусное шоколадное печенье.

«И буду прятать свои руки, как это всегда делала Наставница. Чтобы не напугать малышей», — подумала я, когда дверь закрылась и мне уже не нужно было удерживать на лице улыбку. Улыбку, которая в последние пару дней больше походила на оскал.

Глава 2

Закрыв за собой дверь, я на секунду сгорбилась, пережидая приступ паники. Наставница уже перестала вставать с постели. На ее коже появились черные чешуйки — остатки проклятий от особенно сильных книг.

— Тебе не стоит видеть меня такой, — проскрипела она. — Не стоит.

— Мне много чего не стоит делать, Наставница, — хмыкнула я и поправила занавески, чтобы солнечный свет не бил ей в глаза.

— Но мы обе знаем, что жизнь заставляет нас делать то, что нужно и правильно, а не то, что хочется.

Она прикрыла глаза и забылась сном. А я, поправив одеяло, вышла.

Ничего, скоро ей станет легче. Ее кровь очистится от проклятий, и лет десять Наставница проживет свободно и спокойно. У нее есть свой дом, хороший счет в банке.

«Только стоит ли оно того?» — мелькнула в голове преступная мысль. Поежившись, я плотнее закуталась в свою накидку. Бессмысленно думать об этом. Если бы не Дан…

«Это его вина, — сердилась я. — Теплый, сильный. Красивый. Вот зачем он полез со своими глупостями? Сбежать».

Когда-то давно я и правда хотела сбежать — и даже пыталась. Но ни разу я не смогла пересилить себя и решить свои проблемы одним махом. Просто прикоснуться к кому-нибудь, и все. После последнего побега отец разрешил мне покидать замок в любое время дня и ночи. Он просто посмотрел на меня и сказал: «Если бы ты хотела, ты бы нашла способ стать непригодной к исполнению своих обязанностей. А так я вижу лишь любопытную девочку, которую стесняют родные стены. Иди, Лиа, гуляй. Смотри и наблюдай — все эти люди под нашей с тобой опекой. Главное, не забывай возвращаться домой».

Конечно, ко мне были приставлены соглядатаи, но в них не было особой нужды. Жители Онхельстера и сами были готовы защищать меня.

Закрывшись в своих покоях, я влезла на подоконник и приникла к стеклу. Осталось совсем немного. Осталось совсем чуть-чуть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дробный стук в дверь, и, не дожидаясь позволения, в комнату влетает Риетта.

— Он приехал. — Бледная, встрепанная, она заметалась по моей комнате.

— Он приехал несколько дней назад, — напомнила я сестре. — Остановился где-то в Онхельстере.

— Теперь он приехал официально, — с нажимом произнесла сестра. — Его разместили в покоях нашего покойного брата. Лучшие покои в замке, если не говорить о спальне отца или матери.