Экзамен в другом мире (СИ) - Митро Анна

– Ты… Ты чудовище! Зачем тебе это нужно?

– Ничего лишнего, дорогуша, просто работа, – пожала плечами наемница, делая аспирантке укол в плечо. – Расслабься, и постарайся отвечать на вопросы точнее, мне бы не хотелось облажаться из-за твоей предсмертной вредности.

– Тварь… – процедила Элизабет, но разум переставал слушаться, а тело начало неметь.

– Опустим. Время пошло и у нас всего лишь сорок минут. Итак, кто принимает экзамен, и как все будет проходить? Что требуется от тебя лично в ближайшие двадцать четыре часа? С кем я могу столкнуться и какие отношения у тебя с этими людьми?

Через час, Софья, выходя из дома, оценила личину в зеркале.

– Идеально, даже в энергетическом спектре не видно сдвигов, осталось сделать дело и завтра утром исчезнуть.

________

Каб* – аналог земного троллейбуса, только двигается за счет стихийной энергии.

Глава 1

Я, сладко зевнув, провела по широкой груди Алекса рукой и выскользнула из его сонных объятий. И пусть он видел меня в разных состояниях, даже с подбитым глазом, не выспавшуюся и пахнущую болотом, и если только им, спасибо практике, все равно хотелось быть в обычной жизни прекрасной даже с утра. Нечищенные зубы и воронье гнездо на голове с прекрасным у меня не вязались, поэтому я кралась в ванну, пока парень не проснулся.

– Элис? Солнце, ты же знаешь, я люблю тебя любой, – даже в голосе его слышалась улыбка. А я с утроенной скоростью начала приводить себя в порядок.

Мужские ладони проскользили под майкой и притянули за живот к горячему телу, я посмотрела на нас в зеркало. Молодые, успешные, весь мир у наших ног, осталось только пройти испытание выпускного экзамена – «Рубежник».

– Алекс, ты боишься?

– Чего? Экзамена? Или того, что твой отец не очень рад нашим отношениям? Герцог Ноайли, после того, что вы сделали с моей дочерью, вы обязаны на ней жениться, хоть я и категорически против, – передразнил он отца, а я рассмеялась.

– А ведь тогда ты еще ничего со мной не сделал, – развернулась я к любимому лицом.

– Разве я мог возразить своему королю? – спросил Алекс и коснулся моих губ. – Тем более, что он у нас такой консервативный.

– За такие разговоры ты можешь получить прилюдное наказание, милый.

– Нас никто не слышит, но ты можешь меня отшлепать, – хохотнул он и, подхватив меня на руки, отнес обратно в комнату.

– И все же, ты боишься экзамена?

– Меня не страшит сам экзамен, сколько неизвестность, которой он окутан. И даже не столько пугает, сколько раздражает, – пожал Алекс плечами. – Ты видела окончательный список?

– Да, никто, кроме наших, не рискнул. Хотя из группы, как минимум, ребят пять могли бы легко составить нам и компанию, и конкуренцию.

– Ты про Карамзина с Бругандом? Кишка тонка. Поэтому «великолепная семерка» снова в деле.

– Ой, не надо, последний раз после этих слов мы оказались на дне змеиного ущелья, и выкарабкиваться пришлось без магии…

– Да-да, потому что там залежи амексарита. Элис, не волнуйся, обещаю, в этот раз я не напортачу и буду рядом, чего бы мне это не стоило.

Я бы может и возразила, но страстный поцелуй убедил меня в бесполезности любых возражений. Алекс умел настоять на своем, и за это качество я его тоже люблю.

– Погоди, напишу Карине, а то вернется невовремя.

– Забудь, Марк уже предупредил, что он свою птичку не выпустит до самой консультации. Он какую-то привязку ментальную хочет сделать, чтобы если что перемещаться прямо к ней. Переживает.

– Для них это важно, Алекс, Кара обязана сдать экзамен, все же у её семьи сейчас нет ничего, кроме титула и долгов, а Марк не старший сын, его владения слишком малы.

– Согласен, и от моей помощи он гордо отказался.

– А как бы ты поступил на его месте?

– Не знаю, Элис, все же он мой друг. Я понимаю, нас так воспитывают, но один старец говорил мне, что гордыня это зло и иногда её желательно смирить даже аристократам.

– Боюсь многим её нужно усмирять постоянно, особенно советникам, – отец брал меня на заседания с десяти лет и я их тихо ненавидела. – Тем более у них, как и у нас, и у Ника нет выхода, если ты носишь титул, ты обязан пройти «рубежник».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– А Лилиан и Майк? Ну ладно, Грея я могу понять, их семья хочет перевести титул в статус наследного, а для этого и он и его ребенок в будущем должны пройти экзамен, так же как и профессор Грей. Но Лили, она погодница, да её где угодно с руками оторвут… Даже не смотря на то, что она «бастард»

– Ей хотя бы повезло, отчим заменил ей неизвестного отца, а его новая жена очень трепетно относится  ним с Браном, но все же, если Лили пройдет испытание, то ей обеспечен титул и работа в высшем эшелоне, а не нелепое «клеймо» бастарда. Люди так предвзяты, судят по обертке, слухам, чужим отзывам…

– Да, вряд ли кто-то из твоих будущих подданных представляет тебя по пояс в болотной жиже, ругающейся через слово и топящей тинника.

– Кто же знал, что он не тонет? – мне стало обидно. – Я же не виновата, что эту «невинную» нечисть магистр обошел стороной на лекциях.

– А ты бы видела выражение морды нечистика, когда он сообразил, что ты с ним не играешь, а убить хочешь, – расхохотался Алекс. – Вот была умора.

Я тихонько пихнула его в плечо, а он тут же перехватил мою руку и притянул меня к себе на грудь.

– Не хочу покидать академию, – под моей ладонью билось его сердце, и от этого на душе становилось чуть легче. – Придется вернуться во дворец, к своим обязанностям. Отец говорит, что хочет пожить относительно спокойной жизнью на старости лет, и поэтому корона ждет меня намного раньше его смерти.

– Твоему отцу жить еще лет сто, он достаточно сильный стихийник, Элис.

– Я знаю, Алекс, но передать власть он хочет пока сам в расцвете лет, чтобы насладиться жизнью. А я… Я не готова еще. Это ответственность, постоянное напряжение, интриги.

– Ты это осознаешь, поэтому он считает, что время пришло. Хотя, было бы неплохо отсрочить этот момент еще лет на пять-десять и пожить для себя, а не для страны. Например, у меня…

– А там взять другие личины и постранствовать по свету?

– Ага, подвергая себя опасности, зная, какие надежды на тебя возложены, ужасающая безответственность, Ваше Высочество, – засмеялся Алекс, да так заразительно, что я подхватила.

– Хоть помечтать дай немного.

– У меня есть более интересное предложение, – его руки забрались мне под майку, а я, взвизгнув, нырнула под одеяло.

***

Профессор ждал нас в небольшой аудитории, рядом с ним сидела Элизабет и заполняла какие-то бумаги, как-то странно щурясь и особо старательно выводя буквы стилусом. Обычно она черкала им так размашисто, что никогда не умещалась в положенные ячейки на бланках.

– Все на месте? – Маккой посмотрел на нас поверх очков, никогда не понимала этой его странной любви к оптике. Давно мог себе зрение поправить. Хотя Алекс говорит, что у профа все нормально с глазами, а «дополнительные глаза» у него для солидности, ну или они – артефакт, вроде подзорной трубы или для ночного виденья. – Тогда рассаживайтесь, много времени я у вас не отниму, обсудим лишь главные моменты. Сейчас мисс Корн отдаст вам бланки-заявления, что вы понимаете и принимаете всю серьезность и опасность этого экзамена и идете на него добровольно.

– Как мы можем что-то понимать, если не знаем, что нас ждет? – Ник как всегда в своем репертуаре.

– Мистер Ровери, это формальность, мы оба знаем, что вам в любом случае придется пройти через «рубежник», так же как много лет назад это сделали ваши родители, а до них родители ваших родителей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Добровольно-принудительно, – съязвил Ник, но бумагу взял, быстро прочел и подписал. Все повторили его действия. Я пробежалась взглядом по написанному, ничего подозрительного не было, да и не могло бы быть, все же ректор заслужил наше доверие, и тоже взялась за ручку.