Шадари: попаданка (СИ) - Снежная Марина

Что толку мечтать о том, что могло быть, если бы осознала раньше и поддержала мятежников? Если бы попыталась изменить сложившееся мироустройство?

Слишком поздно! У меня теперь только один путь. В никуда.

Но как же не хочется умирать! Нет, если бы мне предоставили возможность погибнуть за то, во что верила, принять смерть достойно, я бы пошла на это, не колеблясь. Но вот так... Подобно животному, которое ни за что ни про что отправили на бойню, посчитав бракованным.

Нестерпимо! Унизительно!

Но молить о пощаде и оправдываться - еще более унизительно. Единственное, что остается

- умереть с честью, не позволив никому увидеть то, что происходит внутри!

И я сама шагнула навстречу разгорающемуся все сильнее огню.

Пронзило знакомое ощущение тепла, растекающегося по телу. Мой внутренний источник жадно впитывал потоки мощной энергии.

Я чутко уловила тот момент, когда следовало остановиться. Переполненность силой, почти болезненная.

Но нет! В этот раз остановиться не получится. Я сгорю заживо, уничтоженная тем, что еще недавно дарило мне лишь приятные ощущения. Губы тронула слабая и горькая улыбка.

Ощущая, как тело протестующе ноет от захлестывающей его боли, раскрыла объятия своей смерти и шагнула в самый центр чрева шад.

Последнее, что уловила - это чье-то присутствие. Знакомая энергия. Энергия единственного существа, к которому я была привязана, пусть и скрывала это.

Наставница! Наверное, это предсмертный бред или иллюзия. Но какая же желанная!

- Прости, что не оправдала твоих надежд, великая! - мысленно обратилась к ней и полетела куда-то в пустоту.

Тела больше не было, но как ни странно, я все еще себя осознавала. Так, будто кто-то сохранил крохотную частичку меня и не позволил ей раствориться в мировом источнике энергии.

Странно. Я полагала, что при развоплощении попросту исчезну. Перестану существовать.

Но вот и темнота! Спасительное забытье. Возникло ощущение, будто падаю в бездонную пропасть. И от этого падения все помутилось в мыслях, и я перестала себя осознавать.

Резкий толчок заставил вынырнуть из темноты, которую полагала для себя окончательной.

Пробуждение настолько изумило, что некоторое время я только и могла, что ошалело моргать. Глаза ничего не видели, перед ними плясали цветные пятна. Я не могла четко различить ничего вокруг. Но то, что вернулось ощущение физического тела, было несомненным.

Но как это возможно?! Где я? Что со мной?

А потом вернулись звуки. Они с хлопком ворвались в до того будто залепленные воском уши. Кто-то вокруг кричал, чего-то требовал. О смысле я могла догадываться разве что по интонациям. Язык был мне незнаком.

Накатившая паника мешала дышать, и я привычно потянулась к внутреннему источнику, чтобы быстрее достигнуть состояния покоя.

И вот тут-то паника захлестнула окончательно. Я ощутила тлеющую внутри искру. Едва заметную. Даже меньшую, чем была у меня в детстве. Но она была иной. Непривычной и странной. Управлять же ею не получалось.

Столкнувшись с новым потрясением, сознание не нашло ничего лучше, как отключиться.

Кемстар, день икс Авалайн Борель

- Какого демона ты тут делаешь?! - злой голос Алена заставлял меня ежиться и плотнее кутаться в простыню, стараясь казаться еще меньше и незаметнее.

- Ален...

- Проклятье, как голова-то болит! - поморщился он, потирая виски. Потом нервно запахнул халат и завязал пояс. - Соображаю сейчас плохо. Прошлой ночью между нами что-то было?

Глупый вопрос, учитывая ситуацию! Я, лежащая в его постели в чем мать родила. Его мужское достоинство в красноречивых следах того, что что-то было точно. Но разумеется, я такого не сказала. Лишь дергано кивнула.

Ален некоторое время ходил по комнате, искоса поглядывая на меня. На его скулах играли желваки, а взгляд становился все более напряженным. Наконец, он остановился напротив меня, и я ощутила, как по спине пробегает неприятный холодок.

- Похоже, я понимаю, в чем дело, - тоном, способным заморозить океан, проронил он. -Бедной сиротке захотелось определенности в собственном положении! И она решила использовать радикальные методы. До совершеннолетия ведь осталось где-то около года, не так ли?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Ален, - еле слышно выдохнула я. - Причем тут это?

- Причем?! - глаза-льдинки сверкнули злостью. - Только не принимай меня за полного идиота! Таких, как ты, я достаточно навидался в столице. Пронырливые девицы без гроша за душой, желающие урвать себе как можно более жирный кусок! Понимаю, что ты привыкла к красивой жизни. Живешь в доме главы клана, ни о чем не заботясь. И терять это ой как не хочется, правда?! Так вот, зря надеешься! И если вздумаешь поднимать шумиху по поводу поруганной невинности, отец тебя с дерьмом смешает! Впрочем, я и сам с этим справлюсь. У меня тоже достаточно влияния. Ни слова не смей никому говорить, поняла?! Иначе пожалеешь!

- Ален, - по моим щекам градом катились слезы.

Тело от каждой фразы дергалось так, словно меня плетью хлестали. Я совершенно не узнавала Алена. Передо мной был высокомерный аристократ, которому я перешла дорогу и который, не задумываясь, в порошок сотрет.

- Прекрати реветь! - процедил он брезгливо. - Знаю я ваши бабьи уловки! Только на меня не подействует. Нет, ну ты и правда меня таким идиотом считала, когда решилась на такое?!

- Я вовсе не хотела тебя использовать! - воскликнула, собравшись с силами.

- Тогда зачем явилась ко мне ночью, когда я был совершенно невменяемым? Еще и за другую себя выдала? - брезгливо бросил он.

- Ты сам принял меня за Идет... Я просто... я просто испугалась, что если признаюсь, ты тут же меня прогонишь.

Видя, что мои жалкие попытки оправдаться лишь усугубляют ситуацию, поспешила добавить:

- Ален, я с детства была в тебя влюблена! Только поэтому решилась! И я ничего от тебя не требую. Ни жениться на мне, ни чего-либо другого.

- Да ну?! - презрительно хмыкнул он. - Правда, надеешься, что я в это поверю? Твое счастье, что я всегда принимаю противозачаточное снадобье. Так что никаких последствий не будет. И дело можно замять, если не будешь болтать об этом сама. Забудь о том, что произошло, поняла?! И проваливай отсюда, пока кто-то из слуг сюда ни явился!..

.Вся эта безобразная утренняя сцена проносилась в голове, пока я шла, не разбирая дороги, по улицам просыпающегося города. Жестокие слова того, в кого была влюблена с детства. Крах всех моих наивных и романтичных мечтаний сразу после того, как поверила в то, что они могут стать реальностью. После волшебной ночи, когда я стала женщиной с любимым мужчиной.

Очнулась я от громкого свиста магического двигателя и скрежета колес пытающегося резко затормозить самоходного экипажа. Повернув голову, увидела несущуюся на меня махину.

А потом сильный удар, взметнувший мое тело вверх. Толчок о мостовую, выбивший дух. Резкая боль в затылке. И мир вокруг перестал существовать.

Глава 2

Кемстар, клиника Сирила Габора, за день до вселения

- Господин Габор, много у меня сегодня клиентов? - с затаенной надеждой на обратное спросила я, заглянув в кабинет главного целителя нашей небольшой клиники.

Сирил что-то писал в гроссбухе, то и дело глубокомысленно почесывая затылок. Видимо, подсчитывал прибыль. Конец месяца все-таки. А значит, скоро необходимо отдавать положенный налог главе клана. Остальное распределять на нужды клиники, зарплату персоналу, ну и себе лично.

Учитывая, что дело свое он завел всего два года назад, добившись одобрения проекта ларном Андрасом, успехи пока были спорными. Ничего особенно уникального клиника предложить не могла. Да и сильных целителей среди персонала не имелось. Даже сам Сирил был середнячком. Остальные трое целителей, в их числе и я, и вовсе слабенькие.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Впрочем, по-настоящему сильными целителями не могла похвастаться ни одна больница Кемстара. Таких всегда забирали в столицу. Нам же, на периферии, доставались излишки. Хотя определенный плюс в этом был. Даже такие, как я, весьма ценятся. А в тех услугах, что оказывала конкретно наша клиника, и моих скромных способностей было достаточно. Лечебные массажи, магические подтяжки и прочее, в чем нуждались стареющие богатые женщины.