Вредина в академии (СИ) - Винни Фред

Отражение рассмеялось, я вздохнула и толкнула дверь в бассейн, там уже давно было людно — водные вставали рано. В воздухе летали тучи брызг, под потолком качалась иллюзия бирюзового неба и мягких кучевых облаков — кто-то со старших курсов постарался, даже ветер и чайки есть, красиво.

Оставив вещи на стуле, я вошла в воду прямо в ночной рубашке, нырнула на глубину и медленно поплыла, глядя сквозь толщу воды на иллюзорное небо. Тело наливалось силой и жаждой жить…

Вокруг резвились другие водные, я чувствовала их движения через потоки воды, ощущала их расслабленную радость, кто-то из новеньких протянул руку, проплывая мимо — здравствуй, новенький, добро пожаловать, — я тоже протянула руку, наши пальцы соприкоснулись на мгновение, в его глазах мелькнула улыбка. Когда мы выберемся из воды, то вряд ли друг друга узнаем — водные элементали под водой почти невидимы, а при желании могут раствориться в ней совсем. Но это долго, так что сегодня не буду, хватит.

Я изогнулась, разворачиваясь к лестнице, вышла из воды и вернулась в комнату. Там всё было ожидаемо — в раковине волосы, на маленьком зеркале тушь, перед большим зеркалом горы баночек, по всей комнате бельё и чулки, картина «Влада свет Романовна изволит на бал собираться».

— Никси, это чудо! — страстно простонала из ванной полурусалка-четвертьоборотень-целиком-моя-подруга, — Никси, я его не сниму. Хоть бей меня, я не могу с ним расстаться!

— Бить тебя будут буквально через час, на паре физподготовки, ты будешь отлично там смотреться в этом платье, — кивнула я, на ходу вытирая волосы и повисая на двери ванной.

— Ну Нииик… — захныкала подруга, поправляя абсолютно не спортивную высокую причёску, я сочувственно сморщила нос и промолчала — мне было её искренне жаль, но ничем помочь я не могла. Она была великолепна в этом платье, я каждое утро с белой завистью вздыхала, из-под ресниц наблюдая как она красится, оттопырив свой круглый зад, недопустимо роскошный для такой тонкой талии. А уж если поднять взгляд выше — мои тощие рёбра рыдали от зависти, когда Владкин бюст входил в аудиторию, а следом за ним входила Влада… Нам так не жить, для этого надо иметь в родословной русалку, а не эльфов.

Я шмыгнула носом и посмотрела на свою грудь, едва выделяющуюся под мокрой рубашкой, Влада заметила и перестала ныть, поджала губы, с серьёзным видом указала на своё декольте:

— Ой не жалей, Ник. Знаешь, как с ними трудно?

— Не знаю, — честно ответила я, отлипая от двери, — и вряд ли узнаю. Собирайся, надо ещё успеть позавтракать.

Она вышла в комнату, глядя на своё отражение в зеркальной двери шкафа, повздыхала, крутанулась, любуясь расправившимся в полёте колоколом длинным подолом платья, сморщилась и изобразила рыдания:

— Ну Нииик… — шмыгнула носом и обхватила себя за плечи, как будто я сейчас брошусь стаскивать с неё платье силой.

Я оценила перспективы такого поступка. Ужаснулась его нелепости.

Потёрла руки с ехидной ухмылочкой… и кинулась стаскивать.

— Отвянь, нечисть окаянная! — заревела подруга, заламывая руки, но особо не сопротивляясь — ха, если бы она хотела мне помешать, она бы это сделала, да и рисковать платьем было опасно. — Ой людечки, шо ж деется, хулюганы платьица единственного лишают, родного, обожаемого!

— Вы блин заткнётесь когда-нибудь?! — донеслось через стену. Мы замерли, переглянулись и округлили глаза. Я прошептала:

— Ты не обновила звукоизоляцию?

— Нет, я думала ты, ты же первая приехала…

— Вы охренели, блин, кому-то тут, вообще-то, на вторую пару! — продолжал разоряться мужской голос по ту сторону стены. — Дуры конченые!

— Сам дурак! Вставай давай, нам тоже на вторую пару! — вякнула я, сразу же испугалась своей смелости и вжала голову в плечи, снизу вверх глядя на большую и сильную Владу, которая меня всегда, конечно же, защитит. Влада посмотрела на меня с немой укоризной, в коридоре хлопнула дверь, я вздрогнула, вдруг вспомнив, что свою-то дверь я не заперла…

— Вы сдурели, долбанутые психопат… ки, — мужской голос, от которого нас вдруг перестала отделять стена, ворвался в комнату весь такой решительный, но резко замер, похоже, наткнувшись на взгляд полурусалки-четвертьоборотня в благородном негодовании.

Я стояла спиной к двери, лицом к подруге, и желания оборачиваться или поднимать голову в себе как-то не ощущала, поэтому просто стояла и смотрела, как перед моим лицом поднимается в богатырском вдохе могучий Владкин бюст в тугих объятиях синего неба и Млечного Пути.

— Молодой человек, — глубоким как омут альтом мурлыкнула моя полурусалка, — вы, позвольте поинтересоваться, первокурсник? — Я прикрыла глаза от восхищения — когда надо, Владка отбрасывала свой акцент как старые тапки, превращаясь в томную роскошную барышню, которая на секундочку снизошла до разговора с конюхом.

— Д… д-да, — прохрипел «молодой человек», я осторожно подняла голову, посмотрела в подружкины глаза, горящие гипнотическим зелёным огнём, вздохнула и опустила — попал мальчик, всё, утопит.

— Так вот запомните, милый юноша, — выдала Влада, — ещё раз ворвётесь в эту комнату без стука — и второкурсником уже не станете ни-ког-да. Можете идти, я вас более не задерживаю.

— Сып… с-спасибо, — выдохнул парень, прошаркал до своей двери, из-за стены донёсся грохот, как будто сосед рухнул бревном прямо на пороге. Я подняла глаза на подругу, подруга сделала невинное личико и пробурчала:

— А чего он? Ну подумаешь, вопили как резаные… Эх, расстёгивай, действительно время уже.

— Да не расстраивайся, хочешь, хоть сегодня найдём, где его прогулять?

— Хочу, Никси, но мы не найдём. Всё, лето кончилось, пора учиться, сегодня среда… ой, я же тебе твой подарок не отдала! — она аккуратно выпуталась из платья, вручила его мне складывать, а сама ускакала рыться в сумке. Что-то откопала и протянула мне: — Вот, это тебе, такого больше ни у кого нет, только у меня и у тебя!

— Что это? — я отдала ей сложенное платье, взяла коробку и осторожно открыла, всё ещё не понимая, о чём речь — магическое чутьё определяло содержимое как что-то из металла и синтетических полимеров, ни капли магии, зато почему-то электромагнитные искажения… Внутри оказался прямоугольник с ладонь размером, чёрный с одной стороны, белый с обратной, весь блестящий и гладенький.

— Это называется «телефон», мне тётка привезла, с Грани между нашим и техно-миром, — с гордостью представила подарок Влада, — по нему обычно разговаривают друг с другом, но у нас тут не получится, зато в нём можно хранить книги, песни и фотографии. Смотри, — она взяла из коробки телефон, нажала сбоку, тёмная поверхность вспыхнула ярким росчерком, подруга стала водить по ней пальцами, там что-то менялось, перемещалось, потом вдруг появились наши лица, заставив меня поражённо дёрнуться и тут же рассмеяться, когда мою гримасу с небольшим опозданием повторило отражение.

— Это мы, глянь какие клёвые, — подруга наклонилась, прижалась щекой к моей щеке, и я улыбнулась отражению — да, мы, клёвые, она такая вся рыжая и совсем не конопатая, глаза зелёные, один накрашенный, и я такая вся белая, глаза голубые, ухо оттопырила — красотки.

Влада двинула пальцем и телефон щёлкнул, останавливая наше отражение и сохраняя навсегда.

***

У Влады были занятия в первом корпусе, а у меня во втором, так что мы позавтракали в кафе у общежития и разбежались. Я шла неспеша, наслаждаясь тем, как прохладный голубой шёлк ластится к ногам, на ходу пыталась разобраться в телефоне, в одной руке несла сумочку — дверь открыть рук не осталось. Оторваться от экрана было слишком сложно, отвлекаться на магическое воздействие было лень, так что я остановилась у двери, поджидая кого-нибудь, кто будет входить или выходить, а заодно и меня впустит, времени всё равно ещё много.

Подошла большая компания девушек, они прошли и я пошла за ними, как-то автоматически пристроившись в хвост их колонны, они что-то эмоционально обсуждали и я невольно прислушалась.