Анна Кэтрин - Соль и серебро

Ознакомительный фрагмент

Я не очень беспокоюсь по этому поводу, если не считать СПИДа и того, что одним из этих парней может быть Райан. Хотя Стэн клянется, что нет, а Стэн не станет лгать на эту тему. В результате мы имеем Райана: высокого, мрачного, красивого, затянутого в кожу Райана, по всей видимости окруженного людьми, которые с радостью прыгнули бы на пего, и тем не менее считающего Дверь в Ад намного более привлекательной.

Вот кое-какие важные факты о Двери. Первый: открыть ее — это была идея Аманды, не моя. Второй: это была шутка. Мы даже не понимали, что открываем Дверь в Ад, потому что в тот момент были пьяными в стельку и, правда развлекались. Теперь, когда я знаю, что Двери делают и как они работают… что ж, я никогда не хотела ничего так сильно, чтобы открыть ради этого Дверь. Отсюда вытекает третий факт: причина, по которой кто-то может захотеть открыть Дверь в Ад — смертью, кровью и клейкой светящейся гадостью, которую потом не отчистить с пола, какими бы сильными химическими средствами или каким бы количеством черных кошек ты ни оттирал бы пятно (и это забавная история), — причина состоит том, что Дверь… дает тебе нечто.

Я не знаю, что получает Аманда или Стэн. Я просто знаю, что сейчас я счастливее, чем была до того, как появились Дверь и Райан в моей жизни. Это мало что говорит о моей жизни до Двери, а ведь, возможно, смерть в одном шаге от меня.

Не то чтобы я хотела открыть еще одну Дверь или открыла бы эту, если бы знала то, что знаю сейчас. Райан говорит, что Двери вроде нашей ведут в девять Адов, или адских измерений, или просто измерений, это зависит от того, кто говорит и сколько он выпил. Я не говорила, что Адов может быть больше девяти, или меньше, или вообще неопределенное количество? И когда Дверь открыта, сквозь нее пытаются прорваться демоны.

По другую сторону ждут охотники.

Хотя иногда — нет. Они здесь, когда демон проходит сквозь Дверь, которую они охраняют, но они не могут быть повсюду.

Сейчас — это значит, что, когда кто-то стучит по решетке, я просыпаюсь. Обычно стучат в четыре или пять утра либо сразу после того, как я ложусь спать, либо перед тем, как мне вставать. Я всегда думаю, что это демон стучит в дверь моей спальни, но обычно это Стэн, который хочет выспаться, или Аманда, желающая спереть у меня подушки и мороженое и пожаловаться на родителей. И никогда не приходит кто-то, чтобы сказать мне, что я выиграла миллион долларов.

Кто это сегодня — Райан? В последний раз, когда я его видела, он пожелал мне спокойной ночи, спускаясь в подвал. Сейчас Райан машет мне своим стетсоном с улицы. Я открываю окно и высовываюсь наружу.

— Что ты делаешь? Четыре утра! — ору я, не заботясь о соседях.

— Есть проблема с животным! — орет он в ответ.

В его голосе есть приятная вибрация, которая вызывает приятную вибрацию у меня в животе. Я вздыхаю. «Проблема с животным» — это кодовая фраза, обозначающая оборотня.

— Ну так разберись с ним! — говорю ему я.

— Впусти меня, Элли!

— Нет, пока у нас проблема с животным.

— Немедленно! — Он ударяет стетсоном по бедру.

Я не вижу его лица — луна неполная, а он стоит на маленьком участке в тени между фонарями, — но, если бы мне надо было побиться об заклад, я поставила бы на то, что он раздражен. И, откровенно говоря, если он продолжит вопить, соседи вызовут копов. Опять. Так что я натягиваю платье и тащусь вниз по лестнице, чтобы впустить его через боковую дверь.

— Рай, — я приветствую его зевком, — что случилось с твоим ключом?

Он не обращает внимания на мои слова.

— Дверь, должно быть, открыта, потому что я наткнулся на оборотня по пути сюда, — говорит он и проходит мимо меня в заднюю часть закусочной, плащ хлопает и все такое.

— Конечно открыта, — говорю я двери, закрывая ее. — И я счастлива, что мне надо приготовить кофе, и оставаться на ногах остаток ночи, и не выспаться, и все делать, и везде ходить, и…

— Кончай ныть. Я думал, что лучше тебя обучил. А ты позволила оборотню вырваться из Двери.

Когда я приближаюсь к нему, он смотрит на дорожку из соли, насыпанную перед дверью в подвал. Хотя он не найдет в ней ни одного разрыва — я зарабатываю на жизнь, имея дело с продуктами, в жестоком мире, я осторожна.

Погоди-ка секунду.

— Откуда мне было знать, что ты ушел? — Я скрещиваю руки на груди. — Разве не ты должен был дать мне знать, что мне надо охранять Дверь? Когда могучий охотник должен отправиться в странствие по бескрайним прериям в поисках геля для бритья…

— Тихо, — говорит он и извлекает обрез из волшебного кармана своего плаща.

Обрез сияет, хотя ему миллион лет. Он стреляет не обычной дробью, а каменной солью и железной картечью. Около месяца назад мы потратили весь день, сидя в кабинке у окна, начиняя гильзы и рассказывая неприличные анекдоты. Он казался счастливым, и я думаю, что это делало счастливой и меня. Ну вы знаете. Если бы мне было до этого дело.

Сейчас он не выглядит счастливым.

Он медленно открывает дверь в подвал и переступает через соль, держа обрез наготове. Входит в дверь и исчезает во мраке, и тут я слышу резкий вдох, за которым следует поток тихой речи на языке, который я не могу даже определить.

— Элли, — зовет Райан изнутри, — что, черт побери, ты наделала?!

Это не вопрос, и меня он нисколечко не успокаивает. Я бросаю взгляд украдкой и перепрыгиваю через соль, готовясь услышать звук открывающейся Двери.

— Она не может говорить с тобой. — Райан прислонился к стене, небрежно держа обрез в руке.

Я прихожу к выводу, что мне не суждено умереть из-за демонов в эту секунду. И — ух ты! — он здорово выглядит, прислонившись к стене.

Пока в моем отупевшем от сонливости мозгу крутились неподобающие мысли, он договаривает:

— Потому что ее тут нет.

Мне требуется секунда, чтобы сосредоточиться на его словах, и тогда…

Нет. Бесполезно. Я осматриваюсь. Здесь запасы еды на неделю, и большое пятно, и еще царапины в форме апеннинского сапожка. Проволочные вешалки, ящики с бутылками и резиновый коврик с канистрами с содовой водой для сифона. Походная раскладушка Райана, прислоненная к бетонной стене. И прямо рядом с раскладушкой, окруженная еще одним полукругом из соли и заляпанная странными пятнами… просто подвальная дверь.

Райан за моей спиной выходит за дверь, хотя я не сразу это замечаю. Секунду я думаю, что он вышел наружу по какой-то надобности, какие случаются у охотников за демонами, когда внезапно оказывается, что им не надо охранять Дверь, и у меня перехватывает дыхание — но он сидит в ближайшем к кухне отделении, положив ноги на сдвинутые вместе зеленые виниловые стулья. Его глаза закрыты, на одной щеке какое-то пятно. Похоже на синяк, но, когда я подхожу ближе, понимаю, что это кровь. Темная засохшая кровь.