Алена Кручко - Одинокая душа для ведьмы с ребенком

Дальше пришло время захватывающего квеста «как не оставить здесь все деньги».

Набор крючков, набор спиц — не все понадобятся сейчас, но пусть будут. Мучительные колебания между нитками потолще (быстрей свяжется) и самыми тонкими (изящней будет выглядеть). Мучительные сомнения, на что сделать ставку — связать две-три дорогих вещи или побольше, но простого и дешевого, да хоть ярких девчачьих жилеток и беретиков.

Высчитывание расхода пряжи. Подсчет денег в кошельке. Подсчет примерного времени, которое мне понадобится на одну шаль, две шали, два-три палантина, десяток жилеток.

Удушение инстинкта шопоголика и включение в мозгу ограничителей.

В конце концов я решила рискнуть и взяла пряжи на одну богатую, дорогую шаль.

Цвет подбирала под себя, чтоб если не продам, самой носить. А вот если продам… Тогда я пообещала себе все вырученные деньги спустить именно в этом магазинчике!

Вязать из хороших красивых ниток — одно сплошное удовольствие, так что я дорвалась. Большая треугольная шаль была готова всего через три дня. Благородного темносинего цвета, с выпуклым ажурным узором, длинной бахромой, она красиво ложилась на плечи, легко драпировалась и так чудесно оттеняла мои светлые волосы, что даже жаль было выставлять на продажу. Ничего, себе еще свяжу.

Вера зашла, когда я крутилась перед зеркалом. Ахнула:

— Какая прелесть! Боже, Марина, как тебе хорошо! Обязательно носи!

— К зиме свяжу себе, — решилась я. — Если на пряжу заработаю.

— А эта кому?

— На ярмарке выставлю. — Я накинула шаль на Веру. — Тебе тоже хорошо, только цвет бы другой, посветлее. Поехали в воскресенье вместе в магазин, купишь пряжи, какая понравится, а я свяжу? Как раз тебе к дню рождения будет, хочешь? — до Верочкиного дня рождения остался месяц с небольшим, так что времени хватит.

Вера перекинула край через плечо, укутав подбородок. Теперь уже она вертелась перед зеркалом, а я оценивала свою работу со стороны и радовалась, как хорошо получилось.

— Почему ты раньше не вязала? Так аккуратно, и узор — загляденье.

М-да, спалилась. Или нет? Я пожала плечами:

— Как-то не до того было. Сейчас, знаешь, такое чувство, будто жизнь заново строю.

Пока над вязанием сидишь, отлично голова прочищается. Вроде как и думать легче. А раньше оно мне скучным казалось.

— Не бросай только, — серьезно сказала Вера. — Слу-ушай, Марин! Раз ты все равно продать ее хочешь… У нас скоро день рождения у начальницы, как раз голову ломаем, что дарить. Мы по пятерке скидываемся, это семьдесят рублей получается. Продашь? Ей точно понравится. Заодно рекламу тебе сделаем, как думаешь?

Тут и думать было нечего. Пряжи у меня ушло на двадцать рублей, это ж чистой прибыли — почти как Олежкина пенсия! За три дня! Кажется, один заработок я себе уже нашла.

Шаль Вера взяла с собой, а следующим вечером занесла мне деньги, кучу восторгов от сослуживиц и два заказа. Восторги я выслушала с удовольствием, насчет заказов уточнила:

— А как же цвет подбирать?

— Да очень просто, Светланку завтра с собой в магазин прихватим, а Ольга Павловна белую хочет.

В магазин я вошла с горящими глазами, пряжи набрала два полных пакета. И только дома задумалась, где взять времени на все. Две шали на заказ, одну Вере, две разных цветов я решила связать к ярмарке, а еще нужно продолжать читать, я ведь столько всего не знаю, а в саду к яблокам вот-вот прибавятся груши, надо спасать урожай, и никто не отменяет кухни, уборки, занятий с Олежкой, да и себя мне к октябрю нужно подтянуть! Причем не только резерв, но и вообще…

— Зато страдать и маяться некогда, — утешила я себя. — Жизнь набирает обороты, это же хорошо!

В огромном зале тихо играла музыка, огни люстр отражались в сияющем паркете, принаряженные гости негромко здоровались друг с другом, осведомлялись о здоровье, о делах, обсуждали новости. Светский раут, да и только — если бы не столики, стенды и прилавки с товаром. В галерее слева от зала расположились буфет и несколько столов с игрушками и детскими вещицами, и вот там было шумно и весело. Мы с Олежкой почти сразу сбежали из чинного общества туда. Я только поздоровалась с Ксенией Петровной и полюбовалась на две своих шали на стенде вязаных вещей. И еще на одну, ту самую, первую, накинутую на плечи полноватой высокой блондинки в длинном графитного цвета платье — так вот она какая, Верина начальница, эффектная женщина. Вера была права, моя шаль этой даме шла. Подчеркивала великолепную осанку, оттеняла золотистые локоны. И служила очень неплохой рекламой — одну из выставленных шалей купили в первые же минуты после открытия, на моих глазах.

Я довольно улыбнулась и предложила Олежке посмотреть, что здесь есть вкусненького. Деньги за эту шаль и за свои пирожки я получу завтра, но те две, что заказали Верины сослуживицы, я тоже успела сдать, так что могла себе позволить побаловать ребенка. А завтра пойдем с ним покупать теплые ботинки и еще одни брючки, да и себе обувь присмотрю. И книжный, обязательно книжный! Очень хочу почитать, что еще написал Дюма в этом мире, а в городской библиотеке он весь на руках.

Я вспомнила книжный шкаф в подвале, так удобно занятый травами — пока я туда не лезла лишний раз, только чай брала, но Марина наверняка не зря именно так держала свои запасы. Тот шкаф мне еще пригодится, так что пусть стоит где стоял, а вот купить в гостиную новый… почему бы и нет? Мне уже сказали, что следующая ярмарка будет в предрождественскую неделю, так что уж туда успею навязать всякого. К праздникам будет актуально.

Решено, сейчас деньги трачу на одежду себе и Олежке, на книги — умеренно — и на пряжу к новым изделиям. А после Рождества покупаю шкаф! И начинаю заполнять его домашней библиотекой. Как же приятно строить такие планы…

Вкусненького было — глаза разбегались. Мы с Олежкой выбрали шоколадный пирог с вишней, себе я взяла чаю, а сынок попросил сока. Свободный столик нашелся у самого входа в зал.

— Мама, мам, а ты такой тортик испечешь?

Я попробовала — м-м, вкуснотища!

— Обязательно испеку, только нужно рецепт узнать. Я поспрашиваю, сынок.

И правда, что это у меня то пирожки с яблоками, то яблочные шарлотки, экономия вещь полезная, но нужно и разнообразие.

Под чай с тортиком я разглядывала зал, благо сидела как раз удобно для наблюдения.

Две старушки за соседним столиком заняты были тем же самым и вслух обсуждали замеченных знакомых, я невольно прислушивалась. Ни имена, ни «всем известные» события, на которые они то и дело ссылались, ничего мне не говорили, зато зоркие старушки намного лучше меня видели, кто что рассматривает и покупает, да и комментировали забавно. Под их болтовню я начала понимать, почему здесь не устраивают никаких дополнительных шоу, да хоть той же детской самодеятельности или трогательного номера какой-нибудь певички — это было бы воспринято как досадная помеха, а не развлечение. Истинным шоу служило неспешное вращение людей по залу, разговоры, примерки, покупки, встречи ожидаемые и неожиданные. Рай для сплетниц!