Эллен Шрайбер - Танец смерти

Ага, только вот Малыш Билли запросто может сменить раковину на гроб, если будет водиться с Валентином.

- Ты поможешь мне накрыть на стол? - спросила мама и наполнила пластиковую чашку льдом.

Я вытащила из кухонного шкафа пластиковые столовые приборы и бумажные тарелки, решив для себя, что игра еще не закончена. Выхода у меня не было, приходилось идти до конца, а значит, показывать свои карты.

Когда мама с громыханием наполняла льдом очередную чашку, я положила руку на кухонную стойку, оформленную под гранит, подалась к ней и прошептала:

- Валентин считает себя вампиром.

- Что? - спросила мама, поставила чашку на стоику и начала наполнять следующую.

- Валентин считает, что он вампир,- сказала я погромче.

- Я тебя не слышу.

Я накрыла чашку ладонью. Несколько кубиков льда ударились о мои пальцы и полетели на пол.

- Валентин должен уйти. Он воображает себя вампиром,- повторила я.

Мама помедлила, потом рассмеялась, подобрала упавшие кубики и кинула их в раковину.

- Тогда ему стоит подружиться с тобой, а не с Билли,- шутливо заметила она.

- Я серьезно.

- Неужели я говорю с той самой девочкой, которая в возрасте пяти лет ходила по дому в черном плаще с капюшоном, подражая графу Дракуле? Не она ли в девять лет требовала только малиновый напиток, потому что считала, что он напоминает кровь, а всего несколько дней тому назад купила платье для бала, которое смотрится как наряд невесты вампира?

У меня челюсть отвисла. Туше. Крыть было нечем.

- По-моему, замечательно, что Билли готов дружить с мальчиком, который так отличается от него самого,- продолжила мама.- Он напоминает ему сестру. Мне кажется, ты должна быть польщена.

Зазвенел дверной колокольчик. Мама схватила со стойки двадцатку и поспешила к двери. Я потопала за ней.

- Принесли пиццу! - крикнула она братцу.

Билли бегом помчался по лестнице.

Валентин плелся следом за ним, как призрачная тень. Он встал на лестнице и принялся постукивать по деревянным перилам пальцами, ногти на которых были покрыты черным лаком. Его пристальный взгляд был сосредоточен на мне, по лицу блуждала ухмылка готического Опасного Дениса.[1]

Я нахмурилась, но выдержала взгляд вампира ростом в четыре фута десять дюймов. Мама расплатилась с женщиной из службы доставки, Билли схватил пиццу и припустил на кухню. Валентин последовал за ним. Он намеренно прошел почти вплотную ко мне, так что меня пробрало холодком. Я тоже зашла на кухню, взяла баночку газировки и села рядом с братом.

Билли бросил па меня странный взгляд.

- Что ты здесь делаешь? Разве тебе не пора на свидание?

- Это только мое дело.

Мальчишки взяли по куску пиццы и принялись уминать ее. Бумажные тарелки им даже не понадобились. Я встала и открыла дверцу холодильника.

- Хочешь чеснока к пицце? – спросила я Валентина и показала ему дольку.

Мне показалось, что от лица Валентина, и без того бледного, мигом отхлынула вся кровь. Он положил корочку на свою тарелку и откинулся на стуле.

- Нет, спасибо. У меня страшная аллергия на чеснок.

- Правда? Как и у друга Рэйвен,- сказала мама.- Дочка, убери немедленно!

Я нехотя положила зубчик в овощную секцию и вымыла руки в раковине.

Валентин смотрел на меня исподлобья, но его физиономия, сделавшаяся было пепельной, опять приобрела обычную призрачную бледность.

- Возьми еще кусок,- предложила мама и передала Валентину пиццу.

Он набросился на нее с таким волчьим аппетитом, будто не ел несколько столетий, быстро покончил с дополнительной порцией, вытер салфеткой рот, запачканный томатным соусом, и запил еду газировкой, прямо как обычный смертный его возраста. Мне странно было видеть перед собой такого мальчишку и понимать, насколько он опасен. Он, в свою очередь, не сводил с меня глаз, словно показывал, что пока вгрызается только в пиццу.

- Ты в гостях или насовсем переехал в наш город? - спросила мама.

- В гостях. Но мне тут у вас очень нравится,- ответил Валентин и в упор взглянул на меня.

- У кого гостишь?

- У тетушки, но вы ее не знаете.

- В нашем городе все друг друга знают.

- А кто она? - поинтересовалась я.- Было бы интересно с ней познакомиться.

Валентин молчал.

- Давайте есть,- предложил Билли.- Мы проголодались.

- Ты прав,- сказала мама извиняющимся тоном.

Мальчики продолжили уминать пиццу, а я наблюдала за ними. В кои-то веки на кого-то пялилась я, а не кто-то - на меня.

- Ты меня достала,- не выдержал моего назойливого внимания братишка.

- Рэйвен, давай перейдем в другую комнату,- велела мама.

- Но...

Мама забрала тарелки с остатками пиццы, и мы уселись в столовой. Все это время я не спускала глаз с Валентина, все еще поглотавшего пиццу. Надо же! Мне было неприятно, что Малыш Билли больше не хотел, чтобы мама с сестрой хлопотали вокруг него, обидно за то, что он не желал слушать мои предостережения насчет Валентина. Упрямый мальчишка начинал напоминать некую взбалмошную и своевольную особу, которую я слишком хорошо знала, то есть меня.

***

Позднее в тот вечер, пока мама с папой смотрели внизу телевизор, а Валентин чистил зубы, я торчала рядом с ванной комнатой, делая вид, будто перекладываю полотенца в коридорном шкафчике. Наконец дверь открылась и появился наш гость. Он улыбался, его зеленые глаза сверкали. Судя по всему, парнишка освоился в новой обстановке и чувствовал себя прекрасно, пока не увидел меня. Тут его физиономию перекосило.

- А ты не забыл пройтись зубной нитью между клыками? - шепотом спросила я.

- Давай скажи своим родителям! – подначил он в ответ, перед тем как скрыться в комнате брата.- А я расскажу им об Александре.

Я зашла в ванную. Мамино зеркало было повернуто к стене, а другое, висевшее над раковиной, небрежно завешено зеленым полотенцем.

Я слышала, как мама насвистывала, поднимаясь по лестнице, быстро сняла полотенце и бросила в плетеную корзину.

- Выключайте свет, мальчики,- велела мать.

- Нет, не выключайте! - крикнула я, вбежав в комнату брата.

У меня оставалась надежда на то, что свет в спальне удержит Валентина на безопасном расстоянии от моего брата.

Мальчики посмотрели на меня с подозрением.

- Как-то вечером Малышу Билли показалось, что он увидел летучую мышь,- пояснила я.- Пусть уж лучше спит при свете, но отдохнет как следует.

Лицо братишки от злости пошло пятнами. Мне было неловко так опускать его в присутствии приятеля, но что делать?

- Мам, пожалуйста, убери ее отсюда! - потребовал Билли.

Мама выпроводила меня из спальни, вышла сама и закрыла дверь.