Алексей Кав - Вера

И вот теперь они поднимались в лифте вдвоем. Этаж за этажом. И чем выше они поднимались, тем больше нервничала Вера.

— Как высоко ты живешь! — улыбнулся Виталик. — Лифт у вас не ломается?

Вера натянуто улыбнулась и ничего не ответила. Виталик чувствовал ее нервозность, и это беспокоило его. Неужели она не хочет, чтобы он заходил к ней? Но ведь не напрашивался… Хотя может и напросился?

Так они и подъехали к седьмому этажу, оба в невеселых раздумьях. Лифт дрогнул, остановился, дверцы шумно разъехались, открывая облупившийся щит со счетчиками и тусклой лампой.

— А мама у тебя дома? — спросил Виталик. — Ты ей про меня говорила? Я бы хотел познакомиться…

— Сейчас поглядим! — ответила она. Они вышли из лифта. Лестничная площадка встретила их тихим гудением счетчиков и легким запахом чего-то вкусненького.

— Это не от вас так славно пахнет? — принюхался Виталий.

— Нет! Это от соседей! — сказала Вера. — У них бабушка потрясающие плюшки делает. И очень любит ими угощать!

Она уже подошла к двери и вставила ключ.

— Похоже мамы нет! — сказала она поворачивая ключ. — Когда она дома, вечно забывает свой ключ в замочной скважине. Опять гуляет где-то…

Виталику послышалось в ее словах легкое неодобрение. Но задумываться над этим он не стал — узнаю в свое время. Тем более что заветная дверь наконец открылась и он был допущен. Виталик вспомнил, как сидел здесь тогда ночью, как мечтал о временах, когда он будет допущен сюда. И вот они наступили. Наконец они наступили…

Дверь ведущая к его счастью открылась и он с замирающим сердцем ступил внутрь. За дверью оказалась обычная типовая двухкомнатная квартира. Аккуратная уютная прихожая. Но Виталику тут же бросились в глаза мелочи, говорившие о том, что мужчины в доме нет.

— Вер! Напомни мне потом, чтобы мы купили вам новые ручки на двери, а то не дело так. — он кивнул на торчащий вместо ручки острый штырь.

— Да они есть! — смутилась Вера. — Просто у нас руки не как не дойдут… Маме некогда… Да и мне!

— Вот и славненько! Тогда сегодня же мы их вставим! — Виталик продолжал оглядываться.

Он наклонился, чтобы снять обувь и заметил что дверца тумбочки как то странно висит.

— Вер! — посмотрел он на нее снизу вверх. — У вас тут явно не хватает мужских рук! Я берусь восполнить этот недостаток.

Она смотрела на него, а в груди разливалась теплая волна. В глазах вдруг защипало, и Вера поспешно отвернулась, делая вид, что снимает курточку. Потом сердце кольнуло еще острей — он такой славный, а ты скрывала от него. Ведь он может обидеться! Обидеться и уйти! Сердечко испуганно сжалось. Никогда, никогда больше ничего от него не скрывай! Иначе ты можешь потерять его…

— Проходи вот туда! Там моя комната! — показала она Виталику на вторую дверь. Тот первым шагнул в комнату. Вера вошла следом. Что он скажет? Сердце бухало в груди, она сцепила руки. Только бы не прореагировал как все! Только бы как-нибудь под другому…

Виталий входил в комнату с непонятным чувством. Здесь живет Вера. Здесь все сделано так, как она хотела. Эта комната носит отпечаток ее души. По телу пробежала волна предвкушения. Сейчас я узнаю о ней еще больше. Я оказался достоин того, чтобы она пригласила меня сюда. И я должен не посрамить. Сейчас я увижу…

И он увидел. Уютная маленькая комнатка поражала аккуратностью и чистотой. Прямо у входа шкаф для одежды, односпальная кровать, у противоположной стены — книжный шкаф. А у окна…

Виталик лишь глянул туда и сразу понял, какую специфичную литературу читает Вера. Как и полагается программисту, там стоял компьютер. Но не он бросался в глаза. Там же стоял стол, а над ним висела полка с книгами. На полке стояли иконки. На стене висел православный календарь. Лики святых глядели строго, но одобрительно. Виталик шагнул ближе. Все книжки на полках были духовного содержания. Библия, Слово Божие, молитвенник, еще что-то, чего Виталик не знал. На столе лежала толстенная книга — Достоевский «Братья Карамазовы».

Виталик оглядел все это и оглянулся. Вера стояла у входа и глядела на него.

— Вот значит, какая специфическая литература! — проговорил он.

— Да! — ответила Вера. Ему почудился некий вызов в ее голосе. Словно она готова защищаться неведомо от чего и только ждет насмешки. — Я верующая!

— Ну, я как бы… тоже крещеный! — смутился Виталик. — Правда даже крестик не ношу…

Глаза Веры сделались строгими.

— Я заметила! Надо будет обязательно купить и освятить его в церкви.

Виталик вновь повернулся, подошел, поглядел на книги, на компьютер, улыбнулся:

— Иконы и компьютер!

— А что тут такого? — вскинулась Вера.

— Да ничего! — поспешно заверил Виталик. — Просто интересно!

— То что я верующая не значит, что я должна отказаться от прогресса. — Вера ругала себя за такое поведение, но ничего не могла поделать. Столько нападков и насмешек уже выдержала, что даже к Виталику относилась как-то… агрессивно?! Тут же проснулась совесть. Вера, нельзя так! Люди не виноваты, что мир вокруг таков. Просто нужно им объяснять. По доброму объяснять. Тем более Виталик не как все! Виталик — лучший из всех…

— Между прочим у некоторых храмов уже есть свои сайты в интернете! — сказала она не без гордости. — А верующие люди это не обязательно старенькие бабушки в платочках толпящиеся у храма.

— А ты тоже ходишь в храм? — повернулся к ней Виталик. В его глазах Вера увидела заинтересованность. Виталик вдруг вспомнил, что Вера всегда носила на шее платок. Так вот значит для чего он ей. — И тоже надеваешь платочек?

— Да! Каждое воскресенье я хожу в храм. Знаешь — там так хорошо! Там люди все такие душевные… добрые. Там не кто не обманет и не предаст. Там все свои. — Виталик глядел на нее удивленно. Глаза Веры блестели, она вся словно лучилась. Говорила с жаром, убежденно! Виталик тревожно подумал, уж не секта ли какая завладела душой Веры. Сделает еще из нее фанатку, которой ни до чего нет дела кроме этих молений и храмов.

— А что за храм? — не удержался спросил он. — Это случайно не эти новомодные сектантские учения…

— Нет! Конечно, нет! — сказала Вера. — Секта — это зло! Там людей одурманивают! Если ты пришел в секту, тебя уже не отпустят, а постараются полностью завладеть твоей душой. Нам рассказывали. А в православной церкви дается полная свобода. Ты волен уйти в любой момент. Иногда мне кажется, что это плохо, что это слабость… Сейчас очень трудно верить. Когда кругом такое… По телевизору показывют разврат и насилие… Трудно!

Она печально замолкла. Виталик же задумчиво протянул: