Карен Монинг - Магическая страсть

Я повернулась и налетела лбом на смертоносно-сексуального Фейри.

Колени тут же размякли, соски напряглись, и мне дико захотелось секса на тротуаре, на капоте ближайшей машины, секса у стены паба, и плевать на то, как будет смотреться в процессе моя голая петуния, выставленная на всеобщее обозрение.

В'лейн – принц одного из четырех королевских домов Видимых, и, если он «включает» свои чары на полную, довольно сложно заметить в этом мире хоть что-то кроме него. Он – золото и бронза, бархат и сталь, а его глаза сияют ярче, чем звезды в чистом зимнем небе. Он настолько нечеловечески прекрасен, что часть моей души плачет от восхищения. При каждом взгляде на него я жажду вещей, которых не могу понять. Я хочу прикоснуться к нему. И боюсь дотронуться. Думаю, секс с ним мог бы разрушить меня на клеточном уровне – и я бы разлетелась на мелкие кусочки, которые уже никому и никогда не удастся скрепить вместе.

Если бы к В'лейну вел указатель, то уж точно с надписью «Забудь о силе воли, всяк сюда входящий». Пусть дома, в Ашфорде, я редко задумывалась на подобные темы, но здесь поняла: кроме силы воли, у меня нет ничего, что я могла бы назвать своим.

Я попыталась смотреть на В'лейна только боковым зрением, но это мало помогло. Одежда мешала почти до боли, и я изо всех сил боролась с желанием снять ее.

Принцы Фейри излучают настолько сильный и дикий эротизм, что ни одна женщина ничего не может с этим поделать. Она превращается в жадное животное, для которого есть только одно чувство – всепоглощающая жажда секса. И пусть все это звучит как обещание невероятного приключения с самыми великолепными оргазмами из всех возможных, дело в том, что Фейри не обращают внимания на такие мелочи, как человеческая смерть. Время тоже не имеет для них значения, им не нужно есть или спать, а сексуальный аппетит слишком велик, чтобы человеческая женщина могла его удовлетворить. Что и приводит к неизбежному итогу: если женщина попала под заклятие принца Фейри, ее затрахают до смерти. Если женщина выживает, она становится при-йа: одержимой, в которой не остается ничего человеческого, лишь неутолимая жажда секса. При-йа живет только для того, чтобы служить своему хозяину – тому, кто в данный момент может ее удовлетворить.

Во время первых встреч с В'лейном я начинала раздеваться прямо там, где стояла. Сейчас мне удавалось сопротивляться, правда, только потому, что я каждый раз хватала себя за руку, которая уже тянулась к свитеру, но – слава мне! – еще не успевала его снять. И все же я не была уверена в том, что смогу долго сдерживаться.

– Прекрати это, – потребовала я.

Губ В'лейна коснулась слабая улыбка.

– Я ничего не делаю. Что бы ты ни чувствовала, это исходит не от меня.

– Ты лжешь. – Я быстренько отмахнулась от воспоминания о Кристиане и его словах «ты думала о сексе с кем-то». В'лейн не был кем-то. Он был чем-то.

– Не лгу. Ты ясно дала понять, что не поддаешься моим… заигрываниям. Возможно, дело в том, что у тебя… как это называете вы, люди… еще не началась течка?

– Так говорят о животных, а не о людях.

– Животные, люди, какая разница?

– Видимые, Невидимые, какая разница?

Между нами засверкали серебристые искорки инея – ночной воздух заледенел от неудовольствия принца.

– Эту разницу не дано уразуметь твоему примитивному разуму.

– Взаимно.

– Ты до сих пор не на коленях, МакКайла, и не виляешь передо мной своей милой маленькой попкой. Именно так ты вела бы себя, если бы я использовал Сидха-джай. Хочешь, чтобы я тебе напомнил?

– Только попробуй, и я убью тебя!

– Чем же?

Я отдернула руку от пуговицы на юбке и попыталась выхватить копье из наплечной кобуры. Его не было. Во время нашей прошлой встречи В'лейн тоже стащил у меня копье. И я хотела выяснить, как он это делает, чтобы знать, как ему помешать.

В'лейн обошел вокруг меня. К тому времени как он завершил полный круг, его глаза были холоднее, чем воздух между нами.

– Что с тобой произошло, ши-видящая? Ты пахнешь иначе.

– Стала пользоваться новым кремом.

Может ли принц учуять по моему изменившемуся запаху, что я недавно ела кого-то из расы Фейри? Пусть я больше не страдала от временных и частично очень неудобных эффектов необычной пищи, но вдруг мясо Невидимых изменило во мне что-то на более глубоком уровне? Я ела Невидимых, а не Видимых, имеет ли эта разница значение для В'лейна? Сомневаюсь. Результат один: я ела Фейри, чтобы украсть их силу. Мало того, я накормила мясом Фейри и другого человека. И в этом поступке нельзя признаваться никому из Фей.

– Нравится? – радостно поинтересовалась я.

– Ты бессильна передо мной и все же излучаешь непокорность. Почему?

– А может, я вовсе не так бессильна, как тебе кажется?

Кстати, а что со мной может сделать кусочек плоти принца фей? При случае я это выясню. Я же наверняка могу заморозить В'лейна на время, достаточное, чтобы вонзить в него зубы. Мысль была слишком привлекательной. Вся эта сила… станет моей после ма-а-аленького кусочка. Или десяти маленьких кусочков. Не уверена, сколько мне нужно съесть, чтобы получить эту невероятную силу, учитывая, что в этот раз я не смертельно ранена.

В'лейн с минуту изучал меня, затем рассмеялся, и этот звук захлестнул меня волной внезапной эйфории.

– Прекрати, – зашипела я. – Прекрати играть с моими ощущениями!

– Я то, что я есть. Даже если я «приглушу себя», как ты выразилась, мое присутствие не перестанет влиять на обычных людей…

– Фигня, – оборвала я эту речь. – В стране Фейри, когда ты опустился на песок и прикоснулся ко мне, я воспринимала тебя как обычного мужчину, и не более того! – Это было не совсем правдой, но уж явно лучше того, что я чувствовала сейчас. В'лейн мог приглушить свое влияние намного сильнее. – Я знаю, что ты способен это сделать. И если ты хочешь, чтобы я помогла тебе найти «Син…"….э-э-э… книгу, то выключи эту чертову штуку, и выключи ее совсем. Сейчас же. И держи выключенной при последующих встречах.

Кое-какие суеверия я подцепила от Дэни, молодой ши-видящей, с которой я недавно познакомилась и которая посоветовала мне не бросать на ветер определенные слова, если я не хочу, чтобы они начали за мной охотиться. Так что теперь, если нужно было заговорить о «Синсар Дабх», особенно ночью, я старалась не забывать, что ее нужно называть просто «книга».

В'лейн замерцал, засверкал ослепительным светом, а затем снова померк и принял определенную форму. Я попыталась не таращиться. Исчезли радужные одеяния, глаза уже не сияли, словно тысячи звезд, тело не лучилось огнем Фейри. Передо мной стоял мужчина в потертых джинсах, байкерской куртке и ботинках; самый сексуальный мужчина, какого мне только доводилось видеть. Золотой рогатый ангел, потерявший крылья. С этим В'лейном я могла иметь дело. При таком принце Фейри я не стану срывать с себя одежду.