Солнечный остров - Ольга Иванова

все сжалось у меня в груди, перехватило дыхание.

Шейн мягко развернул меня и снова сжал в объятиях.

– Все уже в прошлом, – шепнул он, и я уткнулась лицом в его плечо.

Он провел ладонью по моим волосам, затем легонько поцеловал в макушку. Мне захотелось еще крепче прижаться к нему, раствориться в его объятиях, но мешал барьер, который вырос между нами с появлением Тессы. Подумав о ней, я невольно напряглась, а потом и вовсе попыталась отстраниться. Но Шейн не отпустил меня, вынуждая встретиться с ним взглядом.

– Что-то случилось?

– Случилось, – сдавленно ответила я и все равно отвела глаза. – Это все неправильно. И нечестно.

– Я не понимаю. – Он нахмурился. – Что нечестно?

– Все, – мой голос стал еще тише. – Эти объятия… Слова… И поцелуи, – добавила я совсем едва слышно.

– Почему? И перед кем нечестно? Может, дело в… – Шейн кашлянул, прочищая горло. – В Винсенте Муре?

– Что? Нет! – воскликнула я, растерявшись. – Я больше не… Меня он не интересует, в общем.

На лице Шейна появилось облегчение.

– Тогда в чем дело?

– То есть ты… вы совсем не понимаете? – вспыхнула я. – Никаких угрызений совести? Вас самого ничего не смущает?

– Только если твое «выкание», а так… – Он чуть улыбнулся.

– А меня смущает! Тесса! – выпалила я наконец и уперлась ладонями ему в грудь, пытаясь сохранить хоть какую-то дистанцию.

– Тесса? – Его бровь вопросительно приподнялась. – Она говорила тебе что-то неприятное?

– А есть что? – Теперь я посмотрела на него с вызовом. – Впрочем, мне достаточно того, что я видела собственными глазами. А уж от подробностей освободите меня, пожалуйста.

– Что ты видела? – Шейн глядел на меня озадаченно.

– Как вы выходили от нее под утро. И даже рубашку не потрудились застегнуть, – процедила я и дернулась в очередной попытке вырваться из объятий.

Но он только крепче меня перехватил и снова прижал к себе, а потом заговорил шепотом на ухо:

– В ту ночь я не ночевал у Тессы, а ходил за лекарством для Деймона, у которого разболелась его рана. Между мной и Тессой ничего нет.

– Но было ведь? – выдохнула я, боясь поверить в услышанное.

– Было, не буду скрывать, – ответил он. – Давно и недолго. Но все это осталось в прошлом.

– По-моему, она так не думает, – пробормотала я.

– Если она что-то и думает, то не из-за того, что я даю ей какие-то ложные надежды. Я честен с ней в своих чувствах. Точнее, в отсутствии их. Я развеял твои сомнения? Или хочешь еще что-то спросить?

Я покачала головой и теперь уже сама порывисто обняла его в ответ.

– Я чуть с ума не сошел, когда понял, что могу тебя потерять, – прошептал вдруг Шейн и легким поцелуем коснулся моего виска, затем скулы.

Я подняла голову и встретилась с его губами, которые сразу жадно приникли к моим. Я медлила всего несколько секунд, не веря, что это наконец снова случилось, и привыкая к ним заново. А потом сама подалась навстречу, отвечая на это со всей пылкостью, пусть неловко и неуверенно, но с желанием, которое диктовало сердце. А он целовал так нежно и сладко, что кружилась голова, совсем как во время ошеломительного полета. Я растворялась в этом поцелуе, теряясь в пространстве и времени.

«Что они там делают?» – возмущенный голос Златоглазки ворвался в голову, словно ураган. Еще мгновение – и ее тень накрыла нас.

Мы вынуждены были оторваться друг от друга, пытаясь понять, что происходит.

Иллейн планировал в небе, Златоглазка же уже снижалась, направляясь к нам.

«Я сделал все, что мог», – передал нам Иллейн с едва уловимыми нотками вины, затем он взмахнул крыльями и начал отдаляться.

«Что это с тобой? Я почувствовала что-то странное от тебя. – Златоглазка приземлилась. – Это радость? Или страх? Ты так много всего излучаешь, что я не могу понять. У тебя все внутри дрожит, а мысли спутались».

Я покраснела, когда она так четко описала мои ощущения, обнажив их перед Шейном. А по его улыбке я поняла, что он тоже это слышит.

«Хранитель Иллейна тебя обижает?» – Златоглазка грозно топала на нас.

– Нет, – поторопилась ответить я. – Совсем нет. Меня никто не обижает.

– Я никогда ее не обижу, – подтвердил Шейн, пытаясь спрятать улыбку.

«Значит, это не страх?» – Златоглазка недоверчиво покосилась на него.

– Не страх, – заверила я.

«Радость?» – недоверчивость в ее тоне только усилилась.

– Именно. Радость, – ответила я, украдкой тоже глянув на Шейна.

«Странная радость, – проворчала Златоглазка. – У меня самой от нее что-то заворочалось в животе. Будто камней наелась».

Она еще несколько минут с подозрением оглядывала нас, затем развернулась и снова взлетела.

– О боги. – Я со смущенным смехом прикусила губу. – Как она все это почувствовала? Раньше такого не было. Точнее, она могла улавливать мое настроение, когда я была рядом, но не так…

– Это, похоже, так проявляется ваш новый уровень связи, – ответил Шейн, снова притягивая меня к себе.

– Который формируется к трем месяцам, да? – вспомнила я. – Когда драконы начинают видеть все про своих хранителей, чувствовать их мысли и эмоции. И что же, теперь я у Златоглазки вся как на ладони? – Мне стало немного не по себе. – Все, что я ни почувствую, ощутит и она?

– Только пока вы обе не научитесь поднимать стены вокруг своего разума и эмоций, – ответил Шейн, усмехаясь. – Это, конечно, займет некоторое время.

– С Иллейном у вас так же?

– Было когда-то, безусловно. Но со временем мы научились отстраняться друг от друга, чтобы иметь свое личное пространство.

– И как этому научиться? – я озадачилась.

– Вообще-то, этому вас должны учить в следующем семестре, но если хочешь, я могу показать тебе раньше. – Шейн наклонил ко мне, чтобы снова поцеловать, но я слегка отстранилась.

– Я уже боюсь этим увлекаться, – призналась с улыбкой. – Златоглазка, возможно, где-то близко…

– Значит, не будем пока увлекаться, – хмыкнул он и только чмокнул меня в губы. – Тогда возвращаемся. Мне как раз нужно заглянуть в библиотеку к ректору.

Мы стали подниматься на склон. Шейн крепко держал меня за руку, и внутри меня все звенело от счастья.

– Получается, если у нас со Златоглазкой связь вышла на новый уровень, то совсем скоро мы с ней сможем определиться, кем мне стать? – стала размышлять я вслух. – Ах да! И она выберет себе свое имя. Настоящее. – Почему-то от этой мысли мне стало немного грустно. Все-таки я уже так привыкла к «Златоглазке».

– Знаешь, как я звал Иллейна до того, как он выбрал себе имя? – Шейн весело глянул на меня.

– И как же? – заинтересовалась я.

– Пират.

– Пират? Почему? –