Некронавт - Маргарита Блинова

взять себе что-то на память о Твердыни весьма интригует, но не стоит ковырять пальцем тот камень в стене. До вас его уже поковыряли рабочие, вездесущие дети и даже Ося, а камень, как видите, все еще там… Кстати, обратите внимание на вон тот валун у стены. Ранее он был частью осадной башни у главных ворот. Как попал сюда, на третий этаж? Так, прилетел во время голосования за главу ордена…

Вот так, под чутким присмотром экскурсовода, мы преодолели множество коридоров и полуразрушенных комнат. Придерживаясь за веревочные перила, прогулялись на высоте третьего этажа по осыпающейся кромке разрушенной стены. Полюбовались захватывающим видом на долину из пролома в стене, после чего Малахия решил ненадолго задержаться на одной из развилок.

– Молодые люди, обратите внимание на рисунки под потолком. К моему великому сожалению, тиграи нигде не оставили письменного описания своего боевого искусства. Однако мне и другим братьям ордена удалось восстановить основы владения боевым посохом по данным изображениям…

Внезапно Дейман, подчеркнуто молчавший всю дорогу, причем делал это с таким недовольным видом, словно был не гостем в Твердыне, а столичным инспектором, который с минуты на минуты натянет на руку белую перчатку и начнет проверять пыль на подоконниках. Так вот, Дейман ни с того ни с сего наступил мне на ногу и сделал непонятный жест рукой.

– Малахия! – в панике выкрикнула я, лихорадочно перебирая все возможные темы для увлекательного разговора.

Разброс был широким. Например, «А вот эти ваши плащи… на них что нарисовано?» или «Малахия, а почему Кира обращалась к вам “учитель”? Вы преподаете какой-то предмет в ордене?».

На худой конец, можно было соскочить на бытовое «А кто убирает Твердыню? Есть какой-то обязательный график дежурств или провинившиеся?» Или, наоборот, возвыситься в пафосное «В чем смысл ордена?».

Но я запаниковала. Замешкалась. И выбрала одну из самых сомнительных.

– Зачем восстанавливать основы владения боевым посохом по картинкам, если на архипелаге Берег Костей живет и бодрствует последний тиграй?

– Мы пробовали. – Малахия поморщился, словно вспомнил не самый приятный эпизод из своей богатой биографии. – Я лично написал господину Мелу послание и попросил Эрику Магни передать его из рук в руки.

– И что? Он отказался делиться с вами знаниями? – растерялась я.

– Справедливости ради, Мел поделился с орденом крайне важной информацией.

Малахия чуть наклонился ко мне и доверительным полушепотом добавил:

– Теперь мы знаем, что некоторые тиграи умеют ругаться на семи языках, два из которых до недавнего времени считались мертвыми.

Да уж… Мел и не такое может.

Пока я переваривала услышанное, Малахия внезапно выпрямился и безошибочно развернулся в сторону коридора, куда смылся Дейман.

– Молодой человек, возвращайтесь! Это крыло планировали переделать под игровые комнаты для младших служителей ордена, пока Ося не устроил целое представление с имитацией сердечного приступа и срочным требованием принести ему чистый лист бумаги для составления завещания. Так что там нет ничего интересного для вас! – Это Дейману и уже чуть тише мне: – К слову, в тот день Ося все равно написал завещание. И начиналось оно со слов «я запрещаю своим потомкам тратить денежки на игры».

– А зачем вы ему такому прижимистому разрешили заведовать своими финансами?

– Мы и не разрешали. – Малахия шумно вздохнул. – Он сам пришел и решил, что теперь финансы ордена – это его дело… А выдворить Осю из места, куда он уже один раз пришел и посмотрел в финансовые бумаги, можно только в гробу.

– Хотите мой конспект по ядам? – великодушно предложил Дейман, успевший вернуться из оглушительно проваленной разведки.

Малахия всерьез обдумал предложение и кивнул.

– Буду иметь в виду, – сказал он и повернул влево. – Так, молодые люди, нам сюда.

Широкий коридор с большими окнами привел нас к еще одной «почти целой лестнице» и просторному балкону, с которого открывался захватывающий вид на огромный зал с величественными колоннами (успели перестроить и укрепить, пока Ося ездил проведать бабушку), красочными витражами (чудом не пострадали при последнем избрании главы ордена) и замысловатой мозаикой на стенах (местами осыпалась, но еще очень даже).

За ним оказалась оружейная, причем, судя по виду убранных в специальные ящики и подставки мечей, всем этим добром активно пользовались, а не развесили по стенам ради визуального удовольствия. За оружейным залом обнаружилась еще одна лестница, которая привела нас в… зимний сад.

И если оружейная еще худо-бедно вязалась с образом странствующих библиотекарей, то грядки с клубникой, поддоны под рассаду и ряды редких исчезающих растений – не очень.

– Малахия, – вкрадчивым тоном позвал Дейман, пока я засматривалась на пышный куст борщевика, росший в кадке у дальнего прохода между грядками. – Мы не увидели в Твердыне ни одного читального зала и библиотеки. Так чем занимаются боевые библиотекари…

– Воинствующие, – педантично поправил Малахия.

– Не суть, – отмахнулся Дейман. – Чем занимаются армариусы, если не читают?

Наш экскурсовод на миг замер. Окинул Деймана с ног до головы взглядом. И взгляд этот был таким спокойным и проницательным, словно в эту секунду учитель Малахия решал, доверить ли нам великую тайну мироздания или обождать.

– Мы спасаем мир, юноша.

– И от чего, по-вашему, его нужно спасать? – продолжил допытываться парень.

Малахия по-доброму улыбнулся:

– Мы спасаем мир от сказок.

– В каком смысле? – нахмурился адепт.

– От некачественной литературы для детей? – предположила я. – Или от распространения ложной информации и прочих прелестей сарафанного радио?

Но уточнить и разобраться нам не дали.

Малахия загадочно улыбнулся, распахнул неприметную дверь и сделал приглашающий жест рукою:

– А вот и ваша комната. Проходите, располагайтесь. Чувствуйте себя как дома.

Дейман с азартом гончей ворвался внутрь. Кинулся к окну, проверил на мягкость кровати, выдвинул нижний ящик пустого комода у стены. Бросил наши сумки на пол. Приметил еще одну дверь и сунул туда голову. Хмыкнул. Пропал полностью.

– По моим подсчетам, Кира освободится в… ближайшую пару часов, так что у вас достаточно времени, чтобы отдохнуть и освежиться.

Я кивнула, принимая информацию, и в полной уверенности, что армариус последует за нами, переступила порог. Оглядела комнату с двумя застеленными пледами кроватями, приятно удивилась вазочке со свежими полевыми цветами на подоконнике. Повернула голову в сторону той самой комнаты, где скрылся Дейман, а теперь крайне интригующе шумела вода в душе.

«ЩЕЛК!» – жестко и непреклонно пропел проворачиваемый в замке ключ, и стало тихо-тихо.

* * *

– Проходите, гости дорогие, – пробормотала я, глядя на запертую дверь, – но не забывайте, что вы в западне.

Не то чтобы со мной подобное впервые.

За время обучения в академии З.А.В.Р. меня так часто пытались запереть в комнате, что я сбилась со счета. Сперва любимый