Истинная: Вишневый Сад Попаданки - Инесса Голд

аромат стал божественным). Нанесла каплю на запястья. Каплю за уши.

— Ну что ж, — сказала я, глядя на перепуганного домового. — Пойдем встречать гостей, Казимир.

Я расправила плечи, подняла подбородок и направилась к двери. Бархат шуршал при ходьбе, как королевская мантия.

Пусть приезжают. Кто бы там ни был.

Я готова.

Глава 7 (Рэйвен)

от лица Рэйвена

Императорский дворец в Столице был построен из белого мрамора и человеческого страха. Здесь было красиво, величественно и так холодно, что даже моя, привыкшая к северным ветрам кожа, покрывалась мурашками. Но холод этот шел не от стен. Он исходил от человека, сидящего на Троне из драконьей кости.

— Ты разочаровываешь меня, Рэйвен.

Голос Императора Карла IV был тихим, шелестящим, как сухие листья, перекатываемые ветром по могильным плитам. Но в огромном, гулком тронном зале этот шепот звучал громче боевого горна.

Я стоял перед ним, не склоняя головы — привилегия Герцогов крови, — но чувствовал, как внутри меня все сжимается в тугой, болезненный узел. И дело было не в страхе.

Черная Жажда сегодня была особенно голодной.

Она грызла меня изнутри, превращая вены в ледяные жгуты. Казалось, вместо крови по моему телу течет битое стекло вперемешку с жидким азотом. Шум в ушах напоминал гул водопада. Зрение то и дело теряло фокус, размывая силуэт правителя до серого пятна.

Мариссы не было рядом. Я запретил ей сопровождать меня на аудиенцию, и теперь расплачивался за гордость каждой секундой агонии.

— Я делаю все возможное, Ваше Величество, — мой голос прозвучал глухо, словно из-под толщи воды. — Восточный Вал держится. Прорывы локализованы.

— Я говорю не о Востоке, — Император лениво пошевелил пальцами, унизанными перстнями-артефактами. — Я говорю о Севере. О твоем доме, Герцог. О месте, которое должно быть мертвым и тихим, как и подобает границе с Бездной.

Он бросил на полированный пол свиток. Тот покатился, разворачиваясь, и остановился у носков моих сапог.

— Доклады Тайной Канцелярии, — продолжил Карл, и в его голосе прорезалась сталь. — За последнюю неделю на тракте, ведущем к «Черному Утесу», замечено подозрительное оживление. Купцы, которые раньше объезжали твои земли за десять верст, теперь сворачивают туда целыми караванами. И возвращаются... довольными.

Я нахмурился, чувствуя, как пульсирует висок.

— Это ошибка, сир. «Черный Утес» — руины. Там гарнизон и... моя жена. Ссыльная.

— Твоя жена, — Император произнес это слово с ядовитой усмешкой. — Та самая «пустышка», от которой ты так изящно избавился? Говорят, она торгует. И не просто репой или шкурами. Мои шпионы доносят о странных веществах. «Кристаллы счастья», «черная кровь земли», «зелья силы». Золото течет в твои земли рекой, Рэйвен. А налоги в казну с этих доходов не поступают.

— Это невозможно, — отрезал я. Боль накатила новой волной, заставив меня сжать кулаки так, что кожа перчаток заскрипела. — Алисия — всего лишь слабая девчонка с Юга. У нее нет магии. Нет связей. Она едва ли пережила эту неделю. Скорее всего, это контрабанда. Кто-то из офицеров гарнизона решил подзаработать, прикрываясь ее именем.

— Так разберись, — Император подался вперед. Его глаза, выцветшие, водянистые, буравили меня насквозь. — Я не потерплю новой силы на Севере. Если там завелась секта или наркопритон — выжги это каленым железом. Если твоя жена сошла с ума и играет в темную ведьму — ликвидируй ее. Тихо. Без скандалов.

— Я понял, Ваше Величество.

— И, Рэйвен... — он остановил меня жестом, когда я уже развернулся, чтобы уйти. — Выглядишь паршиво. Твоя ледяная кукла, Марисса, плохо справляется? Может, пора найти новый Якорь? Или мне самому подобрать тебе пару?

— Я справлюсь, — процедил я сквозь зубы и вышел из зала, чувствуя спиной его тяжелый, липкий взгляд.

***

Дорога на Север превратилась в пытку.

Я отказался от портала. Переход через магическую арку в моем состоянии мог разорвать меня на части — нестабильный резерв срезонировал бы с пространственным карманом. Пришлось ехать по тракту.

Мой конь, Призрак — огромный вороной жеребец, выведенный в императорских конюшнях и усиленный алхимией, — шел галопом, пожирая лиги. Сани, в которых обычно путешествуют вельможи, я презирал. Мне нужен был ледяной ветер в лицо. Мне нужно было чувствовать движение, чтобы не сойти с ума от боли.

Два дня пути слились в одно сплошное серое пятно.

Я не спал. Стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором вставал образ Алисии. Не той, забитой и испуганной, какой я ее запомнил в спальне, а той, которую нарисовало мое воспаленное воображение после отчета Даррена.

Наглая. Живая. Пахнущая вишней.

Вишня.

Этот запах и вкус преследовали меня. Марисса заливала в меня свои зелья литрами перед отъездом, замораживая мои чувства, но сквозь эту ледяную корку все равно пробивалось оно. Фантомное тепло. Сладость на кончике языка.

— Бред, — рычал я в пустоту, пришпоривая коня. — Ты просто сходишь с ума, дель Тор. Твоя истинная — пустышка. Ты сам проверял. Кристалл не врет.

К вечеру второго дня, когда до «Черного Утеса» оставался час пути, погода испортилась окончательно. Небо налилось свинцом, ветер швырял в лицо горсти колючего снега.

Я ожидал увидеть пустынный, занесенный снегом тракт. Дорогу мертвецов, по которой ездят только военные патрули да безумцы.

Но чем ближе я подъезжал к повороту на поместье, тем больше хмурился.

Дорога была... наезженной.

Снег был утрамбован сотнями полозьев и копыт. Колея была широкой, свежей. Здесь ездили. И ездили много.

На перекрестке, где стоял старый, покосившийся указатель «Черный Утес — 10 лиг. Опасно», я наткнулся на затор.

Прямо посреди тракта стоял огромный купеческий обоз. Возницы поправляли упряжь, перекрикиваясь друг с другом. Охрана — наемники в хороших доспехах — курили трубки, выглядя подозрительно расслабленными.

Я натянул поводья. Призрак всхрапнул, выпуская клубы пара.

— Дорогу! — рявкнул я, усиливая голос магией.

Люди вздрогнули. Охранники схватились за мечи, но, увидев мой герб на плаще и черную броню коня, тут же побледнели и вытянулись во фронт.

— Ваша Светлость! — к стремени подбежал толстый купец, закутанный в лисью шубу. Его лицо лоснилось от жира и довольства. — Какая честь! Герцог дель Тор на наших землях!

Я смотрел на него сверху вниз. Я знал этот тип людей. Пиявки. Они чуют выгоду за версту и никогда не полезут туда, где пахнет убытками.

— Гролл, если не ошибаюсь? — я вспомнил его имя из докладов