Роззи. Стать счастливой. Часть 1 - Лира Алексахина

Маргарет, добрая душа, поверила в мои моральные терзания, подошла и начала успокаивать:

– Ну что ты, милая, все образуется. Зря ты, конечно, ее провоцируешь. Надо сидеть как мышка, а ты вечно лезешь на рожон. А мы поможем тебе, кто сможет.

– Говори за себя, – сказала презрительно тетка за соседним столом. – Получать наказания из-за этой сопливой девчонки не всем охота. Ты все носишься с ней, как курица с цыпленком, только птенец твой не жилец, и выгоды от этого ты не получишь. Сама только проживешь меньше, из-за нее же.

Я сквозь пальцы посмотрела на говорящую. Рано постаревшая женщина с седыми волосами и следами побоев обозленно смотрела на меня. Надо быть осторожнее, сидит рядом, ненавидит, может стучать кому угодно. Запомню.

– Закрой свой поганый рот, Гильда! – воинственно произнесла Маргарет, продолжая держать меня в крепких объятьях. – А не то я помогу тебе его закрыть! Зубов потом не досчитаешься! Ты тут недавно и не видела прежних хозяев, не знаешь любви к ним и уважения! А я люблю маленькую госпожу, как родную внучку! И не позволю ее обижать! – нахохлилась Маргарет.

– Какая это госпожа? Такая же грязь под ногтями, как мы. Дура ты, Маргарет. Пожалуй, стоит держаться от тебя подальше, как бы не зацепило и меня, когда тебе начнут раздавать плетей за твои слова.

Злая тетка сплюнула себе под ноги и отошла от нас. Люди вокруг работали, было шумно, но каждый внимательно слушал перебранку. Маргарет гладила меня по волосам.

– Не слушай ее, цветочек. Старая Маргарет всегда будет за тебя. Все будет хорошо.

«Да, Маргарет, – подумала я. – Все у нас будет. Спасибо, что ты есть у меня».

Тут подошел молодой паренек и робко произнес:

– Извините, Маргарет, Алонсо требует к себе Роззи. Сейчас же.

Я развернулась лицом к груди старой няни. Сделала вид, что вытираю слезы. На самом деле же усиленно их растирала и нос. После слез, нормальные люди краснеют, вот и мне надо быть красной для достоверности. Вокруг столько зрителей.

– Спасибо, Маргарет.

Развернулась и пошла к главному повару в кабинет. Сейчас будут горячие торги.

14. Договор

Торги то да, только я устала. Утренняя зарядка, самокопание, поиск выхода, даже стерва Беатрис – все это, физически и морально, вывело на душевную отметку «гори все на…». Сейчас надо собраться в кучку и хорошо поиметь с Алонсо, он точно будет сопротивляться.

Рядом с дверью стояли привычные два амбала. Один из них галантно открыл мне дверь. А вообще, это прилично быть с мужчиной вдвоем незамужней девушке, вроде меня, в одной комнате? С другой стороны, доказательство моей невинности точно при мне, так что лесом все.

Я спокойно вошла в кабинет. Живописно. Было бы в кабинете больше вещей, хаос царил бы знатный. А так, табурет для посетителей валялся в углу вверх ногами, книги из шкафа валялись на полу, рядом лежали отрытые тетради с записями, стул Алонсо был развернут и приставлен спинкой к столу. Стакан и початая бутылка стояли на полу, рядом со шкафом. Из-под стола кокетливо выглядывал кончик шейного шарфа повара. Сам повар имел потрёпанный вид. Мужчина стоял рядом со столом, весь такой уставший, и вытирал испарину со лба, когда я входила.

Спокойно прошла, подняла табуретку, и села там же, в углу. Хоть спину прислоню к стене.

Алонсо никак не отреагировал на несоблюдение мнимой субординации.

– Начинай, – кивнув, сказала я ему.

Он повернул голову, посмотрел своими слегка выпученными глазами, скривился, но открыл рот и начал вещать:

– Мясо, золото, цацки. Что там вам женщинам еще надо? От работы совсем освободить не могу.

– Сильно припекло, – усмехнулась я. – Даже не торгуешься.

– Времени нет, – устало вздохнул он.

Пошел к столу, развернул стул, сел и прикрыл глаза. Переплел пальцы на круглом животе, посидели в тишине.

– Так чего тебе надо, болезная? – спросил он, не открывая глаз.

– Какие условия? – спросила я.

– Сегодня к обеду одно новое блюдо или то, что задобрит госпожу Беатрис. Потом раз в тую, или как пойдет.

– На долго?

– На сколько хватит твоих придумок? – он открыл глаза и внимательно посмотрел на меня. – Вопрос, откуда они, я не задаю, заметь. Мне плевать. Но другим будет интересно. И подорвет мое положение, если сопливая девчонка будет учить меня готовить.

– Мне нужны гарантии, Алонсо, что если закончатся новые блюда, я не потеряю то, что ты мне дашь за них.

– И как ты себе это представляешь? – скпетически спросил он. – Если будет прямой приказ от госпожи или господина, я не смогу противится. Да мало ли, что случится.

– Ты мне дашь магическую клятву, формулировку подберем.

– Очнись, дурная! Боги покинули этот мир, иначе не позволили бы происходить всему, что сейчас есть. И магия скоро совсем пропадет, уйдя, в след за ними. Король Филлип I давно получил бы от бога отца или от богини матери за забвение, в угоду их младшему брату богу войны Атору.

– А ты оказывается философ, Алонсо, – улыбнулась я. – Не пытайся отвертеться. Или клятва, или расхлебывай сам.

Алонсо лукавил, магия в этом мире была и прекрасно работала, включая клятвы и те же магические договора. Как бы они работали тогда? Да, когда-то боги спускались в этот мир, говорили с людьми и участвовали в жизнях людей, поощряя рьяных последователей. Их давно не видели. Даже если они ушли или взяли отпуск от людских страстей, меня не волнует. Еще и богов вспомнил. А говорит сил нет торговаться. Наверняка просто хотел менять каждый рецепт на кусок мяса или хлеба. Обойдется.

– Так, Алонсо, – встала и подошла к нему сбоку, оперевшись об стол боком. – Как бы люди лишнего не подумали, я тут давно с тобой сижу. Мне-то все равно. А вот Вигмар и плетей всыпать может, если ему шепнут, что мы запираемся у тебя и мило беседуем. Вдруг, ты жениться хочешь на мне сам и очаровываешь тут? Опекун долго думать не будет. Мне нужна нормальная еда на троих ежедневно и любая помощь, в рамках твоих возможностей, будь то что – то вещественное или поступок. А так же клятва о не принесении любого вреда мне, Маргарет и Вилли ни действием, ни бездействием, ни помыслом, ни словом.