Карен Монинг - Лихорадка теней

Позже я выясню, что все началось в западном крыле аббатства. Там, где спала Мак, когда бывала в аббатстве. Там, где потом ночевала и я — в библиотеке леди Драконши.

Когда раздались крики, я привела в движение стоп-кадр, но осторожно: автоматная очередь — это как раз тот фактор, который усложняет мне контроль над передвижениями.

Я, конечно, быстра, но, чуваки, это «тра-та-та-та-та» тоже медленным не назовешь. От пуль очень сложно увернуться. Да еще и этот звук бьет по ушам.

Я выскочила в коридор и попыталась понять, откуда доносятся крики, как вдруг вокруг стало так темно, как там, где находится голова Ровены, другими словами — в заднице. Я опять прыснула. Ну, я просто жгу сегодня.

Я замерла, прижавшись к стене, а затем крадучись двинулась вперед, напряженно вглядываясь в темноту, окутавшую коридор. Я не додумалась прихватить с собой МакНимб, но зато у меня в кармане была парочка фонариков. Я достала один из них и зажгла.

Мы полностью так и не очистили аббатство от Теней. Поэтому тут никто даже туфли не оденет, предварительно не посветив в них фонариком и не тряхнув их, как следует. И то, только при свете дня.

И уж тем более никто, абсолютно никто не ходит по коридорам в потемках.

Тогда какого хрена тут темно, и кто, блин, стреляет?

Вокруг слышны стоны, значит, есть раненные. Да уж, это точно не предупредительные выстрелы. Это реальная фигня.

Я крадусь вперед, стараясь двигаться как можно тише. У меня под ногами хрустит стекло, и я понимаю, почему стало темно. Стрелок целился в лампы.

Я слышу отголоски жуткого смеха, от которого кровь стынет в жилах. Я включаю фонарик, но темнота как будто впитывает его свет.

Я слышу чье-то частое дыхание.

Затем до меня доносится скрежет раздавленного стекла, но это не моя работа.

Теперь я почти уверена, что стрелки движутся в мою сторону.

Я крепче сжимаю рукоятку меча. Когда-то Ро хотела забрать его у меня. Пришлось пообещать ей, что буду её личной охраной, если она оставит мне меч. Теперь я охраняю Ро, пока она спит. Осваиваю науку о компромиссах.

Что за дерьмо несется на меня?

Позже, когда я буду рассказывать эту историю, я кое о чем умолчу.

Правда в том, что в тот момент произошла одна невероятная вещь. Стоя в том темном коридоре, я здорово испугалась. Я почувствовала, что что-то неизвестное надвигается на меня, и это снесло мне крышу.

Я никому не скажу, что была в том коридоре.

Никогда не признаюсь, что убегала, поджав хвост, стремясь побыстрее выйти на свет, и переместилась стоп-кадром в столовую.

Пальба и крики возобновились, и мы все ломанулись из столовой, но так как там был один выход, который одновременно являлся и входом, то нам пришлось отступить обратно, перевернуть столы и спрятаться за ними.

Джо и я заползли за один стол. Я совсем не против делить с ней убежище, если она не будет лезть ко мне со своими дурацкими лесбийскими штучками. Я постучала по столешнице. Толстый, цельный брус дерева вполне может нас защитить, все зависит от пуль и дистанции, с которой будут стрелять.

Опять крики. Мне хотелось зажать уши руками.

Тогда я была очень напугана и из-за этого противна самой себе.

А потом решила, что должна выглянуть из-за стола и посмотреть. Да я просто обязана выяснить, что за ублюдок палит по нам!

Джо и я одновременно начинаем ползти к противоположным краям стола и трескаемся головами. Она недовольно смотрит на меня.

— Как будто это я одна виновата, — огрызаюсь я. — Смотреть надо, куда ползешь.

— Где Лиз? — шипит она в ответ.

Я пожимаю плечами. Стоя на четвереньках, я виляю задницей. Всё аббатство чуть ли не разваливается на куски, а она думает только о своей хорошенькой подружке.

— Б-э-э-э-э-э-э-э-э-э, — блею я.

Она смотрит на меня, как на чокнутую. Затем мы обе выглядываем из-за стола.

Пули прошивают насквозь все пространство столовой, рикошетом отскакивая от стен и деревянных столов. Раненые кричат, а стены и пол залиты кровью. В дверном проеме я замечаю стрелка.

Я слышу сдавленный возглас Джо, и сама едва не задыхаюсь от удивления.

Это Барб!

Это еще что за хрень?

У нее на плече висит самый огромный «Узи» из всех, которые я видела. Бледная, как полотно, Барб сыплет проклятьями и палит по нам, как по уткам в тире. Моя челюсть едва не падает на пол.

— Барб? — бормочу я себе под нос.

Но это же бессмыслица какая-то!

Тут меня еще больше поразила Джо, удивленно сказав:

— А я думала, что это Лиз!

Я изумленно уставилась на неё. В ответ она покачала головой и ответила:

— Долгая история.

Я снова начала осматривать столовую, пытаясь оценить ситуацию. Мы находимся в самом конце зала. Значит, умрем последними. Так что же мне делать, черт возьми? И почему Барб стреляет в нас?

Я снова перевожу взгляд на Джо. От нее помощи можно не ждать. Джо такая же бледная, как тот лист, на котором я писала «Дэни Дэйли».

Чуваки, как же мне сейчас не хватает Мак! Что бы она сделала на моем месте? Может, мне включить стоп-кадр и, пока Барб палит по всем, попробовать отобрать у неё автомат? Но хватит ли мне для этого скорости? Мне совсем не хочется умирать сегодня! Я хочу увидеть завтрашний день. Я уверена, что он будет гораздо лучше этого. Да и вообще у меня полно дел. К тому же кто-то должен следить за Ро.

Но мы же мрём, как мухи! Святые, мать вашу, угодники, Барб просто перемочит нас всех!

Я сую в рот целый шоколадный батончик и проглатываю его, почти не жуя. Мне потребуется вся моя энергия до последней капельки, чтобы провернуть задуманное. Я должна действовать. У Барб еще до фига пуль. А Мега не может трусливо отсиживаться за баррикадами.

Я снова выглядываю из-за стола, оцениваю ситуацию и стараюсь запечатлеть подробности происходящего побоища. Попутно отмечаю все детали: людей, стулья, в общем, все препятствия.

Самая большая проблема — Барб. Она непредсказуема. Она мечется и палит во все стороны так хаотично, что совершенно не возможно предвидеть ее дальнейшие действия.

Вот дерьмо!

Я таращусь на неё, пытаясь понять ее логику.

Затем ныряю обратно под стол, едва успев увернуться от пули. Снова выглядываю из-за стола. Какая уж тут логика.

Я начинаю дышать очень быстро, усердно раздувая щёки и провоцируя выброс адреналина. Отбросив все ненужные мысли, я концентрируюсь на своей задаче и уже почти начинаю движение вперед, как вдруг вижу, что фигура Барб становится размытой, а силуэт — нечетким. В комнате чертовски холодает и изо рта идет пар.

Джо издает сдавленный звук.

Мы обе это видим.

В нас стреляет совсем не Барб.