Элинор Одна Из Трёх - Мечта всей жизни!

Полностью отдавшись во власть посетившей меня идеи, я резво, на средне-низкой высоте нарезала круги вокруг поляны, обмозговывая детали и походя на автомате выдавая огоньками особо активным представителям местной нежитефауны. На очередном витке мысли наконец соизволили выстроиться в стройную цепочку, и я начала замыкание на отторжение Огня. Только бы ничего не перепутать, а то и вправду никто не узнает, где могилка моя — в ней элементарно некого будет хоронить. И вот сомневаюсь я, что соратники будут на карачках обрыскивать пространство радиусом километра в два, терзаясь смутной надеждой отыскать хоть какой-нибудь оставшийся от Элечки лоскуток. Оптимистка я!

Бормоча заклинание, услужливо всплывающее в памяти (спасибо тебе, Темичка!), я сделала полный виток вокруг побоища, замыкая контур. Сосредоточилась, сгребая остатки энергии и зачерпывая из окружающего пространства сколько могу. Затем — резкий выброс с шепотком вслед, замысловатые кукиши в сторону приближающихся с двух сторон и уже почти слившихся в единый отряд врагов и… Лес озарился ярким маревом всепоглощающего огня, с голодным неистовством пожирающего обещанные нечистые жертвы и урчаще-ревущего от удовольствия. В воздухе заметно потеплело.

На звук и жар в кругу сражающихся отреагировали все: нечисть — прикрыв морды лапами и перепуганно заскулив, защитники — на мгновение замерев и обводя сплошное кольцо огня вокруг поляны обалдевшими взорами.

Миг — и время вновь понеслось вскачь. Твари внутри круга отчаянно взревели, на уровне инстинктов чуя гибель товарищей, и кинулись на людей с удвоенным энтузиазмом. Те отвечали взаимностью.

За периметром слышались визги и хрипы умирающей нечисти. Огонёк получился на славу, хоть я и от перерасхода сил едва держалась на метле, до боли впившись в спасительный черенок руками и стараясь унять головокружение. В этот момент я сама себе больше всего напоминала героического лётчика, подло подбитого нехорошими фашистами и из последних сил цепляющегося за штурвал выдающего весёлые кренделя кукурузника с задорно дымящимся хвостом. Подсобила же какая-то зараза — настоем морвянки пришлось тушить. Дорогой он, но жить захочешь, как говорится… Хорошо хоть метёлка не требовала дополнительной подзарядки: произнёс один раз заклинание — и летает, пока заклинатель с ней соприкасается.

Та-ак. Мне кажется, или на месте действия, вопреки всем законам и нашим усилиям, появляются всё новые твари? Вывод может быть только один: колдун, борющийся на стороне нечисти и, скорее всего, являющийся их хозяином — сильный некрот и лепит упырей прямо не отходя от кассы. Надо этого негодника немедленно вычислить, иначе нам каюк.

Я снова начала носиться над головами бойцов, выглядывая источник массового производства нечистиков и попутно отслеживая развитие событий у соратников. События же развивались с переменным успехом.

Сил было ещё маловато, но я, не будь дурой, врезавшись в крону одной из исполинских елей, исцарапалась, но шустро нахватала шишек, крепких и тяжёлых, что твой камень. Вот растут ведь у людей деревья! Хотя, с другой стороны, представьте себе милую и такую естественную картинку — вам на голову тихохонько эдак падает «шишечка»… Теперь я азартно бомбардировала импровизированными снарядами особо отличившихся гадов.

Вдруг в гуще сражения мелькнул сполох синего пламени — верный признак творящейся мёртвой волшбы. Я тут же пошла на снижение, пытаясь высмотреть из-за спин теннари источник магического сияния… Вон он, голубчик. Попался!

И что теперь делать? Моих сил сейчас хватит лишь на отборный мат на голову мерзкого колдунишки в рваных засаленных лохмотьях — ишь скалится, гад! Но, боюсь, этим его зачерствевшую душонку не пронять.

Выход… Должен быть выход!

Фортуна этой ночью явно была на нашей стороне — с краю, не так далеко от довольно обширной группы нечисти, я выглядела нашего некроманта-сочинителя — а вот и любимый учитель! — перебирающего светящимися от накопленной силы пальцами и старательно выискивающего глазами главного врага.

— Пятнадцать метров на северо-восток! — рявкаю ему прямо в ухо, резко затормозив над головой менестреля и опасно свесившись почти к самой земле. Лидан сначала бодро подпрыгнул (напугала, стыдно), а затем, узнав мою знакомую до боли харю, буркнул: «Спасибо. Убирайся подальше, девочка», и рванул в указанном направлении. Монстры перед ним разбегались как тараканы от лучины, тоже, видимо, чуя исходящую от некрота леденящую мощь… Удар! Ненавистный колдун исчез в столбе нестерпимо-синего пламени, дико визжа.

Лишь в воздухе кружились, медленно оседая, хлопья саже-серого пепла…

Нечисть, мгновенно почуяв гибель хозяина, на удивление не спешила оседать на землю бренным тленом, синхронно взвыв и в каком-то жутком остервенении с бешеной силой снова и снова набрасываясь на людей.

— Лин, если ты сейчас же что-нибудь не предпримешь, нам конец! — заверещала я, относительно благополучно уворачиваясь от летящих в мою сторону камней и стрел.

Они ещё и стрелять умеют?! Вот тебе и скачок эволюции!

Я была услышана. Колдун, на мгновение вскинув глаза к небу и мазнув по мне понимающим взглядом, тут же принялся выплетать что-то замысловатое, беззвучно шевеля губами и совершая руками сложные пассы. Пальцы его вновь засветились, теперь багряным. Правда уже не в пример слабее, чем в предыдущий раз.

Я тем временем решила обратить свой взор на верных соратников. Что тут у нас? Ага. Теми с уставшей и опустошённой во всех отношениях Моркой, тряпкой болтающейся за спиной магини, бодро рассекала над местом побоища, щедро осыпая оборзевшую нечисть излюбленными огневыми сгустками. Сильна! У нас с Сорини резерв на исходе, а ей, понимаешь, хоть бы хны!

Слышащая, израсходовав весь свой магический запас подчистую, успешно гвоздила неприятеля двумя небольшими — сантиметров 50 в длину и где-то десять в ширину — дубинками весьма необычного вида. Не наблюдала их во время похода. Где взяла?

Вытянутые, утолщающиеся с одного конца палки были отделаны серебряными шипами и крупной гравировкой. Они походили на два размытых сверкающих круга, с невероятной скоростью вращаясь в руках изумрудноволосой и изничтожая нечисть с потрясающей эффективностью.

Воин и неизвестные союзники из числа без-нас-прибывших успешно держались, без устали рубя тварей и поражая чудесами ловкости и мастерства. Но особо выделялись наши мальчики.

Их даже не нужно было выискивать взглядом. Две сходящиеся просеки, что эти красавцы прорубали в рядах противника, продвигаясь навстречу друг другу, прямо-таки радовали глаз и вселяли нездоровый в данной ситуации оптимизм.