Строптивая Цветочница (СИ) - Новак Нина

– Я была в лесу и заручилась поддержкой духа. Поверь, Бет, эта фея очень пожалеет, что связалась со мной. И ее драгоценный Рогер ей не поможет.

– А что ты задумала? Я тоже хочу принять участие!

Офелия коварно сощурила глаза.

– Это секрет. Незачем тебе вмешиваться. А за моей спиной стоит большая община нимф и друидов. Фея совершила серьезную ошибку, что пошла против нашей семьи.

Нива подала мне вишневый компот, и я с удовольствием сделала несколько больших глотков.

– Хочешь, снова пойдем к графине Кларк? Покрутимся среди аристократии? – Офелия подперла подбородок кулачком и вопросительно посмотрела на меня.

– Графиня сама придет ко мне в лавку. Я устраиваю ей встречу с друидом Рамоном. Если Роза ее чем-то одурманила, он поможет. Может быть, даже удастся ее разоблачить. Но к их приходу в лавке уже должен быть товар. Я продемонстрирую ей свои цветы-артефакты и постараюсь убедить, что лучше Розы. И еще безопаснее...

У Офелии загорелись глаза.

– Напомню Себастьяну, чтобы привез тебе мебель со склада. Так выйдет быстрее. А где ты достанешь цветы? Все-таки снова отправишься в Сады?

– Завтра я еду в порт, где можно закупить цветы подешевле, – сестра испуганно округлила глаза. – С лордом Гилдвеном, – сестра приложила ладонь ко лбу. – Офелия! Что за пантомима! – рассмеялась я.

– И Патрис с собой возьмите.

– Патрис своим простодушным видом сорвет нам все сделки. Ты сможешь завтра посидеть в лавке? Вдруг придет Рамон? Не знаю, когда мы вернемся, но мне нужно, чтобы ты уговорила его поучаствовать в нашей задумке. Скажи, что хорошо заплатим.

– Ладно. Дети к завтрашнему дню будут уже здоровенькие и не заразные. Возьму их с собой.

Кристиан на коленях у Патрис перевернулся на спинку и открыл один глаз. Подслушивал, хитрец.

– Любишь детей, Кристиан? – спросила я.

– Обожаю, – ответил пес и я понадеялась, что это была не ирония сейчас.

Я проводила Офелию и немного побродила по дому. Фамильяр бегал следом за мной хвостиком и подавал советы.

– Лавку нужно полностью подготовить к визиту леди Кларк. Как получу партию цветов, так сразу засяду за букеты-артефакты. Витрина и полки должны быть заполнены.

– А что если устроить встречу в саду? – предложил Кристиан.

– Умный песик, – я погладила его по голове. – Пойдем тогда, приберемся там.

Весь остаток дня и вечер я проработала в саду. Инструменты нашлись в небольшом чулане, там же обнаружилась и старенькая садовая мебель. Но ее ведь можно покрасить и обновить.

В воздухе был разлит аромат роз и уходить в дом казалось настоящим наказанием. Поэтому я не поленилась, выполола сорняки, разровняла тропинки, разложила декоративные камушки вокруг клумб. Подпитала силой кусты роз и настурций. Они сразу подняли головы, разрослись, закрывая стены и забор.

А вот чулан тоже нуждается в покраске. А то так некрасиво торчит посреди моего цветочного великолепия. Только как же его красить? Я одна не управлюсь.

Впрочем, спать все еще не хотелось и я решила поговорить с Кристианом о Лавинии.

Гилдвен Йорд

Гилдвен отложил очередную книгу и встрепал волосы на затылке. Шея затекла. Не привык он столько читать.

Элия, безумно грустный, скучал на окне. В разноцветных глазах застыла какая-то вселенская тоска и Гилдвен постучал себя книгой по лбу. Как же на душе погано. Он запретил драконенку вылетать из дома и бедняга впал в оцепенение. И, кажется, невзлюбил глупого пса Кристиана, который облаял его недавно.

Но самое паршивое, ответы в книгах Лавинии так и не находились.

Он снова посмотрел на дракончика и решил взять его с собой. Пусть развеется, бедолага.

Господин Райс ждал его в экипаже в Центральном городе, почему-то возле театра. Гилдвен забрался внутрь, захватив и Элия. Тот любил сидеть возле кучера на козлах, но сегодня было важно сохранить инкогнито. Гилдвен даже поднапрягся и набросил на себя и брата иллюзию – примитивную, но в этой ситуации сойдет.

Райс был невзрачным мужчиной с незапоминающейся, самой обычной внешностью. Идеальный шпион.

– Маттео Йорд уже несколько месяцев регулярно посещает театр. Появляется только на спектаклях, в которых играет Доминга Ар.

– Влюбился в актрису? – Гилдвен задумчиво погладил подбородок.

И все равно не сходится. Как увязать интрижку с актрисой и странную депрессию брата? Он, наоборот, должен летать как птичка и радоваться жизни.

– Боюсь, здесь все серьезнее, чем можно предположить, – произнес Райс. Его неподвижная физиономия не выражала никаких эмоций, и Гилдвен уже приготовился к банальной истории о приворотном зелье. Актрисы это любят.

– Говори.

– Лорд Йорд в последние месяцы в большом количестве покупает книги об истинных парах. Не новейшие издания, а древние драконьи романы. Знаете, такие, где любовь истинных воспевается в возвышенном ключе, – Райс повертел рукой, изображая возвышенность.

– Не имею привычки читать глупости, поэтому не знаю, что там писали в этих романах, – Гилдвен помрачнел, предчувствуя дурные новости.

– Среди прочей чепухи, романы призывают дев и юношей хранить чистоту души и тела до встречи с парой. Чтобы испытать единение с особенной остротой.

– И юношей тоже? – переспросил Гидвен.

Райс кивнул.

– Вот почему у него депрессия. Не может подкатить к актриске, так как бережет себя для истинной? – Гилдвен сам не верил, что обсуждает такое на полном серьезе.

– Все немного сложнее. По всей видимости, актриса и есть его истинная.

– К демонам! Пусть Ксандор этим занимается! – не выдержал Гилдвен. – Сегодня же вечером отчитаешься ему. И пусть проведет воспитательные работы с дурным мальчишкой. Актриса! Как такое могло случиться?

Элия запрыгал на сиденье и захлопал маленькими крылышками. Не братья, а сплошные недоразумения.

– Что насчет Рогера? – спросил он.

– Мои люди затаились в засаде и ждут случая, когда можно будет поймать его с поличным, лорд Йорд. Но у него много сторонников из низшего класса. Впрочем... – Райс замялся и почесал шею. – В последнее время у него появились защитники и среди аристократии, и среди торговцев. Странная ситуация.

– Однажды он ошибется, Райс. А мы будем на чеку.

– За Проклятыми болотами мои люди следят особенно старательно. Туда больше никого не водят, но возобновились грабежи на Большом тракте.

– Хорошо. Будьте бдительны.

Из здания театра показалась пара – Маттео под руку с темноволосой девушкой. Брат поддерживал ее очень бережно, во влюбленном телячьем взгляде плескалась бескрайняя нежность. Видимо, боялся представить актрису семье и мучился, хранил девственность.

Когда парочка скрылась из виду, Гилдвен вышел из экипажа и вытащил Элия. Дракончик за пару дней сидения дома заметно растолстел и идти самостоятельно на коротких лапах ленился. Гилдвен позволил ему взгромоздиться к себе на плечо и зашагал к лавке.

Он уже предвкушал завтрашнюю поездку в Русалочий порт. При мысли о путешествии настроение поднялось, а дракончик, словно почуяв радость брата, довольно заурчал. Гилдвен поднял руку, почесал его за ушком.

И снова подумал об Исабет Хорн. Гилдвен не считал ее невинной особой. Слишком самостоятельной она была. Проехала такой путь в одиночестве, затеяла выгодное дело, состояла в родстве с нимфами. Непонятно только, зачем с ним играла. Зачем подписалась на спор. Набивает себе цену? Ведь он чувствует, что нравится ей. Если бы не чувствовал, давно бы оставил в покое.

Но Исабет Хорн – загадка. И он хочет эту загадку раскрыть. Изучить необычную девицу как можно подробнее, чтобы не осталось никаких тайн.

Гилдвен вообще не любил тайны. Они его раздражали.

Дома дворецкий Карлис окатил его презрительным взглядом, а Гилдвен мстительно сгрузил ему толстуна дракончика.

– Покормите его на кухне. А где госпожа Хорн?

– Она в саду, милорд, – Карлис поджал губы и важно удалился, неся Элия на руках.