Мара Вульф - Волшебство лунного света

Что бы это не значило… когда вернётся Кэлам, я хочу уметь призывать свой свет. В моих грёзах я плавала вместе под водой, и наш свет растворялся друг в друге.

Майрон вырвал меня из моих мыслей.

— Эмма, ты вообще меня слушаешь?

Он понимающе улыбнулся. Может ли быть, что и вампиры тоже могут читать мысли? «Надо будет снова взять на вооружение этот способ с отгораживанием», — подумала я возмущенно. Немного неприятно, когда ни с того ни с сего кто угодно мог пройтись по моим самым интимным мыслям. Я тут же покраснела и покачала головой.

— Рейвен, ответь, пожалуйста, на мой вопрос, — обратился Майрон к эльфийке.

— Каждый народ вправе самостоятельно разбирать свои вопросы. Только если затронуты два и более разных народа, должен участвовать Большой Совет.

Майрон кивнул и продолжил рассказывать дальше по теме, когда Большой Совет имел право вмешиваться в разногласия между народами.

— Золотое правило, которое должны соблюдать все народы и каждый отдельный их представитель, звучит так: относись другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Только так возможно длительное и мирное сосуществование.

«Звучит, конечно, очевидно, но абсолютно нереально», — подумала я.

«Эмма, мы практикуем это уже несколько столетий, причём вполне успешно», — прозвучал в моей голове ответ Майрона. Рейвен не смогла сдержать смеха, однако когда я яростно посмотрела на неё, сжав губы.

— То есть это значит, что Элин так хотел погибнуть от рук моей матери, что убил и её, и Ареса с Марией? — спросила я с сарказмом

— Элин противопоставил себя законам нашего мира как минимум двумя убийствами. Но это, однако, не означает, что они из-за этого перестали быть действительными. Здесь речь идёт о решении быть предупредительными и о том, чтобы не добиваться своего счастья за счёт других. Я понимаю, что ты сердишься, Эмма, но таков наш жизненный уклад.

Я кивнула и решила не возражать.

Двумя часами позже я билась над тем, чтобы извлечь нечто большее, чем слабенькое мерцание, стоя в водах озера. Чем больше я старалась, тем больше я падала духом. У меня никогда не получится. Амия же легко создавала вокруг себя кольцо света диаметром около 4 метров. Свет, исходящий от неё, был подобен нежному светло-коричневому шоколаду. Я завидовала ей. Определённо, внутри меня не было покоя.

Гавейн мне посочувствовал.

— У тебя обязательно однажды это получится, Эмма. Я уверен, это будет прекрасный свет. У тебя глаза того же цвета, что и у Ареса, и его серебристый свет был абсолютно уникален.

Я благодарно посмотрела на него. Он взял меня за руку, но прикосновение было мне неприятно. Улыбку примёрзла к моему лицу. Я осторожно высвободилась и зашлёпала в сторону берега. Там я села в траву и стала наблюдать за теми, кто еще находился в воде.

— Её свет изумителен! — воскликнул чей-то голос рядом со мной. Я обернулась и посмотрела в посветлевшее лицо Миро. Его взгляд был прикован к Амии, играющей в воде со своим светом. Миро был единственным знакомым мне шелликотом, которого можно было назвать пухленьким. Также у него не было таких длинных и гладких волос, как у остальных, а светлые локоны длиной до плеч. Он был в нашей группе, но ни разу не обмолвился со мной ни единым словом.

Мне же часто бросалось в глаза то, как тоскливо он смотрел на Амию. Определённо, он был слишком застенчив, чтобы заговорить с ней.

— Подойди к ней и попроси её тебе помочь.

Он повернулся ко мне и слегка покраснел, покачав головой.

— Она… не станет со мной заниматься, — пролепетал он. — Я ведь… из совсем простой семьи, а она дочь короля…

— Да ей всё равно. Пойдём, спросим её.

Миро неохотно пошёл за мной к озеру и Амии. Там он остановился и красный, как рак, уставился на поверхность воды.

— Амия, не могла бы ты показать Миро, как ты это делаешь?

Она приветливо улыбнулась, он ответил ей скромной улыбкой. Таким смущённым он выглядел невероятно мило.

— С удовольствием.

Понаблюдав за ними и дождавшись, пока светло-зелёный круг света у Миро стал больше чем блюдце, я вернулась на берег. Я была лишней, Миро ловил каждое слово Амии, словно собачка рядом с хозяином.

Я грелась на солнце, сидя в траве. Через несколько минут Гавейн крикнул:

— На сегодня хватит! Мы еще немного поработаем над техникой ваших прыжков.

«Пусть у меня и не получалось ничего со светом, но зато мои прыжки весьма неплохи», — подумала я, чтобы взбодриться. По словам Гавейна я была природным талантом. Определённое количество прыжков было вторым условием, при выполнении которого молодой шелликот получал право участвовать в танцах полнолуния.

Кроме того, раз в год в Аваллахе проходило большое соревнование, и парни упорно соревновались между собой, чтобы принять в нём участие.

Я встала и пошла к берегу. Когда пришла моя очередь, я нырнула в воду как можно глубже. Сложный пируэт, который я придумала, мог получиться только при достаточном размахе. Он состоял из нескольких сложных вращений и мне понадобится около сотни попыток, пока оно получится нужным образом.

Но я обязательно хотела принять участие в этом соревновании, которое состоится уже через несколько недель. Хотя бы что-то должно у меня хорошо получаться, если уж с остальными заданиями я не справлялась. Прыжки были у меня в крови, это я поняла с первого раза.

Почувствовав необходимую мне глубину, я развернулась и с нарастающей скоростью ввинтилась в воду. Разорвав поверхность воды, я какое-то время крутилась в воздухе, затем сделала два переворота, прежде чем вытянувшись нырнула обратно в воду. Когда я вынырнула во второй раз, чтобы плыть к берегу, меня настиг гул восторженных аплодисментов. Я была не совсем довольна тем, как получилось, но зрителям понравилось.

— Эмма, это было прекрасно! — Амия побежала мне навстречу и протянула мне руку. — Я никогда в жизни так не смогу… — тут же жалобно добавила она.

К нам подбежал Гавейн.

— Эмма, с этим прыжком ты примешь участие в соревнованиях. Тебе нужно немного отшлифовать технику, и тогда он будет совершенным.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.

— Ты уверен, что хочешь меня допустить?

Гавейн рьяно закивал.

— Со следующего урока мы будем заниматься прицельными прыжками.

Затем повернулся к следующему, кто должен был прыгать. Я скептически разглядывала кольца, стоящие в воде на некотором расстоянии. Они были разного размера и расположены на разной высоте. В прицельных прыжках было важно пройти как можно больше колец при наименьшем количестве попыток. При каждом прыжке менялась высота и диаметр колец.