Сила феникса - Анастасия Сиалана

всего несколько недель не было в академии, а ты привела всех магов Замка к недееспособности. Что ты можешь сделать с беззащитными лисами, не хочу даже представлять, — он издевался, но заслуженно, из-за чего мне оставалось только недовольно поджимать губы. Я отнюдь не считала лисов безобидным. Особенно учитывая то, что в моей первой смерти виновато именно их племя.

Тайное место, о котором говорил вождь, оказалось обычной хижиной, которая ничем не отличалась от остальных построек деревни. Как говорится, если хочешь спрятать дерево, то спрячь его в лесу.

У меня было несколько предположений насчет драгоценности, которые я прокручивала в своей голове. Первым и самым очевидным была реальная драгоценность в виде алмаза или чего-то подобного. Вторым числилась книга или манускрипт с тайными знаниями или заклинаниями. Третьим предположением было какое-то магическое животное, по редкости и полезности превосходящее моего Филиппа. Однако реальность превзошла все мои ожидания. Стоило войти в основную комнату, как меня окатило запахом карамели и молока с ног до головы. Аромат был столь насыщенным и реальным, что в памяти всплыло воспоминание об ирисках «Золотой ключик» и «Коровка». Меня окутало теплом, домом и предновогодним настроением. В детстве мама всегда покупала ириски к Новому году и лишний килограмм «Коровки» для меня, чтобы я не охотилась за спрятанными сладостями всю неделю до праздника. Эти конфеты были моим любимым лакомством.

Я не знала, что меня ждало в комнате полной подушек и разных тканей, что свисали с балок и закрывали обзор на пространство. Не знала, но подсознательно чувствовала какое-то родство с тем, что находилось где-то за завесой прозрачных штор. Комната походила на тряпичный лабиринт, где легко можно было запутаться в тканях, но мне все равно было уютно находится там. Я даже не заметила, как оказалась впереди мужчин и с затаенным дыханием ловко пробиралась вглубь, будто точно знала, куда именно нужно идти.

Легкая желтая шторка отошла в сторону, ведомая моей твердой рукой, и я смогла, наконец, лицезреть ту самую драгоценность. Она сидела на круглом ложе в окружении игрушек и подушек и что-то увлеченно грызла.

— Ребенок, — выдохнула, даже не используя голос.

Передо мной по-турецки сидела рыжая девочка с растрепанными косичками и россыпью веснушек. В ее взгляде было лишь легкое удивление, но не более. В ногах ребенка стояла миска с колотой карамелью, которой, по всей видимости, и были забиты щечки малышки. На первый взгляд драгоценности было не более девяти. То, что это та самая ценность Алиса, а не случайно заглянувшая девочка, я не сомневалась. Меня будто магнитом тянуло к ней.

— Хей! Рыжий, ты кого-то привел с собой? — девочка задорно улыбнулась, заглядывая за мое плечо. — А она забавная, быстро нашла меня.

— Она такая же проблема, как и ты, — недовольно отозвался глава, вставая рядом со мной.

— Ауч! Это было больно для моей гордости. Разве не я должна быть занозой всей твоей жизни? — весело продолжила девочка, закидывая очередную порцию карамелек в рот. И как только не режет щеки о острые концы?

— Это место у тебя украли почти год назад, — насмешливо просветил девочку мужчина и встал прямо перед ложем.

— Полстолетия не заходил, так теперь еще и издеваешься. Ужасный из тебя друг, — и ребенок швырнул в главу горсть карамели.

— Была б моя воля, я бы вообще больше никогда тебя не видел, — мужчина был раздражен. — Друзья, это не про нас.

— Ой, ты все еще дуешься на меня за то, что привела по твою душу армию птиц? Вот же злопамятный лис.

— Ты привела пять армий, и пришли они по мою душу только из-за тебя, — напомнил Алис и сложил руки на груди.

— Марион, он меня обижает! — девочка внезапно кинулась к стражу и обвила руками его ногу. Здоровяк подхватил ребенка и усадил на свою могучую руку.

— Что, правда глаза колет? — язвительно бросил лис.

— Чертов лис! Разве я недостаточно наказана⁈ — взревела девочка, меча молнии в сторону главы.

— Мне всегда будет мало твоих страданий. Ты здесь не из моей милости, а лишь потому, что твое племя я ненавижу сильнее, чем тебя, — прошипел Алис почти в самое детское личико.

Я же в шоке стояла за спиной мага и наблюдала за разворачивающимися действиями. Девочка больше не казалось мне ребенком, по крайней мере ментально. Язвила и говорила вполне связно и на уровне взрослого. Стопки книг и исписанных красивым подчерком пергаментных страниц только подтверждали, что ментальный возраст малышки был гораздо больше физического. Она напоминала меня в процессе перерождения.

На последней мысли меня пробила дрожь. Лицо малышки было мне знакомо. Нет, не просто знакомо, оно было мне родным, привычным и столь дорогим. Это было лицо девочки в моем выпускном альбоме за начальную школу. Она не была рыжей в моем мире, всего-то русой, с голубыми глазами, вечными косичками и большой любовью к ирискам. Особенно к «Коровке». Передо мной была я сама в десятилетнем возрасте.

— Лицемер, — с совсем не детской улыбкой произнесла девочка. — Что, одного феникса мало для коллекции?

Я не видела лица Алиса, но то, как напряглась его спина и шея, а Марион практически закрыл наглую девочку своей спиной, свидетельствовало о тихой ярости главы.

— Алис, прошу, она и так выходила из младенчества почти триста лет. Ее рост только ускорился, — Марион практически умолял, и я понимала, почему.

— Не испытывай мое терпение, Хлоя. Между тобой и вечным детством стоит только он, — глава кинул острый взгляд на стража, после чего резко развернулся и вышел из комнаты, срывая все ткани на своем пути.

— Ты феникс, — я даже не спрашивала, утверждала.

— Не в своей лучшей форме, но да, — хмыкнула девочка. — Как и ты? Все еще перерождаешься? Сильный голод? — тараторила она.

Она ловко соскочила с рук Мариона и подбежала ко мне, предварительно схватив горсть карамелек. Ответ Хлою мало волновал, она будто просто озвучивала свои мысли в виде вопросов.

— Держи, — она взяла меня за руку и высыпала на ладонь свои сладости. — Карамель дает много энергии и сильно уменьшает голод. Удивлена, что рыжий тебе еще не сказал об этом.

— Ее период составляет всего два дня, — поделился информацией страж. Он все больше пугал меня своей осведомленностью.

— О! Так это твоя третья жизнь! Меня тогда зарубили мечом? А, нет! Тогда меня средний братишка скинул с утеса. Так я в море чуть и четвертую жизнь не потеряла, но Мори меня спас, — Хлоя посмотрела на здоровяка с такой нежностью и благодарностью, что в личности этого самого Мори можно было не сомневаться.

Чувствую, за всеми этими обидами, смертями и привязанностями стоит не одна захватывающая история. И мне не терпелось услышать их все. Просто потому что я нашла саму себя в этом мире и совершенно не хотела расставаться. Прошлая жизнь Хлои будто была моей, и я чувствовала, что имела к ней особое отношение.

— Кстати, ты уже выпустилась из академии? — неожиданно спросила девочка.

Марион тяжело вздохнул и провел ладонью по лицу. Я сразу ощутила себя так, будто где-то напортачила.

— Я первокурсница.

— А где разрешение на выход? — феникс повернула мое запястье внутренней стороной к себе и задумчиво на него посмотрела.

Чертов лис! Он провел меня!

Если раньше Алис мог только предполагать, что я могу выходить за пределы купола без разрешения, то теперь знал это точно. Мне даже кажется, что он взял меня с собой к лисам только для того, чтобы это проверить. Видимо, Филе он метку поставил пока я не видела, из-за чего я даже не сообразила, что мне нужно было притвориться и выпросить разрешение. А ведь мы стояли несколько минут перед барьером, ожидая, пока все войско покинет гору с распоряжения Алиса. У меня была возможность скрыть свою способность, но я ее так глупо упустила. Интересно, лис специально мозг мне разжижил поцелуями, чтобы все рациональные мысли покинули мою голову?

За такими мыслями меня и застал Филя. Малиоль влетел в дом маленьким тайфуном и тут же спрятался за моей спиной. Следом вбежали два лиса в обычной сельской одежде и без оружия. Я не сразу поняла, что меня смутило, однако стоило менеджеру заговорить, как все стало на свои места.

— Спаси меня! Они хотели скормить мне сено и спарить с местной козой! — визжал как ребенок Филя и сжимал