Из-под палочки (СИ) - Юлия Борисовна Жукова

им сказала, что мы тут с подругой пьём, но они могут посидеть с нами, если не будут мешать, — пояснила Лиза Алисе с довольным видом. У той немного потемнело в глазах от такой наглости — это же Алиса всегда всем мешает, а не ей! Но Лизе, наверное, можно…

Хозяин меж тем принёс соединительную подставку, в которую Лиза поставила свой телефон, и вскоре прямо на стене печки возникло изображение брата с гитарой. Алиса невольно втянула жаркий воздух. Она давно не открывала папку с этими сокровищами.

Дверь снова стукнула, впуская ещё посетителей. Алиса вся напряглась: придётся ли Лизе теперь каждый раз отрываться и объяснять ситуацию? Но оказалось, что первые уже всё передали вторым, и те тихонько расселись в углу в ожидании, когда хозяин закончит настраивать звук и придёт их обслужить. Алиса немножко умирала в душе от мысли, что ради её прихоти кто-то должен ждать, но Лизу это ничуть не заботило, а она тут главная, так что Алиса терпела.

И тут голос брата полился из динамиков, и Алиса забыла всё на свете. Бархатный поток петлял и журчал, возносился под небеса и падал в океанские глубины. Алиса знала каждое слово, каждый неуловимый завиток произношения, они отдавались ритмом у неё в костном мозгу, приближенные, подробные, как никогда не были вживую. Она знала, что на втором припеве Шинскэ вот так мотнёт головой, а на третьем вот так ухмыльнётся. Она знала на память все осечки, точно помнила, где брат не попадёт по струне, а где забудет слово.

Где-то на середине бутылки она не удержалась и начала подпевать. Сначала беззвучно, потом шёпотом, потом тихонечко, и тут это заметила Лиза. Алиса сначала испуганно замолчала — нехорошо перекрывать магический голос брата своими потугами, но Лиза ухмыльнулась и тоже стала подпевать. Частично мимо нот. Алиса решила, что раз Лизе так норм, то и ей тоже. И они заголосили. Где-то на периферии сознания Алиса слышала, что дверь открывалась и закрывалась, а шума в зале становилось всё больше, но её это уже не заботило.

Глава 8

Эндан изо всех сил пытался наслаждаться игрой в бараньи. Он правда любил это занятие. Но в трактире было шумно и душно от табачного дыма, свет слепил глаза, а Эндан хотел спать. В поезде прошлой ночью как-то не удалось нормально выспаться — сначала всё думал, не пойти ли проверить, как себя ведёт проклятая рыжая стерва, не ходит ли опять голая по вагону или ещё чего… Но ведь она снова начнёт его соблазнять. А ему никак нельзя. Просто наказание какое-то… И чай у заразы такой вкусный… Земляне вечно пьют невыносимую бурду, но, конечно, именно эта разбирается в хорошем чае. Нет, если он снова почует эту смесь имбиря и сладкого цитруса, он точно у неё в каюте и заночует. Нельзя.

Поэтому Эндан вертелся, пытался читать, слушал подкаст про бизнес-культуру Арея и считал морских драконов. Драконы пахли имбирём и сладким цитрусом.

Эндан как раз выиграл раунд и собрался пойти спать, когда ему внезапно позвонил Ахмад-хон.

— Что случилось? — спросил Эндан, тут же выскочив на улицу, чтобы не говорить при посторонних. В таком часу Ахмад-хон по хорошим поводам не звонил.

— А, не пугайся. Просто Лиза решила со своей подружкой посидеть в трактире, и я только что обнаружил, что в домашнем баре нет двух бутылок вина. Оно, конечно, земные женщины нашим не чета в этом плане, но всё-таки… две бутылки… Может, присмотришь за ними? А то как бы по улицам гулять не пошли потом или не полезли куда-нибудь на спор.

У Эндана с первой фразы волосы начали вставать дыбом, а при мысли о том, что чокнутая Алиса готова отколоть на спор… Да тут город бы выстоял!

— Вас понял, — быстро сказал Эндан. — Локация?

— Скину координаты сейчас, — усмехнулся Ахмад-хон. — Ты… без фанатизма. У Лизы тяжёлый месяц на работе выдался, ей надо проветриться, это я так, для подстраховки.

— Так точно, — отрапортовал Эндан и двинулся по навигатору, на ходу печатая сообщение брату, что работа настигла — без подробностей, а то ведь Эсарнай, чего доброго, захочет присоединиться к землянкам, а телефон Экдал от неё не паролит, Ирнчина на него нет!

В маленьком трактире под гордым названием «Красавец» за тремя столиками у двери сидели компании местных — скорее всего, тех, кто пришёл закусить концерт. А вот у дальнего края зала, рядом с печкой, кутили Алиса и Хотон-хон. Им уже было хорошо — расположились в расслабленных позах на больших подушках и валиках и громко подпевали какому-то мужику на изображении с прожектора. Мужик был такой красивый, что Эндан почувствовал желчь у основания языка, да ещё и пел каким-то просто божественным голосом.

— Гость-хон, — обратился к нему учтивый хозяин, — сегодня вечером наше заведение осенила своим присутствием Хотон-хон. Она великодушно разрешила другим посетителям остаться, но при условии, что ей не будут мешать.

— Я от Ахмад-хона, — машинально ответил Эндан и предъявил знак министра. — Присмотреть за ней.

Хозяин кивнул — с плохо скрытым облегчением и предложил Эндану занять столик в тени от двери в кухню с хорошим видом на женщин.

Пока они разбирались, песня кончилась и лицо мужика на экране застыло.

— Что у тебя ещё есть? — Алиса перегнулась через стол и заглянула в телефон Хотон-хон, стоящий на дистрибуторе. У Ирнчина бы сердце прихватило от такого. — О, давай «Прощание с морем».

— Надо салфеток побольше попросить, — заметила Хотон-хон.

Алиса включила другое видео — чуть-чуть иной ракурс, более тёмный фон, но тот же мужик. Запись была явно не профессиональная, кто-то держал телефон на весу, света маловато, но тем драматичнее зазвучали первые слова, когда песня полилась. Хотон-хон чувственно вздохнула, а Алиса закинула в себя содержимое довольно большой винной чашечки.

Эндан набрал Ахмад-хона.

— Что-то не так? — насторожился тот.

— Они смотрят видео с каким-то мужиком, — сказал Эндан, не сводя взгляда с мечтательного выражения на лице Алисы. — Одно за другим. И бурно выражают восхищение.

— Что за мужик? — скорее удивился, чем возмутился Ахмад-хон. Но он вечно своей женщине прощал всё, что угодно.

Эндан включил камеру и показал ему несколько кадров. Ахмад-хон хмыкнул, из трубки раздались щелчки клавиш, как будто он тут же рядом с телефоном стал что-то набирать на буке.

— Вы знаете, кто это? — поинтересовался Эндан. Если бы Ахмад-хон запустил распознавание лица, ему бы не понадобилось ничего набирать на клавиатуре.

— Да, это полковник Юмэда, вот только почему… А, я всё понял. Полковник Юмэда и есть пропавший брат Алисы-хон. Я не знал, что он пел.

Эндан покосился на экран. Парню на видео было далеко до полковника.

— В юности, наверное, — прокомментировал