Крепость демона 2 (СИ) - Фред Винни

– Мой опыт в профессии и в жизни даёт мне право говорить правду, которую я вижу каждый день, из года в год. Эльфы приходят к целителю душ, если им кажется, что в жизни их семьи стало слишком мало ярких переживаний, а люди решают обратиться к специалисту по отношениям только тогда, когда у обоих уже критические разрушения личности и психосоматические осложнения по всему организму, они годами убивают себя и друг друга, калеча своих детей и не видя в этом проблемы. Это просто разный уровень чувствительности, с этим нужно родиться, научиться этому нельзя. Точнее, можно, но человеческой жизни на это не хватит. И когда ты считаешь, что у вас с супругой проблемы в постели, я скажу тебе – ты дальше постели просто не видишь, ты на это не способен.

Алан пытался не показать, как его это зацепило, но сказал прохладно:

– Я тоже долгоживущий, мне полторы сотни лет.

– Прекрасно, – улыбнулся Николас так, как будто хотел рассмеяться, но считал это некультурным и поэтому сдержался, – значит, у тебя есть время. Оставь жену в покое и подумай о своей жизни и своём месте в её жизни, лет пять-десять подумай, если очень спешишь. Лучше двадцать. А ещё лучше – сто.

Алан закатил глаза, уже видя, что над ним откровенно издеваются, фыркнул:

– Отличный план. Я её на час оставить в покое не могу, какие пять лет? Я тогда точно чокнусь.

Николас резко перестать играть доброго дядюшку и сказал очень серьёзно, с долей обвинения:

– Ты не обязан меня слушаться, ты взрослый мужчина со своей головой на плечах, и полной ответственностью перед своей жизнью. Но жена твоя – юный цветок, настолько хрупкий, что ты, со своей легкомысленностью, можешь его искалечить необратимо, и совершенно незаметно для себя. Я понимаю, что тебе бы этого не хотелось, но тебе не хватает опыта и душевной мудрости для того, чтобы этого избежать. И, тем более, этого не хватает твоему брату.

Алан усмехнулся и опустил глаза:

– Никси...

– Моя дочь – драгоценность, которую подарила мне моя безгранично обожаемая жена, пожертвовав ради этого огромной частью своего здоровья и душевных сил, я смотрел на свою дочь внутри неё с того момента, как её стало возможно рассмотреть, она была с жемчужину размером, и с этого момента и до конца вечности я вкладывал и буду вкладывать в неё всё лучшее, что у меня есть, потому что я чувствую её радость как свою, а её боль – как боль своей жены. Мне полторы тысячи лет, и я не всегда был целителем душ, у меня есть некоторый полезный опыт в совершенно других областях знаний. И если однажды я почувствую, что моя дочь не расстроится, внезапно узнав, что твой брат бесследно исчез... У моей семьи станет на одну досадную проблему меньше.

Алан опять усмехнулся и промолчал, не поднимая глаз. Николас тоже усмехнулся и сказал, как приговор:

– Ты думаешь, что отец Лейли беден, стар и слаб. И это говорит о том, что ты заботишься только о себе. Я рассказал тебе это не для того, чтобы напугать, а для того, чтобы ты представил отцом себя. Но, вижу, от тебя это бесконечно далеко. Тебе рано думать о браке, Алан, не пори горячку, долгоживущим это всегда выходит боком. Сеанс окончен, если ты считаешь, что это было время, потраченное впустую, можешь не платить.

– Щедро, – поднял брови Алан, Николас посмотрел на него с жалостью:

– Это не исключение для тебя, это моя обычная практика. До свидания, Алан. Иди и сделай со своей жизнью то, что считаешь правильным, и постарайся в процессе не сломать чью-нибудь чужую. Удачи, выход там, – он взял грязную чашку, мокрое полотенце, пустую чашку Алана, и пошёл в сторону двери. Алан остался сидеть неподвижно, глядя на свои руки, как на что-то очень странное и опасное.

Николас остановился у двери, обернулся, с жалостью посмотрел на пациента и опять изобразил доброго дядюшку:

– Остались вопросы?

– Нет.

Николас открыл дверь и изобразил позу смиренного ожидания. Алан встал и пошёл к выходу. Николас смотрел на него, пока он шёл, а потом с болью поморщился и закрыл дверь перед его носом. Обречённо вздохнул и сказал:

– Ладно, я кое-что добавлю. Сфокусируй мозг и хотя бы запомни, если ты сейчас не в состоянии понимать. Готов? – Алан кивнул, Николас сказал медленно и чётко, как будто диктовал конспект: – Тот конфликт сил, о котором она говорила. Я же тоже инкуб, Алан. И я, как и ты, привык находить жертву, ослеплять своим великолепием и питаться её восторгом, это наша суть. Но проблема в том, что Тёмный Вестник делает, по сути, то же самое – находит жертву, пугает и питается её страхом. Силы страстей очень близкородственные, божественная и демонская по частоте очень близко, и когда вы пытаетесь делать жертву друг из друга, вы как двухголовая змея, которая пытается убить этого досадного конкурента рядом, и умирает. Не понимаешь? Секс без любви – это когда ты берёшь то, что хочешь получить. А при сексе с любовью ты даёшь, добровольно и безвозмездно отдаёшь то, что хочешь, чтобы получил твой партнёр. А отдавать силу противно жадной демонской природе, демон при любом контакте вытягивает чужое, а не своё отдаёт. А вы демоны оба, мало того, вы иерархи, вы сожрёте любого, кто попытается с вами контактировать – это ваш основной инстинкт. Любовь идёт с ним вразрез, она не логична, её у демонов не было, так эволюционно сложилось. Вы оба, и ты, и Лейли, унаследовали способность любить от эльфов. У эльфов всё наоборот. Подумай об этом. Ты меня слышишь?

Алан смотрел в пол с того момента, как встал с дивана, но теперь начал медленно поднимать глаза. Схватился за голову и простонал:

– Почему я не пришёл раньше...

Николас вздохнул и положил ладонь ему на плечо:

– Этот вопрос задают себе многие. Скажи себе спасибо за то, что пришёл хотя бы сегодня, и действуй оптимально в существующих обстоятельствах.

– Звучит жестоко, – мрачно усмехнулся Алан, Николас медленно кивнул и прошептал:

– Ещё как. Ты имеешь право бросаться любыми словами, в Содружестве свобода слова. Но будь готов встретиться с последствиями, когда случайно брошенное семя прорастёт непролазным лесом. Такова реальность вечных, Алан, это главное, чем мы отличаемся от маложивущих – смерть не спасёт нас от последствий наших действий, поэтому мы должны уметь молчать и бездействовать, если не уверены в своей правоте на сто процентов. Будь я младше на пару просветлений, вас обоих уже не было бы в живых, и крепости вашей не было бы, и всего Мира демонов. Но я даю вам возможность реализовать ваш мизерный шанс изменить мир к лучшему.

– Мизерный шанс может сработать? – с нервной улыбкой спросил Алан, Николас уверенно кивнул:

– Я видел, как случается невозможное, столько раз, что в принципе не использую это слово. Всё возможно. Если что-то пока не случалось, это значит всего лишь то, что оно не случалось, пока ещё. Даже самое жалкое создание Творца может изменить все его творения. Габриэль это доказал, в него никто не верил, даже я, мне теперь стыдно за это. А он взял и перевернул мир. А ведь он даже не эльф, он вообще не выглядел как что-то выдающееся, такой обычный. Он весь мир научил никогда не недооценивать никого. В том числе, себя.

Алан опустил глаза – этот эльф видел слишком многое, и щиты против него не работали. Николас сжал его плечо сильнее и сказал чуть более добрым тоном:

– Докажи мне, что я не зря сегодня в пять утра вытащил себя из постели любимой жены и притащил сюда. Не торопись, у меня полно времени, я подожду. Иди отсюда, – он хлопнул его по плечу, открыл дверь и подтолкнул наружу.

***

Глава 70, 13й день брака, счастливый

Понедельник, 12 октября, Грань Тор

У мамы в отеле я выпила чай, послушала новости Грани Эль, и соврала, что мне срочно нужно в общежитие. Мама дала понять, что не верит, но удерживать меня не стала – она вообще никогда никого не удерживала, я впервые в жизни это оценила.

Звук в телефоне я отключила ещё в карете, сообщения стали приходить сразу же после того, как мы ушли, но я открыла их только в общежитии, в половине шестого утра.