Навечно твой (ЛП) - Сэндс Линси

К всеобщему облегчению, всего пару мгновений спустя Матиас замедлил ход, приближаясь к подъездной дорожке к красивому дому в стиле ранчо, который, по ее мнению, мог быть облицован светло-коричневым кирпичом. Она не была уверена. В то время как улучшенное ночное зрение позволяло бессмертным видеть относительно ясно в темноте, с цветами дело обстояло не так хорошо. Но благодаря ночному видению и тому факту, что подъездная дорожка шла вверх по краю участка на добрых тридцать футов в сторону от дома, Бет смогла увидеть, что, хотя передний двор был маленьким и аккуратным, задний двор был просто огромен. Более чем достаточно места для большого гаража на шесть машин и пристроенного к нему флигеля.

Подъездная дорожка пролегала рядом с домом и мимо него к этим зданиям, но было также ответвление, которое шло вдоль фасада дома. Матиас повернул к ней и подвез их к входной двери, прежде чем остановиться.

В ту минуту, когда Матиас выключил двигатель, громкая хриплая музыка стихла. Донни тут же откинулся на свое место.

«Чувак, мы добрались!» — воскликнул он, как будто они могли пропустить этот факт. «Я действительно был потрясен. У тебя отличный музыкальный вкус, Матиас. Ты должен мне это записать, а? Открыв боковую дверь внедорожника, он выпрыгнул с заднего сиденья и побежал к задней части автомобиля.

— Ты позволила ему выпить кофе, не так ли? — с отвращением сказал Скотти.

— Эспрессо, — поправила его Бет. «И нам лучше знать, как он отреагирует на это сейчас, чем на работе. К счастью, у него есть много времени, чтобы избавиться от этого. У нас сейчас небольшой отпуск, — напомнила она ему с улыбкой.

— Отлично, — сказал Скотти, выходя из машины вслед за молодым человеком. Бет не могла не заметить, что его голос не был радостен.

«Этот Скотти, он сварливый старый пень, не так ли?» — прокомментировал Матиас, отстегивая ремень безопасности. Затем, улыбнувшись ей, он добавил: «И у него есть виды на тебя».

Бет замерла, выбираясь из машины, и дернулась, чтобы с тревогой посмотреть на него. — Нет.

Матиас только усмехнулся и медленно кивнул. — Да, да. Он хотел оторвать мне голову в аэропорту, когда ты была у меня на руках. Виды определенно есть.

Бет нервно оглянулась на заднюю часть машины, чтобы убедиться, что Скотти ничего не слышит. К ее большому облегчению, она увидела, что Донни болтает, и надеялась, что Скотти не сможет услышать их разговор. На всякий случай, она решила, что ей лучше говорить тихо. Повернувшись к Матиасу, она прошипела: — Ему восемьсот с лишним лет, дни секса, увлечений и прочего давно миновали. Ему нечем меня порадовать. И если ты скажешь, что это не важно, я выцарапаю тебе глаза, подожду, пока они отрастут, а потом снова выцарапаю.

Старая угроза лишь заставила Матиаса рассмеяться и покачать головой. Однако он довольно быстро вышел из машины и поспешил присоединиться к мужчинам в задней части внедорожника. Он, вероятно, надеялся, что на людях он будет в безопасности, с отвращением подумала Бет, выходя следом за ним.

— Итак, спален всего три, — сказал Матиас, когда она присоединилась к мужчинам. — Двоим, придется делить постель.

Бет нахмурилась из-за его двусмысленного тона и того, как он двигал бровями, переводя взгляд с нее на Скотти. Она действительно должна выцарапать ему глаза, мрачно подумала она, но просто сказала: «Скотти и Донни могут жить вместе».

«Если у нас три спальни, почему мы должны их делить?» — спросил Донни. «Бет может взять одну. Скотти может занять другую. И мне третья комната. Это три спальни. Все хорошо. Три спальни это хорошо. Идеально. Как будто это было сделано для нас троих. Три спальни, три человека.

— Три спальни и четыре человека, — поправил его Матиас. «Одна спальня уже моя. Итак, как вы делитесь».

— Отлично, — прорычал Скотти, вытаскивая из багажника внедорожника большую кожаную сумку.

«Все хорошо. Правда. Все будет хорошо. Мы можем потесниться. Я хороший сосед по комнате. Я не храплю. Ты храпишь? Не бери в голову. Это не имеет значения. Отлично. Все будет хорошо. Мы в порядке, — выпалил Донни отрывистыми предложениями, следуя за Скотти в дом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

«О,

Si

, Скотти, у него есть эта штука для тебя, и она у него хорошая», — с восторгом сказал Матиас, когда они смотрели, как двое мужчин исчезают в доме.

«Почему?» — с раздражением спросила она, вытаскивая одну за другой сумки и начиная вешать их на плечи. — Зачем ты вообще это придумал?

— Потому что он не убил тебя за то, что ты дала Донни выпить эспрессо. Хотя он знает, что сегодня вечером он застрянет с этим человеком.

Бет попыталась сдержать хмурый взгляд. Она действительно знала, но ничего не могла с собой поделать, и выражение ее лица дрогнуло, когда смех сорвался с ее губ. Она быстро прикрыла рот и покачала головой. «Это не смешно. Донни сведет его с ума».

— Нет, — сказал он. Взяв две ее сумки, он напомнил ей: «Мы идем танцевать. Донни может избавиться от кофеина на танцполе, и у меня наконец-то снова появится настоящий партнер по румбе. Воистину, Chiquita, здешние девушки не умеют танцевать.

«Танцы. Верно. Я забыла об этом, — с улыбкой сказала Бет, когда они направились в дом.

— Забыла о чем? — спросил Скотти, встречая их у входа. Его руки были пусты, и Бет взглянула мимо него и увидела, что он поставил свои сумки на пол сразу за дверью первой комнаты слева, маленькой гостиной, оформленной в землистых тонах и обставленной мягкой мебелью.

«Что мы идем танцевать, и Донни сможет избавиться от кофеина на танцполе», — объяснила Бет.

— О Боже, да, — с облегчением сказал Скотти. «Если мне придется делить комнату с парнем, болтающим так, как сейчас, я убью его».

— Кстати, где он? — спросила Бет.

«Эй-эй! Я нашел кухню!» В ответ послышался голос Донни из задней части дома. «Кто-нибудь еще хочет крови? Я нашел холодильник. И еда! Хорошая еда! Сыр и колбаса. Взбитые сливки. Дип (соус) тоже. Я люблю дип. А чипсы есть? Боже, это отличная вещь. Вещи, которых у меня не было с тех пор, как я начал тренироваться. Болоньезе и салями! Нарезанная копченая индейка! Я мог бы сделать нам Догвуды (Dagwoods(разновидность сэндвича))!

«Болоньезе?» Бет недоверчиво посмотрела на Матиаса. — Твоя мать пристрелила бы тебя даже за то, что ты принес весь этот хлам в дом.

— Но это вкусно, — беспомощно сказал Матиас.

«Ух ты! Посмотрите на задний двор. Он огромный!» Донни заплакал, а затем взволнованно спросил: «Там сзади собаки? Чувак, они прекрасны. Все еще страшные, но, наверное, хорошие собаки. Они просто выглядят страшно. Верно?»

«Собаки?» — спросила Бет, подняв брови. Матиас всегда хотел собаку. Но его мать, тетя Джульетта, думала, что они грязные и вонючие, и не позволяла ему иметь их, пока он рос.

«

Si

». Матиас просиял. «Два добермана. Они прекрасны. Я отпускаю их на улицу только тогда, когда меня здесь нет, чтобы они не испортили мебель. Один из них, Чико, пытался съесть диван, когда я оставил его дома одного на пару часов, так что теперь они должны ждать в конуре, пока я не смогу быть с ними».

— Понятно, — сказала Бет и покачала головой. — Тетя Джульетта еще не навещала тебя здесь, не так ли?

—

Si

, — заверил он ее. «Мама была здесь дважды, но у меня была подруга, которая забрала собак, пока она была здесь оба раза».

Звук хлопнувшей двери заставил всех троих бросить взгляд в сторону задней части дома.

Подняв брови, Скотти направился по коридору, а Бет следовала за ним по пятам. Справа было несколько дверей, каждая из которых, казалось, вела в спальню. Но слева был только один дверной проем, и он находился в дальнем конце зала. Они со Скотти зашли в гостиную, которая занимала ближнюю часть большого открытого пространства, а другую половину занимала кухня. Она заметила дверь, которая тут же захлопнулась. Она была в дальнем углу со стороны кухни, но она не подошла к ней. Вместо этого она смотрела в большие окна, которые, казалось, составляли заднюю стену дома. Через них она могла видеть огромный задний двор, две хозяйственные постройки и Донни, бегущего к конуре, где два красивых добермана-пинчера прыгали за забором, возбужденно лая при приближении рыжеволосого мужчины.