Паутина дорог (СИ) - Дана Канра

разводили овец, делали из их молока сыр. Летом они выращивали овощи, а осенью собирали яблоки и груши. Часть продуктов отправлялась на их стол, остальное Лилиана продавала по выходным на рынке. Вырученные деньги шли на безбедную жизнь ведьм.

Всего их жило в замке около пятнадцати человек. Ведьмы разного происхождения бежали из домов с дочерями и пожилыми матерями. Кто-то приходил, кто-то уходил, а потом возвращался. И все это происходило под строгим оком городского правительства.

Стражники и тайная королевская жандармерия строго следили за каждым действием Лилианы и двух ее незнатных подручных, ища в их делах ошибки. Приходилось раз в месяц отправлять в мэрию заполненные бумаги с отчетностью о том, откуда простая работница госпиталя добывает средства на содержание беглых ведьм, и на что она их тратит.

Лилиана очень уставала от такой невыносимо тяжелой жизни. Годы брали свое. И поэтому, когда приехала Дейна, женщина испытала большое облегчение.

— Дочка, хватит тебе рассиживаться без дела, — решительно сказала Лилиана в середине месяца Татина. — Мне нужна помощь.

В этот день утро выдалось ясным, солнце ярким, а день — безветренным. Дейна сидела за столом, уплетая яичницу, и собиралась почитать после завтрака. Материнские слова загнали ее в тупик. Но с другой стороны Лилиана сказала все абсолютно правильно. Девушка сама утомилась от долгих посиделок дома. Пора потихоньку вылезать из уютного кокона.

— Я помогу, мама, — произнесла Дейна неуверенно и невнятно.

* * *

Особых навыков в ведьминском приюте не требовалось. В основном Дейну ждала хозяйственная работа: мытье полов, посуды, уход за маленькими детьми и обучение их магии, пока матери занимались работой. Все это забирало уйму сил и времени, но зато Дейна наконец-то перестала чувствовать себя бесполезной и ненужной.

Месяцы катились вперед одни за другим.

Постепенно из ее памяти исчезли все мысли о Наоки.

Дейна все так же мечтала о приезде Леона, но он не торопился.

Нельзя сказать, что он совсем ее покинул. Несколько раз в год юноша присылал красивые и чувственные письма, рассказывая о своей любви и извиняясь за кривой почерк. Мол всему виной рантеранский палач, сломавший ему пальцы. Дейна не обращала внимания на такую малость, и хранила каждое письмо в своей старой тетради с рассказами.

В двадцать пятый месяц Сикстиса, когда ей исполнилось девятнадцать лет, Леон приехал на ее улицу, чтобы поздравить с днем рождения.

Дейна сидела за кухонным столом, одетая в брючный костюм из зеленого бархата — подарок Лилианы — и резала шоколадный торт. Сидевшие за столом мать и бабка о чем-то тихо переговаривались, пока тяжелый взгляд старой Софии не упал на нож.

— Куда такие крупные куски режешь, бездельница? — проскрипела несносная ворчливая ведьма. — Мы тебе что — лошади с огромными пастями?

Не успела Дейна ответить, как раздался громкий стук в дверь. За несколько минут до этого она с замиранием сердца слушала стук копыт, о котором мечтала все эти месяцы, и, наверное, поэтому, у девушки дрогнул в руках нож.

— Это ко мне! — воскликнула она радостно, и помчалась в прихожую, оставив свое дело.

— Беги уже, оглашенная, — вздохнула ей вслед бабушка. — А уж нарезала-то… Шлюхам из убежища, небось, лучше еду подаешь.

— Мама! — возмутилась Лилиана. — Что вы несете? Какие шлюхи?!

— А такие, — скривилась старуха. — Порядочная женщина от мужа не уйдет.

— В таком случае ваша дочь — шлюха, — кинула Лилиана с презрением и отвращением. — Да и вы сами грешны. Думаете, я забыла, как вы с отцом расходились…

Вместо ответа София шлепнула по столу сморщенной, но все еще сильной рукой. Зазвенели чашки на блюдцах, опасно закачался молочник, наполненный до краев сливками.

— Поучи еще мать, как ей разговаривать, пигалица! И не было ничего у нас такого с твоим отцом…

— Как же, не было, — с горькой обидой сказала Лилиана. — Вы просто ничего не помните.

* * *

Выбежав из дома, Дейна сразу угодила в объятия Леона. Ее сердце пело, душа радовалась, и она даже не постеснялась поцеловать Леона в щеку.

— Ой, — он забавно смутился и чуть покраснел. — Я так рад тебя видеть, Дейна!

— Я тоже. Ждала тебя…

— Прости. Герцог с головой завалил меня делами, да и в поместье скопился ворох проблем.

— Тогда, — теперь пришел черед Дейны смущаться, — и ты прости меня.

— За что?

— Я не могу пригласить тебя в гости, — девушка боязливо оглянулась на дом. — Моя бабушка очень з… сердитая.

Если Леон и огорчился до слез, то не подал виду, и только улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

— Ох, ничего страшного. Давай тогда сходим завтра в пекарню… в соседнем квартале?

Мысленно Дейна поблагодарила юношу за внимание и чуткость. Ее исцелявшейся душе не пойдут на пользу губительные и болезненные воспоминания о семье Сино. Если наступит однажды подходящий день и случай, она отблагодарит Райто за спасение. А пока им лучше не видеться вовсе.

С этого солнечного и теплого дня отношения Дейны с Леоном стали наполняться заботой, теплом, и взаимной любовью.

Осень наступила нежданно-негаданно. Щедрое золотое тепло сошло на нет, вместо него природа позолотила листву деревьев и кустов. Повеяло холодными ветрами, перелетные птицы заволновались и закружились в небе, собираясь в стаи. Иногда они

У сироты Леона, которому приходилось вести дела поместья и графства в одиночку, прибавилось работы. Крестьяне ворчали из-за слишком высоких налогов, слуги работали спустя рукава, управляющий оказался сущим пройдохой и хитрил с деньгами, отчетами, расписками. Единственным человеком, который мог со всем этим разобраться, был Леон.

— Я прошу тебя не переживать и не тревожиться, — негромко сказал он Дейне в их последнюю встречу. — С тобой случились ужасные беды, но они совершенно точно не повторятся.

— Откуда ты знаешь? — рассеянно спросила она, пытаясь поверить его словам.

— У меня сильная интуиция.

Леон лукавил, Дейна понимала это в глубине своей настороженной души, но не стала заострять внимание. Боль из-за потери Наоки давно отлегла от истерзанного девичьего сердца, а значит, можно жить дальше. Никто не упрекнет и не осудит ее окрепшую любовь к Леону.

Привести его домой и познакомить с матерью девушка все еще не решалась. Лилиана напористая и уверенная в себе женщина, она может настаивать на скором браке, чем спугнет Леона. Дейна боялась такого исхода, хоть и понимала, что после смерти Наоки ее пугает любая мелочь. Надо с этим что-то делать. Страх не поможет ей в беде. А ведь скоро нужно вернуться под начало герцога Виенто.

Новенькие блестящие ботинки из драконьей кожи успели намокнуть, к носам прилипли оранжевые листья. Задумчиво глядя на них, Дейна вяло размышляла, действительно ли