Дикая. Дочь каганата (СИ) - Вериор Лика

— Возвращайтесь к себе. Если вы так яро нуждаетесь в женской ласке, вы прекрасно знаете, к кому за ней обратиться. Только проверьте для начала, кто был с вашей дамой до вас, — слегка оттолкнув мужчину, она юркнула под его рукой, встала с кресла и направилась в ванную комнату, не оборачиваясь.

Амадей нахмурился, сжал до хруста ни в чём неповинную мебель и, рыкнув что-то нечленораздельное, покинул покои через смежную дверь. И было бы правильно вызвать к себе Миранну, но Амадей не хотел её. Сейчас в его мыслях была бойхайка, а, закрывая глаза, он видел, как она танцует с другими, вежливо им улыбаясь. И почему только с ним она такая колючая? Почему не может быть податливой, нежной, ласковой?..

Впрочем, будь она такой, вызывала бы столько вопросов, эмоций? Вряд ли. И потому мужчина просто упал на свою кровать, уткнувшись лицом в прохладную подушку. «Кто был с вашей дамой до вас»? Миранна изменяет ему? Маловероятно, но всё же вероятно. Когда дело касается женской скуки, уповать на собственную неотразимость не приходится, да и Хадаан слов на ветер не бросает, а значит, фаворитку нужно тщательно проверить. И если бойхайка в своих подозрениях окажется права, то… Что же, Миранна сама виновата в своей глупости.

— Эй! Кто там, подойдите сюда! — крикнул он.

— Да, ваше высочество, — тут же заглянул стражник.

— Клина ко мне.

— Так точно, ваше высочество.

Амадей уже почти уснул, когда в покои, наконец, постучался кавалер.

— Заходи, — пробурчал принц, так и не вставая, — ты, видно, не во дворце был, раз плёлся так долго.

— Я примчался, как только узнал, что вы ждёте меня, ваше высочество.

— Ну-ну… Я что позвал-то… Копни под Миранну, странная она в последнее время, раньше каждую минуту рядом вертелась. Если у неё кто-то есть, сразу мне всю информацию по партнёру и об их связи с Миранной. В наш век просто секс — случай редкий, скорее всего они что-то замышляют.

— Эм-м… Ваше высочество, — Клин побледнел, — Миранна как-то… и со мной была.

— Когда? — принц даже удосужился посмотреть на своего друга.

— Месяца три как, но это быстро было, в пьяном угаре…

— Фу, — Амадей поморщился. — Даже обслуживающие меня девочки из Розы только меня обслуживают. И за это я им плачу. Что этой дуре не нравилось?

— Вы не убьёте меня?

— Клин, ты давно служишь мне, мы знакомы с самого детства. Ну оступился, переспал с моей фавориткой — с кем не бывает? Тем более, уверен, эта шлюха сама на тебя полезла… — Амадей удивился, что, в сущности, ему действительно на это плевать. Раньше он был более чувствительным к подобным «изменам», особенно, когда виной был брат.

— Спасибо, ваше высочество.

— В любом случае, Миранна уходит в отставку, но пока не будет об этом говорить. Чутьё подсказывает мне, что не все так просто в этом деле, поэтому, с тебя — найти её любовника. И ещё… — когда Клин собрался уже уходить, вдруг начала Амадей, — проследи за Игнатием. Что-то он совсем распоясался, как бы ему этот пояс на шее не затянули.

— Будет сделано…

Удовлетворённый, принц скинул сапоги и уснул. Рубашка и камзол так и валялись где-то в покоях его жены.

Покои хо-кааны Хадаан, ванная комната, следующим утром

Хадаан задумчиво смотрела в отражение, но видела только вчерашнюю сцену. Её муж был действительно великолепно сложен, и это не давало ей покоя всю ночь, а теперь и утро. Широкие плечи, узкая талия и бёдра… Бойхайские мужчины были хоть и хорошо сложены, но больше напоминали девушке шкафы. А вот Амадей… И этот запах, всё же пробивающийся через алкогольный смрад — цитрусы, бергамот и нероли. Прекрасный аромат. Она была близка к тому, чтобы отступиться от своей задумки и позволить себе расслабиться в мужских руках, и только годами тренированная выдержка спасла ситуацию. Нет, Хадаан не могла так просто сдаться, Амадей должен понимать, что не всё будет так, как ему хочется.

Сегодня они с императором условились отправиться на прогулку в город, и Хадаан испытывала непонятное ей волнение. Она знала столицу Бойхайя от и до, тогда как Раванна представлялась ей чем-то неизведанным, в какой-то степени опасным. И всё же она сама была инициатором подобного веселья, ко всему прочему никакая возможная опасность не заставит великую хо-каану поджать хвост, словно испуганная шавка. И поэтому перед мужчинами она предстала с расправленными плечами и гордо поднятой головой.

— Амадея не будет? — удивилась она, не заметив мужа.

— У него появились дела, — Самор отвёл глаза, прекрасно зная, что за «дела» у его брата. Сегодня истекал срок его запрета на посещение Дома Розы, ко всему прочему принц оказался чем-то расстроен. В целом, все пути вели в дом увеселений, это было неудивительно. Печалило только, что дни так совпали.

— А императрица?

— Она не участвует в подобных мероприятиях, — про Августину Хадаан даже не заикалась — женщина уже не в том возрасте, чтобы гулять по шумному городу.

— План пути разработан? — спросила она у ближайшего стражника. — Покажите.

На секунду замешкав, имперец всё же достал карту и показал их путь.

— Где расставлена стража?

— В местах красных точек.

— А чёрные точки?

— Городские патрули.

— Добавьте группу здесь, здесь и здесь, — приказала Хадаан. — Если не хватает людей — кай-ли в вашем распоряжении.

— Вы уверены, что это целесообразно? — нахмурился страж и, наткнувшись на вопросительный взгляд принцессы, встал по стойке смирно и представился: — Капитан личной стражи его императорского величества Пудис Агэпетус.

— Хорошо, капитан Пудис. И да, я уверена, что это целесообразно. В этих местах частная собственность, не входящая в юрисдикцию магистратов, следовательно, это самые опасные для нас места. Понимаю, что совершить нападение на императора решится только самый отчаянный, но лучше перестраховаться, верно?

— Так точно, ваше высочество.

— А с принцем Амадеем что?

— С ним также отправилась его личная стража во главе с капитаном Гамелем.

— Хорошо… Ваше величество? — она повернулась к императору.

— Да, Хадаан.

— У нас пешая прогулка?

— В открытой повозке.

В этот момент слуги как раз и вывезли эту самую повозку, и Хадаан оценила крепкий капюшон, которым можно было прикрыть пассажиров в случае опасности. Подошли и юные принцы, едва скрывая свой энтузиазм.

— Тогда отправляемся, — приказал император и протянул Хадаан руку, помогая взобраться в повозку. Следом он подсадил сыновей и только потом сел сам.

Окружившая стража, сидя верхом, не мешала рассматривать всё вокруг, только что перекрывала дорогу, замедляя движение остальных. Не каждый с первого раза понимал, что перед ними сам император, кто-то даже пытался возмущаться, однако лазурные гербы с золотыми львами мигом приводили их в чувство. Не каждый мог позволить сопровождать себя государственной символикой, а уж с золотыми львами — только императорская семья. Впрочем, по мнению Хадаан, лучше бы они ехали верхом и без такого приметного сопровождения. Безопасность, безусловно, важна, но всем этим блеском и толпой они привлекали к себе только больше внимания.

— Случайно на нас и так и так не нападут, вся опасность в тех, кто мог запланировать покушение. От таких, буть мы хоть трижды под прикрытием, нам не спрятаться. Потому — лучше привлечь внимание толпой, чем обнаружить себя в плену или, того хуже, с перерезанной глоткой в «трясине».

— Трясина? Что это?

— Преступный район, в самой низкой точке города, ближе к лесу. Изначально это была пустынная территория, пока её не обжили бедняки, а после и торговцы, нечистые на руку.

— Бедняки? — удивился Лукиан, и Валентин начал шёпотом объяснять ему, кто же это такие.

— О чём я и говорила, — хмыкнула Хадаан, — рада, что наследник осведомлён на этот счёт. Ваше высочество, вы знали, что в столице есть так называемая «трясина»?

— Нет, тётя Хадаан.

— Вы же тоже не были в курсе.