Я познала хаос (СИ) - Карпо Катти

‒ А тебе? ‒ Делаю большие глаза.

Тео секунд на пять погружается в размышления, а затем осторожно говорит:

‒ Я знаю об «Алом».

‒ И только?

Пялимся друг на друга. Какой теперь между нами уровень доверия? Преграда в семнадцать долгих лет.

‒ И в курсе насчет крови… ‒ Тео понижает голос, ‒ крови Вацлава в инъекциях.

‒ Тебе сообщили об этом?!

Честно говоря, я изумлена. Использование крови Иммора таким способом ‒ не та информация, которую можно рассказывать всем подряд.

‒ А уж я как возмущен! ‒ внезапно распаляется Тео. ‒ Ты только погляди!

Меня сбивает с толку его горячность, а еще попытка раздеться. Его пальцы трясутся, пока он сражается с пуговицами пиджака. Наконец тот летит на пол, а Тео дергает воротник рубашки. На его плече клеймо Люминэ.

Даже не знаю, что сказать. Чтобы Теоте Стара и заклеймили…

То ли смеяться в голос, то ли сочувствовать.

‒ Ты теперь доверенное лицо рода Люминэ, ‒ механическим голосом проговариваю я очевидное.

‒ Да что ты?! ‒ Он бухается обратно в кресло и обнимает голову руками. ‒ У меня же клиентура, работа, жизнь! А вдруг кто заприметит? Как это будет выглядеть?!

‒ Кто тебя так?

Задаю вопрос, хотя уже знаю ответ. Клеймо способен нанести только глава рода. Сэмюэль никогда бы на такое не пошел. А значит…

Тео поднимает голову и взглядом предлагает мне догадаться. А лучше сразу произнести вслух.

‒ Виви, ‒ практически рычу.

‒ Посвятили в тайны о крови, поставили клеймо рода, о-о-о-о-о, мрак… ‒ Тео откидывается на спинку кресла. ‒ Сколько лет я уже в напряге? Уйму. Если меня из-за этого прикончат враги рода Люминэ, я буду злиться. Предупреждаю.

Передо мной прежний Тео. Крикливый и порой обожающий поныть. Чувствую себя немножечко лучше.

Вот только…

‒ Был бы здесь Сэмюэль, он бы ничего из этого не допустил, ‒ не сдерживаюсь в своей ярости.

Тео выпрямляется и прячет глаза.

‒ Да… Вацлав ‒ не такой как Сэмюэль, ‒ бормочет он.

Что-то внутри обрывается. Кажется, каждый раз, когда кто-то произносит имя моего возлюбленного, от меня отделяется кусочек жизненных сил. Безумно хочется повалиться на пол и зарыдать. Но в моем состоянии я рискую и вовсе потом не встать.

‒ Его и правда больше нет? ‒ Дрожь в голосе ничем не скрыть. Позволяю себе эту малую слабость.

Тео грустнеет и медленно кивает. Они с Сэмюэлем были дружны. Ему тоже нелегко пришлось. Больно терять тех, кто дорог.

‒ Он не страдал? ‒ Мне отчего-то важно услышать это именно от Тео.

‒ Хотел бы я сказать, что все прошло быстро, но… ‒ Он отворачивается. ‒ Мне жаль, Лето.

Шмыгаю носом. По-детски беспомощно.

‒ Я найду тех, кто сотворил такое с Сэмюэлем.

Это не обещание. Я констатирую.

И проницательный Тео сразу понимает, насколько серьезны мои намерения.

‒ Вацлав занимается этим, поверь. Уже долгое время.

‒ Плохо занимается, раз тех, кто создал вирус, еще не поймали.

‒ Брось, Лето, ты должна осознавать, насколько здесь все серьезно. ‒ Тео барабанит пальцами по подлокотнику. ‒ Противниками Иммора могут быть только люди. Но хотя Иммора и главенствуют почти во всех сферах жизни, они не могут безосновательно что-либо предъявлять людям. При возникновении конфликта численный перевес, конечно же, будет у людей. Но Иммора практически неуязвимы и очень сильны. Они могут истребить человечество, если захотят. Так что тут подход должен быть очень осторожным…

‒ Группировка Лайтблад. Инициатива, конфликт и вирус ‒ все исходит от них, ‒ говорю уверено и сухо.

‒ Слишком очевидно. Да и доказательств почти нет. Ох, Лето, ‒ Тео цыкает и досадливо машет сразу обеими руками, ‒ оставь пока свои догадки. И позаботься о себе. Тебе еще восстанавливаться и восстанавливаться.

Будто реагируя на его слова, мое тело снова сбоит. Голова резко провисает, подбородок ударяется о выемку между ключицами.

‒ Оу… ты как? ‒ опасливо спрашивает Тео.

Наверняка это крайне жутко выглядит со стороны. Словно робот исчерпал свой заряд.

Придерживаю голову за щеки руками и медленно возвращаю ее в изначальное положение. А сейчас я, наверное, похожа на зомби.

Думаю, я права. У Тео ошарашенный вид.

‒ Постоянно то одна, то другая конечность перестает работать, ‒ невозмутимо поясняю я. Это он еще не видел, как из меня всякие жидкости вытекают.

‒ О… Неудивительно. ‒ Мужчина нерешительно кивает. ‒ Ты же столько лет пролежала без… движения.

Шея приходит в норму. Убираю руки и поспешно присаживаюсь в соседнее кресло.

‒ У меня вопросы к тебе, Тео.

Тот едва заметно дергается, а затем тихо вздыхает.

‒ Думал, это произойдет не так скоро.

‒ Я слишком шокирована правдой, чтобы размусоливать дольше. ‒ Тыкаю пальцем себе в живот. ‒ Они вырастили у меня внутри ребенка. Пока я была в отключке. Просто… паршивая новость для меня, веришь?

‒ М-м-м… верю.

‒ Так ты, блин, был в курсе?! Что эти своло-о-о-о… они взяли и… ‒ Изображаю руками нечто вроде замешивания теста. ‒ Взяли у этого козлины его мерзкие жидкости, помиксовали и что-то там вырастили. И засунули в меня! Это… отвратительно! И теперь мелкий паразит Эли… он… называет меня «мамой». Представляешь?

‒ Только паразит, в смысле, Эли?

‒ Что значит «только Эли»? ‒ раздраженно рассматриваю странное выражение на лице Тео.

‒ Ну… понятно.

‒ Да что тебе, блин, понятно? ‒ Отмахиваюсь и расслаблено разваливаюсь в кресле, свесив кисти рук с подлокотников. ‒ Мне вот ничего непонятно. Хотя кое-что есть. Очевидное на поверхности: Виви тот еще моральный урод.

Комната погружается в тишину. Смотрю в потолок и медленно собираюсь с мыслями.

‒ А ты… держишься, ‒ осторожно замечает Тео. ‒ После того, как узнала про ребенка. Думал, будешь более… не в себе.

‒ Я вчера была не в себе.

Смутные картинки всплывают в памяти.

Вижу надпись под своим фото на экране планшета Такеши. Я была их биоматериалом. А, может, и все еще остаюсь. И у меня даже есть номер.

Вновь подучетная. Как в Клоаке.

Дико ору и забиваюсь под стол. Воспроизвожу все всплываемые в голове ругательства и крою последними словами Виви. Слезы застилают глаза. Что-то вокруг меня рушится. Куда-то швыряю планшет.

Кажется, повторяю одну фразу снова и снова.

«За что? За что? За что?»

Воспоминание о вчерашнем гаснет так же быстро, как и вспыхнуло.

Тру глаза и свербящий нос.

‒ Говорила об этом с Такеши? ‒ несколько взволновано интересуется Тео. ‒ Он ‒ глава проекта и в курсе всех изменений твоего организма. Рассказывай ему обо всем, чтобы он мог отслеживать твое состояние.

‒ Знаешь его? ‒ холодно интересуюсь я.

‒ Он ‒ славный малый, ‒ уклончиво отвечает Тео.

Типичный законник. Дает ни к чему не обязывающие характеристики.

‒ Славный малый с разбитым носом, ‒ бурчу я.

Поворачиваю голову и улавливаю момент, когда брови Тео улетают к одуванчиковой шевелюре.

‒ И ты тому причина?

‒ Да. Точно не помню, но, кажется, я вчера действительно ему нос разбила. ‒ Морщусь и смотрю на костяшки пальцев. На коже покраснения. Впрочем, у меня на теле не только краснота, так что это еще ни о чем не говорит. ‒ Еще я его душила. Вот это точно было.

‒ О…

‒ Хотела врезать Виви, но урод увернулся. И как он так мышцами забугрился? Был же ниже меня… ‒ Приподнимаю голову и легонько ударяюсь затылком о спинку кресла. ‒ В башке не укладывается вся эта муть. Знаешь, что он мне заявил, когда я спросила? «Так было удобнее» ‒ его слова. Удобнее? Что за бред? Какого?!.. Как вообще до такого додумался?! Это же… мерзко. ‒ Я высовываю язык и издаю блевотные звуки.

‒ В общем, я тоже в некотором замешательстве. ‒ Тео наклоняется и подбирает пиджак с пола. ‒ Понятно, что меня все это шокировало, и несколько лет назад я тоже задал вопрос «Зачем?» Спросил, почему он не создает полноценную семью с Иммора. И не хочет заводить детей уже с законной супругой.

‒ И что он ответил? ‒ Выпрямляюсь и неосознанно вытягиваю шею в сторону собеседника.